28 июня 2008

Конфликтные отношения: ЭИЭ - СЛИ (Часть 2)

Этико-интуитивный экстраверт (ЭИЭ, Гамлет)  — Сенсорно-логический интроверт (СЛИ, Габен).


Часть V

22. Гамлет — Габен. Отношение к творческому потенциалу.

Какие бы чудеса верности и долготерпения Гамлет ни проявлял, какими бы творческими успехами и достижениями ни отличался, на близкой дистанции он для Габена будет по - прежнему будет оставаться человеком, не заслуживающим доверия и уважения. Габен будет подавлять его своей хамоватой иронией, своими насмешками, своей неоправданной и беспощадной критикой, своей изнуряющей требовательностью, истощающей ресурсы и силы Гамлета.

По этому пункту Гамлету особенно трудно конфликтовать с Габеном, особенно трудно добиваться его уважения и признания: Габен (как невероятным это ни казалось) намеренно повышает свои требования и намеренно втягивает Гамлета в этот изнурительный лохотрон и с тем, чтобы унизить его, и с тем, чтобы перестать комплексовать самому.

Общение с Габеном при таких условиях заставляет Гамлета глубоко страдать морально и физически (от чего он даже заболевает), либо впустить в свою душу тщеславие, мелочно отмечая каждое своё достижение и заставляя им восхищаться других. Действуя таким образом, Гамлет всё больше будет размениваться на мелочное бахвальство, пользуясь каждым удобным случаем продемонстрировать Габену свои успехи. Габен, разумеется, их будет по - прежнему игнорировать, а Гамлет, сталкиваясь с его очередным (намеренным) равнодушием, будет после каждого такого "экзамена" заболевать. (Этот момент очень хорошо отражён в фильме Сергея Герасимова "Дочки - матери". Габен (персонаж Сергея Герасимова) - некое значительное лицо, функционер от науки устраивает переполох неожиданным своим появлением в доме его "подопечного и подконтрольного" приятеля - Гамлета (персонаж Иннокентия Смоктуновского) - скромного, но очень талантливого поэта, а по совместительству ещё и выдающегося математика, профессора математики, заведующего кафедрой математики в университете, успешного, любимого и любящего семьянина, хозяина великолепного и гостеприимного дома, мужа прекрасной женщины, отца двух прелестных, талантливых дочек. И вот этот всесторонний "набор достижений" "колет глаза" его "другу" - Габену, вследствие чего и сам хозяин дома - успешный и всесторонне реализовавший себя отец семейства, постоянно представляется им (с позиций альтернативной, "перевёрнутой" логики") как законченный неудачник. Судя по всему, каждый такой визит этого "друга" - Габена обставляется в доме Гамлета с особой помпой: все с ног сбиваются, готовясь к его спонтанному наезду "на часок", "на время пересадки между двумя самолётами". Все суетятся, хлопочут по дому, стараются ему угодить, а сам хозяин дома (Гамлет, по психотипу), заранее начинает нервничать, предчувствуя унизительный допрос со всеми последующими неприятностями - неминуемой расправой и критикой его "неуспешности", которой неизбежно награждает его этот, свалившийся как снег на голову, "друг" - Габен. Именно это и происходит по всё тому же сценарию, описанной выше "импровизированной ревизии", основанной на постоянной смене оценочных альтернатив). Не успевает гость появиться на пороге дома, как тут же начинает пренебрегать тем, что предложено, начинает навязывать некую вздорную альтернативу (затевает приготовление какого - то экзотического блюда). Хозяин дома опасливо спрашивает: "Петруша, а костёрчик мы здесь на кухне будем разводить?", на что гость отвечает: "Костёр будет позже, у тебя в кабинете". (Намёк на непременную критику и последующую расправу вне зависимости от результатов импровизированного "отчёта, вне зависимости от реальных заслуг хозяина дома, его научных и творческих успехов и достижений). Это же подтверждается и сценой очередного импровизированного "экзамена", который устраивает хозяину (Гамлету) его гость (Габен). Не давая возможности ответить и не позволяя даже подумать или сосредоточиться над ответом, этот "экзаменатор", тут же передёргивает или меняет тему вопроса, не слушая или недослушивая ответов на них, постоянно передёргивая смысл вопросов и перескакивая с темы на тему, после чего по всем пунктам "экзамена" выставляет хозяина дома хроническим неудачником. Так, не дослушав ответа на свой очередной вопрос, он с притворным огорчением начинает сокрушаться по поводу творческой несостоятельности своего друга - Гамлета: вот и поэт из него не получился, а какие раньше стихи писал! (но он и сейчас их пишет, - оправдывается хозяин дома - Гамлет. Но гость - Габен делает вид, что не слышит этого, потому что признавать этот факт не считает для себя удобным: он приехал для того, чтобы подмечать неудачи своего друга (и критиковать, отечески журить его по этому поводу), а не отмечать его успехи, которым и так завидует и перед которыми комплексует. Поэтому он и продолжает выставлять ему по каждому пункту неудовлетворительные оценки: вот и математик из него не получился - разменял - де он свой талант на преподавание и заведование кафедрой, вот и жена - святая женщина не столько любит его, сколько жалеет как не оправдавшего надежд неудачника. Правда у него есть ещё две прелестные дочки, но они растут себе, цветут и хорошеют при том, что нет в этом никакой доли заслуг их отца. Несчастный хозяин дома оказывается вынужден признать все эти неутешительные выводы, принимает их, скрепя сердце, соглашается признать, что разменял свой талант на пустяки, не состоялся как выдающийся человек, не оправдал былых ожиданий, виноват кругом и по всем пунктам. После ухода гостя, эта тема снова обсуждается членами его семьи за его спиной. О том, что он хронический неудачник становится известно даже постороннему человеку - случайной гостье дома (недалёкой амбициозной девочке, СЛЭ, Жуков), которая тут же приходит учить его уму - разуму, учит "бороться за результаты и не пасовать перед трудностями, не огорчать домочадцев, которые в него верят, переживают за его неудачи…" В результате всех этих наставлений, в результате этого стыда и позора, которого он не заслуживает, но который (после каждого такого "наезда" ревизора - Габена) воспринимается его домочадцами как семейное бедствие, хозяин дома каждый раз заболевает: подскакивает давление, начинается мигрень. Так что и посторонний человек (всё та же "случайная гостья" - Жуков) со предположения ожидания хозяина дома: результаты "визита" и связанные с ним обычные неприятности не заставили себя долго ждать.

Попадая в такие удручающие его ситуации, - в ситуации, подавляющие его волю и его уверенность в своих возможностях и силах (которая у него, как у квестима никогда не бывает достаточно крепкой), попадая в ситуацию, при которой ему выносят неоправданно жестокий приговор (без всяких на то фактических или правовых оснований), Гамлет (как и всякий нормальный человек) тяжело страдает морально и физически, ходит в угнетённом состоянии духа, впадает в депрессию, что негативно сказывается на его здоровье и взаимоотношениях с окружающими, на его взаимодействии с внешней средой. (Что, по сути, и является самым интересным моментом и одной из главных тем этого фильма - тема реальной и мнимой успешности, - реальной скромности честного труженика (хозяина дома, ЭИЭ, Гамлета) и завышенное самомнение, любование собственными (ничтожными) достижениями его амбициозных гостей, (случайно или намеренно) формирующих негативное к нему отношение окружающих. Всё это - очень болезненные точки конфликтных отношений Габена и Гамлета, при которых Гамлет тяжело страдает от несправедливо заниженной оценки, навязанной ему мнимым судьёй и мнимым доброжелателем Габеном, комплексующим по поводу его (Гамлета) реальных успехов.

- Чем Гамлет может исправить положение в этой ситуации?

- К сожалению только тем, к чему и подталкивает, что и ожидает, от него Габен - к переходу от реальных успехов к мнимо - реальным: только в этом случае, оттесняя Гамлета на поле мнимых, фальшивых достижений, Габен перестанет перед Гамлетом комплексовать, смягчит критику (поскольку теперь Гамлет играет с ним, в его игру, на одном с ним поле), перестаёт поддразнивать его и насмехаться над ним, перестанет сердиться на Гамлета за его успехи, подменяет сарказм доброжелательной иронией.

- Габен завистлив?..

- По своей демонстративной логике соотношений ("логики справедливости") (-б.л.8), Габен завистлив к чужим успехам, но желая сохранить нравственное превосходство над соконтактником, он в этом никому напрямую не признаётся. Чем самому прыгать выше головы и хватать звёзды с неба, проще нивелировать чужие достижения, оценивая их как неудачи (что опять же удобней и выгодней делать по его альтернативной логике соотношений (-б.л.8), которая "теневым образом" реализует его творческую деловую логику (+ч.л.2), - выгодно её оттеняет даже по самым скромным меркам на фоне чужих "неудач", в которые превращается любое чужое достижение посредством "альтернативных логических перевёртышей" по демонстративной логики соотношений Габена (-б.л.8), действующей с позиции альтернативных критериев и альтернативной (негативной) оценки (как "логика - перевёртыш") и создающей альтернативную систему оценки, при которой реальная ценность и реальное достижение становится мнимой или негативной ценностью и заслуживает негативную оценку, а мнимая ценность и мнимое достижение представляется реальной ценностью, реальным достижением и награждается позитивной оценкой.

Если Гамлет захочет перестроиться на эту систему оценки (а Габен просто не оставит ему другого выбора) ему тоже придётся стать "мнимой величиной" ("пустышкой") и работать на свои мнимые успехи, на свой дутый авторитет, на свою "визитку", на свой "выставочный вариант", на свою "рекламу". Увлекаться сбором внешних, "бьющих в глаза" доказательств своей успешности, становиться тщеславным и тешить своё честолюбие, (раздражая других собственным бахвальством, возбуждая их зависть и наживая себе в их лице новых врагов), вместо того, чтобы реально заниматься своей работой и повышать реальные показатели своих достижений.

- Во второй квадре не уважают самоуверенных бахвалов и хвастунов: их осуждают, их поведение критикуют, над ними смеются в глаза и за глаза…

- И Гамлет не является здесь исключением. Так, например, в плане творческой деятельности он оказывается не тем, кто любит себя в искусстве, но обожает и боготворит искусство и творческий труд в себе. Гамлет, ориентированный на творческий поиск и творческую работу, не может представить себе жизни без реального, продуктивного и высокопрофессионального творчества (это свойственно его ТИМу), поэтому разъедающего душу тщеславия он боится как самого страшного бедствия, как самой опасной болезни, привязчивой и неизлечимой болезни, которой легко можно заразиться, следуя общей тенденции или общему примеру. И от которой невозможно избавиться, потому что она действует как наркотик, усыпляющий разум и разъедающий душу сладкой отравой мнимого величия. А этого пагубного влияния на его разум и чувства Гамлет боится больше всего: потеряешь душу, потеряешь всё и будешь ходить, как зомби, подчиняясь чужой воле, беспамятливый и бесчувственный ко всему - не человек, а нелепое и бессмысленное существо, не достойное жалости и сострадания (не способное ощущать сострадание, не испытывающее жалость ни к себе, ни к другим, а потому и не нуждающееся в ней). Как любой человек, способный дорожить своей системой взглядов и защищать систему приоритетов своей ЭГО - программы, Гамлет очень боится смены ценностных ориентиров, боится полюбить то, что раньше ненавидел, боится привыкнуть к этому постоянному чужому примеру, который методом слепой альтернативы навязывается ему для подражания. Как эволютор Гамлет боится этой (инволюционной) альтернативной ломки, при которой процесс подчинения альтернативному преобразованию важнее любого, пусть даже самого позитивного результата. Этот момент вселяет в Гамлета ужас. У него создаётся такое ощущение, словно его прогоняют по замкнутому кругу, проходящему сквозь неосвещённый тоннель. Он идёт по нему, а конца пути, конца страданиям, выхода из тоннеля, света в конце пути всё нет и нет. Трагедия, кроме всей прочей бессмысленности и отказа от реального результата в пользу мнимого, усугубляется ещё и тем, что достижение светлого будущего при таких условиях кажется совершенно немыслимым. Потому, что к субъективно - идеалистической позиции Гексли (позиции: "Поверь в себя и свои силы и заставь в себя поверить других, потому что наш мир - это то, что есть, а то, что нам кажется, то, что мы хотим о нём знать, думать и чувствовать") Гамлет всё- таки не приходит. Самомнение он ненавидит, как растлевающий душу порок. (Потому, что опасно и стыдно уважающему себя человеку оказываться в положении голого короля: как бы активно он ни заставлял окружение восхищаться его мнимым парадным нарядом, рано или поздно он непременно будет разоблачён.)

- Откуда берётся такая уверенность?

- От веры в светлые идеалы, которые не могут базироваться на фальшивой основе, от веры в светлое будущее, от целевых эволюционных программ Гамлета, подаваемых подсознательно и по его демонстративному аспекту интуиции реальных потенциальных возможностей (+ч.и.8), от его квестимной модели. Гамлет сомневается в том, что мнимые успехи можно будет перенести в далёкое будущее, сомневается в том, что там они кем - от могут быть позитивно оценены, - кому они там нужны, эти пустышки? И кому он здесь будет нужен, если станет пустым, самовлюблённым человеком, "мнимой величиной"? И какой пример подаст окружающим? И что хорошего, если общество по его примеру "заболеет" враньём, отречётся от истинных ценностей и поменяет их на ложные ориентиры? Куда и к чему оно приведёт человечество? В светлое будущее уж точно оно не придёт…

- Скорее, в тёмное прошлое…

- Вот это - то инволюционное смещение целей Гамлета и пугает: нечего ему делать в том тёмном прошлом. Если понадобиться извлечь примеры из прошлого, он это сумеет сделать, но не ради того, чтобы вернуться туда и там остаться (бесконечно долго повторяя свои ошибки, аннулируя свои успехи и тиражируя неудачи), а ради того, чтобы, будучи умудрённым опытом прошлых ошибок, реально продвигаться вперёд к новым рубежам, чем и вызывает очередной приступ зависти и раздражения у Габена, комплексующего по поводу очередного его достижения и желающего при всех условиях НЕ усложнять себе жизнь повышением требований к самому себе. Ему удобнее оставаться посредственностью и нивелировать (занижать в личном мнении) уровень достижений других. Ему удобно это делать и из простого упрямства, из лени, а также потому, что позиция инволютора допускает несовершенство во всём (или во многом), равно, как и допускает о нереальности достижения совершенства, что и позволяет Габену к нему не стремиться, - зачем? Если реального предела совершенства не существует, можно удовлетворятся мнимо успешными результатами - посредственными и даже неудовлетворительными, превознося их значимость до небес (А почему бы и нет? Если постараться, общественность примет любую фальшивку за чистую монету: умный не скажет, дурак не поймёт, а предприимчивый сделает на этом хороший бизнес). Позиция Габена в этом вопросе: лучшее - враг хорошего, поэтому к лучшему не обязательно и стремиться, достаточно примирить себя (и общество) с тем, что есть (Пусть даже с халтурой, посредственностью, дешёвкой, убожеством и прочим). Главное, - комфортно устроиться в этих условиях и навязать схожую точку зрения другим. (Потому, что уж если "втирать очки" обществу, так непременно всем коллективом, чтобы все думали одинаково и видели мир с одного и того же ракурса через призму схожих представлений и ценностей).

Гамлет ( и как эволютор, и как представитель второй квадры придерживается диаметрально противоположной точки зрения, предпочитая успешно творить (любить творчество в себе), оставаясь при этом скромным и честным тружеником - скромным героем, не требующим почестей и наград.

ВО ВТОРОЙ КВАДРЕ НЕНАВИДЯТ САМОРЕКЛАМУ (а особенно в рационально - системной и эволюционной её диаде Гамлет - Максим) ненавидят бахвальство, самомнение, хвастовство, ненавидят выскочек, пытающихся нечестным образом присвоить себе какие - то заслуги. (Любая попытка "сесть не в свои сани" или "дуриком проскочить в высшую лигу" здесь жестоко преследуется, осуждается, сурово карается, пресекается на корню). Следуя этому жёсткому уставу, Гамлет не рискует приписывать себе мнимые заслуги и брать на себя лишнее, чем и разочаровывает Габена, который, подспудно подстраивая Гамлета под инволюционные ориентиры своего дуала Гексли, пытается его с этой позиции сбить (чем, конечно, особенно шокирует Гамлета, потому что кажется ему нечестным человеком, мошенником).

В ЧЕТВЁРТОЙ КВАДРЕ ВАЖНО УМЕТЬ ВЫГОДНО ПРОДАВАТЬ СВОЙ ТРУД. В дельта - квадре - в квадре свободного творчества и свободной торговли с пониманием относятся к тем, кто умеет выгодно заявить о себе, умеет делать себе саморекламу. ВО ВТОРОЙ ВСЁ ЭТО ОСУЖДАЕТСЯ. И Гамлет, ориентированный на работу в системе, саморекламу (как очковтирательство) считает недостойным методом, - нечестным и по отношению к другим товарищам, собратьям по цеху, которые работают бок обок с ним и мнением которых он дорожит. В вопросах творчества Гамлет на сделку со своей совестью не идёт. В общественной работе, в политике - во всём, что НЕ КАСАЕТСЯ ЕГО ТВОРЧЕСТВА - он может самонадеянно претендовать на доминирующее место в системе, но в творчестве он самому себе лгать не будет. Творчество для Гамлета - это святое, - здесь награждают "боги" - награждают вдохновением, успехами, почестями. В творчестве Гамлету необходимо непредвзятое мнение, нужен непредвзятый судья. И отойти от этого принципа он никак не может - для него это равносильно искажению собственной ценностной системы координат. (На свою суггестивную функцию - аспект "логики справедливости", логики соотношений (-б.л.5) Гамлету необходимо получать исключительно чистую, правдивую информацию. Чистоту этой информации он потом и отстаивает как истинную правду, активизируясь по своей волевой сенсорике (+ч.с.6). Честное отношение к творчеству зиждется и на его эмоционально - этической ЭГО -программе (+ч.э.1), чистотой и искренностью он дорожит более всего и ни за какие блага и сокровища не позволит себе её исказить. (На это не пойдёт даже самый честолюбивый, самый одиозно - амбициозный Гамлет. (Вспомним, что даже коварный и жестокий император Нерон (ЭИЭ) предпочитал идти в искусстве честным путём. Он терпеливо и долго постигал основы актёрского мастерства, изнурял себя тяжёлыми физическими упражнениями и дыхательной гимнастикой, обучаясь искусству вокала, терпеливо выслушивал критические замечания и следовал указаниям своего "арбитра искусств" Петрония - знающего и опытного человека разносторонних дарований, с хорошим вкусом, специально на эту должность назначенного. Погиб Нерон (по закономерному стечению обстоятельств) не после того, как спалил Рим, сочиняя и распевая свои стихи. И даже не после того, как устроил массовую расправу над христианами (в этом народ Рима с ним был солидарен - от своей веры, пусть даже изуверской, языческой очень страшно и тяжело отходить), Нерон погиб (от руки заговорщиков в результате организованного ими восстания) вскоре после того, как стал превозносить себя до небес как певца и артиста, когда стал соперничать с Аполлоном (хотя и так был понтификом - максимусом - верховным жрецом всех богов и при жизни считался "божественным"). И если до этого, покровительствующие "боги" терпеливо сносили все его выходки, то триумфально - гастрольная поездка в Грецию (на фестиваль, который он сам в свою честь устроил и где купленными на свои деньги наградами сам себя награждал) - оказалась последней каплей, переполнившей чашу терпения. Самодура - императора народ Рима ещё как - то терпел, но самовлюблённого самодура - певца (артиста - человека презреннейшей из профессий) в должности императора видеть не захотел.)

Для Гамлета творческий путь в искусстве - это всегда "путь героя в творчестве", при котором герой становится равным и подобным богам. И это, в каком - то смысле, -всегда "диалог, или даже спор с богами", который Гамлет старается честно выиграть и в котором считает себя обязанным побеждать достойно. Опускаться до бахвальства, в этой связи - значит выходить на нечестный спор, идти на нечестный "диалог с богами" (чего Гамлет, опасающийся всего неизвестного и необъяснимого, себе позволить не может). Идти нечестным путём в творчестве, значит предавать себя в искусстве (как в служении высшим идеалам и высшим сферам), предавать своё творчество, ценности своей эмоционально - этической ЭГО- программы - предавать всё самое святое, чистое, светлое и самое дорогое в себе. Гамлет знает, что если он увлечётся саморекламой, он потеряет себя, потеряет вдохновение (как милость богов и покровительство муз) потеряет доверие и уважение окружающих. Этого он позволить себе не может: без этого вся жизнь для него теряет смысл.

23.Габен. Подмена реального потенциала мнимым

А кроме того, бахвальство и самомнение - это уступка альтернативной интуиции потенциальных возможностей ("Сам себя не похвалишь, никто не похвалит"), и уже может восприниматься как проявление деклатимного аспекта мнимой - реальной интуиции потенциальных возможностей (-ч.и.), которого в квестимной модели Гамлета нет, а есть только вытесненный на позиции демонстративной функции аспект позитивной интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.8), по которому Гамлет старается не переоценивать своих возможностей, а подкреплять их реальными достижениями, имеющими реальную фактическую правовую основу. Позиция самовосхваления в этой связи проявляется уже как крайняя форма нравственной деградации, вызванная частичным смещением ценностей квестимной модели и замещением их ценностями деклатимной модели с преимущественной доминантой аспекта альтернативной (в данном случае - мнимо - реальной) интуиции потенциальных возможностей, проявляющей себя как эгоцентричная программа, ставящая в зависимость от своей проявлений остальные аспекты и функции модели ЭИЭ Гамлета. Происходит акцентуация инородной (деклатимной) версии аспекта интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.8 → - ч.и.1) с выдвижением её на доминирующие программные позиции и связанное с этим перерождение сомневающегося в своём правовом и возможностном потенциале Гамлета в убеждённого в своей правоте, самоуверенного Гексли.

А необходимость в такой трансформации при постоянном контакте с Габеном неизбежно возникает: Габен будет подтрунивать и посмеиваться над Гамлетом до тех пор, пока тот не начнёт сам себя хвалить. А когда начнёт, станет "побеждённым" в глазах Габена, станет "мнимым и побеждённым героем", согласившимся ступить на путь лжи из - за неспособности продолжать сопротивление. Он станет "мнимой величиной", "фальшивкой", и Габен, наконец, перестанет комплексовать и снимет свою "осаду", убедившись, что эта твердыня наконец- то ему покорилась и оценивает себя теперь по той системе ценностей, которую он (Габен) навязал. Одновременно с этим Габен удобную для себя информацию на свой суггестивный аспект интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.5). И повысив свою самооценку (поверив в свои силы и возможности после этой, одержанной им победы), может на какое - то время успокоиться. Но по высшей категории он Гамлета оценивать уже не будет: если человек пустил в обиход фальшивое мнение о себе (а это всё равно, что пустить в оборот фальшивую монету), уважать его уже не за что.

ВО ВТОРОЙ И В ЧЕТВЁРТОЙ КВАДРАХ ОТНОШЕНИЕ К УСПЕХУ РАЗЛИЧНОЕ; РАЗЛИЧНЫ И ДИАМЕТРАЛЬНО ПРОТИВОПОЛОЖНЫ И СЛАГАЕМЫЕ ЭТОГО УСПЕХА.

В дельта- квадре успешно то, что легко и выгодно продаётся. И эти составляющие успеха антагонистичны системе ценностей Гамлета, для которого понятие "продажность" - это синоним предательства, а позиция "всё на продажу" (особенно, когда дело касается всего того, что свято и дорого человеку, что отражает его духовный и внутренний мир, - в том числе, в искусстве и творчестве - в творениях мысли и души) - вызывает глубочайшее осуждение Гамлета.

В искусстве, в творчестве Гамлет старается быть абсолютно искренним. Отстаивая свою точку зрения, своё мнение в споре, он бывает так же упрям и не уступчив, как в жизни. Спорит абсолютно со всеми, из - за этого часто ссорится, наживает себе врагов, попадает в неприятности, теряет работу, ломает карьеру и т.д. и т.п.. Конформным быть, соглашаться со всеми и всем угождать ему очень трудно, чего не скажешь о Гексли, модель поведения которого Габен подсознательно пытается Гамлету навязать, чему Гамлет, естественно, сопротивляется и вследствие чего также оказывается безнадёжным неудачником во мнении Габена.

Есть ещё одна (возможно даже основная) причина демонстративно пренебрежительного отношения Габена к Гамлету - это месть. Габен уничижительно критикует и унижает не только тех, кто подавляет его своим истинным превосходством, но и (в первую очередь) всех тех, кто сам первый его когда - то обидел пренебрежением, тех, кто занижал его (Габена) самооценку, считая его посредственностью, кто заставляет его (Габена) завидовать и уступать чужому превосходству, заставляет комплексовать перед чужими достоинствами и достижениями. Габен дразнит, ёрничаёт и передёргивает (навязывая "зазнайке" свою самую абсурдную альтернативу, топит его своими деловыми рекомендациями, чтобы влип в неприятности и не зазнавался), подрезает критикой и унижает насмешкой каждого, кто недостаточно восхищается им (пусть даже без причины и без достаточного на то основания), кто не оказывает должного уважения.

И здесь, конечно, первым из всех "виноватых" опять же оказывается Гамлет (с его горделивой осанкой и высоко поднятой головой), бескомпромиссный, требовательный реально увлечённый творческой работой и творчеством (или мечтательно - отрешённый, рассеянный ), он не всегда удостаивает Габена взглядом или вниманием. А если и удостаивает, то только тогда, когда обрушивает на него претензии и упрёки, когда объявляет на него облаву или бойкот, когда ругает или травит, выставляет перед окружающими в невыгодном свете в качестве объекта для критики, когда представляет его как негативный пример халатного, асоциального поведения и т.д. и т.п..

Зато в преимущественном положении оказывается именно Гексли, способный проявлять сострадание и симпатию к неординарным личностям, в число которых попадает и осуждаемый за асоциальность Габен. Гексли импонирует Габену и способностью находить в человеке скрытые и явные достоинства, увлекаться мнимыми и явными знаменитостями, превозносить их до небес, возносить на пьедестал и поклоняться им как богам, требуя того же почитания и от окружающих. Габен, завоевав симпатии Гексли и принимая его восторженное поклонение, старается уже навсегда оставаться его кумиром, не позволяя ему переключать внимание на других персон и не отпуская его от себя ни на шаг, выставляет себя незаменимым и бессменным другом, доказывая ему это словом и делом, не позволяет ему себя заменить и не позволяет в себе сомневаться.

Всем остальным, не желающим признавать его скрытых и явных достоинств, Габен откровенно мстит свой уничтожающей критикой, спонтанно находя повод для всё новых нападок и всё менее состоятельных (и всё менее оправданных) требований и придирок. Наугад выбирая любые из первых попавшихся возможностных альтернатив, Габен ими перекрывает реальные успехи своих оппонентов, сбивает с них гонор, дезинформирует и дезориентирует, ломает систему их ценностных ориентиров, заставляя попутно внедряемой системой жестоких "воспитательных мер" считаться с его мнением и уважать его. Одновременно с этим, поэтапно продвигая свою программу психологического террора (словом и действием), Габен заставляет их унижаться перед ним, угождать себе, чем и приобретает всё большую власть над ними: устав спорить с ним и его упрекать, измученные его "мерами" люди начинают просить об уступке, жалости и снисхождении, а если понадобится, то начинают и просить прощения у него даже там, где ни в чём перед ним не виноваты. Приобретая всё больший веси всё большую значимость в их глазах, Габен становится "персоной номер один" в их жизни (заставляя их таким образом себя уважать и с собой считаться). Становится сверх - значимым для каждого из тех, кто прежде даже взглядом своим его бы не удостоил (кто даже бы за один стол с ним не сел). Посредством таких интуитивно - возможностных манипуляций Габен вырастает в их и в своём мнении и из "посредственности" превращается в человека "неординарного". И не так важно, кем он является на самом деле - мнимым, или реальным героем. Важно, что по факту своей исключительной значимости он для каждого из этих, некогда обидевших его и окативших своим презрением людей, из "последнего" человека (на которого не стоит и внимания обращать) становится реально "первым".

24. Суть конфликта: борьба за место в системе (отношения двух аристократов)

Суть конфликта, по всей видимости, заключается в том, что рядом с Габеном Гамлет не может бороться за доминирующее место в системе. Габен просто не оставляет ему такой возможности, прочно занимая превосходящее место в системе их отношений с первой же минуты их знакомства и не уступая его никому. (В соционе Габен разве что только Достоевскому разрешит находиться на вышестоящих позициях (из уважения к его моральному превосходству, нравственному потенциалу, подвижнической и гуманистической деятельности). С некоторым уважением Габен относится и к Робеспьеру - своему соц. заказчику, но опять же только до тех пор, пока не выйдет из под его соц. заказа. Для остальных ТИМов (включая дуала, которого он далеко не всегда воспринимает всерьёз) СЛИ (Габен) исключения не делает, ко всем обращается в своей обычной добродушно - насмешливой (или снисходительно - ироничной) манере, необходимой ему для успешной дуализации и доминирования над самоуверенным и высокомерным Гексли. (А также, для необходимого ему доминирования в рамках принятых в дельта - квадре спонтанно складывающихся ОТНОШЕНИЙ СОПОДЧИНЕНИЯ, где иерархия выстраивается НЕ ПО СИСТЕМЕ (не по социальным заслугам и привилегиям, которые здесь самовольно оспаривают (по мере возможностей), хотя и не сбрасывают со счетов), а именно В ПРОИЗВОЛЬНОМ И В ЧАСТНОМ ПОРЯДКЕ - ПО ФАКТУ УСТАНОВИВШИХСЯ ОТНОШЕНИЙ. (Каким образом и на каком правовом основании отношения так построились - это уже другой вопрос, и он здесь не всегда обсуждается. Преимущественно, все действуют, как хотят. Кого хотят, - превозносят, кого хотят - ниспровергают. (Свобода воли!) Кто по факту и по результату (а не по каким - то своим системным правам) вышел наверх, тот и доминант. Системные права можно оспорить, можно их нивелировать: "Ну и что с того, что ты здесь председатель, а я уже занял твоё место, сижу и буду на нём сидеть."

Уж, если занял место, так сиди и не уступай! - так принято в четвёртой квадре (а тем более в упрямой её иррациональной диаде Гексли - Габен). Остальные же будут поставлены перед фактом и будут приспосабливаться к этой ситуации в меру сил и возможностей. (Не приспособятся - их проблема!)

Даже вне правового или фактического преимущества, представители дельта - квадралы могут позволить себе и высокомерно - надменный тон, и вседозволенность, и абсолютное самоуправство (если нет к тому никаких объективных препятствий). И не так много найдётся желающих их поправить, сделать им замечание, или остановить. Чаще всего они сами друг друга одёргивают и поправляют. И тот, кто подчиняется этой коррекции, тот и оказывается внизу по самому факту своего подчинения: он признаёт себя виноватым (опять же, по факту своего подчинения) и переходит на нижний уровень иерархии, уступив доминирующее место в системе этому самовольному "контролёру".

- А если не слушать эти замечания?

- Тогда контролёр должен найти способ привлечь внимание. У каждого дельта - квадрала такие способы есть. Интуиты "давят" деклатимностью (деклатимным напором): "Слушай, что тебе скажу!" (ЭИИ), или "Я хочу сказать тебе одну важную вещь…" (ИЭЭ). Штирлиц берёт ролевыми эмоциями, командным голосом, экстравертным и сенсорным напором (демонстративной волевой сенсорикой), Габен - упрямством и насмешками, разрушая сарказмом и демонстративной иронией (как "истиной, выведенной из противоречий") логическую защиту своего оппонента, искажая (через эти "приколы") даже самую стройную систему его доводов и аргументов как в кривом зеркале (по демонстративной логике соотношений: -б.л.8). При этом каждый из дельта - квадралов по ходу развития спора делает оппоненту тактические замечания: "Я прошу не разговаривать со мной в таком тоне!.." (и этим не только сбивает с него избыток эмоций, но и заставляет его подчиняться своим требованиям).

А выигрывает в этом споре тот, кто, настаивая на своём, игнорирует эти замечания (несмотря ни на что). Он и оказывается доминантом, и остаётся преимущественных позициях".

Поговорка: "Не в свои сани не садись" - воспринимается в дельта - квадре только самыми слабыми и уступчивыми (таких не жалко и отпихнуть). Все остальные, - где хотят, там и сидят: "Вот не уйду я из этих саней, и хоть что ты со мной делай!.."

- …а я не уберу свой чемоданчик…

- В любых межличностных отношениях Габен старается первым захватить инициативу. Начинает выстраивать отношения демократично и даже уважительно. (Если приходится соблюдать протокол). А дальше уже начинает спонтанно перестраивать отношения по вертикали. (то есть переходит на отношения соподчинения). В первую очередь ему помогает в этом признак упрямства. Выждав какое - то время, присмотревшись к собеседнику и "оценив его" возможностный потенциал в плане уступчивости или деликатности, он начинает с ним разговаривать в нагловато - добродушном тоне. И этим (в шутливой форме, как бы понарошку) уже заявляет о своём праве на доминирование. Если собеседник это терпит, можно сделать тон ещё более грубым (а предложения ещё более хамскими). Если собеседник с некоторым опозданием ответит ему в резкой форме, то в ответ может услышать ещё большую грубость. Если с напыщенным возмущением спросит: "Каким тоном вы со мной разговариваете?!", Габен может перейти на сравнительно мягкий, насмешливо - добродушный тон (который уже будет регулировать по программной сенсорике ощущений: где - то может смягчить, где - то ужесточить в зависимости от спонтанно возникающих планов и оценки обстоятельств. Своего дуала - Гексли он суггестирует такой манерой общения и в соответствии с ответной реакцией на эту суггестию (которую он тоже ощущает), выстраивает с ним отношения как интроверт).

К Гамлету Габен с первых же минут их знакомства начинает обращаться в своей обычной простодушно - нагловатой манере, в лучшем случае разговаривает дружески - добродушным тоном: с ленцой в голосе (из - за чего ему многое прощается), закидывая голову назад, поглядывает на собеседника (как бы) сверху вниз, он при этом лениво прищуривается, словно ему хочет спать, а его раздражает свет). Собеседнику начинает передаваться ощущение этого сенсорного дискомфорта, у него возникает ощущение, что Габен совершает над собой усилие, разговаривая с ним и уже этим делает ему одолжение. Если Габен оказывается неудовлетворён результатом (или процессом) он усиливает ощущение дискомфорта, совмещая его с ещё большей "ленцой", начинает говорить с ещё большим внутренним раздражением и ещё большей растяжкой.

Так, что любому человеку (а особенно динамику) скорее захочется уступить этому зануде, чем отказать или сопротивляться.

Заявляя себя доминантом, Габен часто и довольно быстро (как бы на "голубом глазу") в разговоре с Гамлетом переходит на "ты", начинает общаться с ним в грубовато - фамильярным тоне, обращается как к неумехе и несмышлёнышу. Затем уже (по факту такого обращения) во всём , что касается аспектов его ЭГО - блока (и в первую очередь аспекта деловой логики) берёт высокомерно - покровительственный тон (может сказать: "Дай я сделаю, ты не умеешь!") и не позволяет ни возмущаться, ни возражать, ни (тем более!) оспаривать такую форму отношений. Упорно навязывает её как должное, отвечая насмешками на все попытки Гамлета изменить такую расстановку ролей и мест иронией, насмешками и язвительными замечаниями.

При всех усилиях Гамлета отвоевать престижные места в системе, Габен, либо игнорирует его претензии самым невозмутимым образом (притворяясь, что не понимает их сути), либо рикошетом отражает все эти эмоции обратно, снова оставляя доминирующие позиции за собой: сидит на этом "престижном месте" как на троне и никому его не уступает. Гамлета со всеми его "вздорными претензиями", "в упор не видит". Притворяясь абсолютно бесчувственным, воздействует на него через болезненный для Гамлета аспект сенсорики ощущений ("Уйди, не вижу я тебя в упор, сиди вон и поддерживай огонь. Придержи своё мнение, ведь глава и мужчина я …" и т.д.). Где уж тут бороться за доминирующее место в системе?!

Но Гамлет всё не отступает и продолжает бороться. Не отступает и Габен, упорно удерживая Гамлета в положении инфантила по прежнему упорно не воспринимая его всерьёз. (Что с него взять? - дитя малое, глупое, неразумное: не ведает, что творит, - не обижаться же на него?) В лучшем случае, он добродушно посмеивается над Гамлетом. А если тот и дальше не отступает, начинает жестоко и глумливо его высмеивать, ёрничает и передёргивает каждую его фразу, каждое высказывание и предложение, утверждая себя в праве "сидеть на троне" (на доминирующих в системе позициях) уже самим фактом такого глумления. И одновременно с этим, Габен суггестирует себя по аспекту интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.5). Вселяет в себя уверенность в возможности и в своём праве на такие действия. Он, как бы, говорит себе: "Если я уже это делаю, значит это уже возможно (по факту происходящего), а если это возможно, то я и дальше буду так поступать, потому что так хочется, мне это удобно и выгодно. (И этой позиции он упрямо придерживается как универсальной: "замыкается", "зависает" на ней). После чего, этот иронично - насмешливый тон отношений, становится постоянной формой его защиты в общении с кем бы то ни было. Он же и позволяет Габену устанавливать и удерживать нужное и удобное ему доминирующее положение в иерархии.

Вследствие чего, и Гамлет постоянно унижаемый такими насмешками и опосредованно и суггестируемый ими по аспекту логики соотношений (- б.л.5 ) начинает уже рядом с Габеном чувствовать себя "шестёркой". Начинает подчиняться ему и уступать. А к тому времени, как он начинает всё это осознавать, он уже оказывается прочно вытесненным в нижние слои иерархии. И восстановить себя в прежних правах ему не удаётся. Габен словно не замечает его страданий и переживаний, игнорирует его личное мнение, за исключением тех случаев, когда это мнение Гамлет уже начинает не высказывать, а возмущённо выкрикивать в прямой или в иносказательной форме. Тут уже он может и напугать Габена. Тут уже Габену будет не до масок и не до ролей. Хотя и реагирует на всё это Габен тоже очень бурно.

Доходит до того даже, что Габен, возмутив Гамлета своим хамски - насмешливым тоном, а затем обидевшись на него за его "грубый тон", может в первый же день их знакомства выгнать приглашённую им гостью - Гамлета из своей квартиры и даже спустить её с лестницы, придравшись к тому, например, что она слишком грубо нарезала колбасу (накромсала её толстыми кусками, досадуя на то, что её при первом же свидании произвели в кухарки и подавальщицы). Сам хозяин дома- Габен в этот момент тихо - мирно сидел в комнате и смотрел телевизор. Она закончила приготовления к ужину, накромсала колбасу, положила ему в миску разной другой еды, бросила эту миску на стол и крикнула ему из кухни: "Иди жр-р-рать!!!". Ну, тут он её и выпихнул за дверь, и спустил с лестницы. Кинул в пролёт её верхнюю одежду и крикнул вслед: "Будешь знать, как вести себя в приличном доме! Ты в культурный дом пришла, или куда?"

- Вот так надо крупными буквами и написать: "Гамлеты! Кричите погромче и не стесняйтесь! Крик - это ваше первое средство спасения от конфликта!.." Уж, лучше вначале ему нагрубить и криком разрубить этот узел, чем потом долго висеть марионеткой в его сетях…

- Гостье- Гамлету ещё повезло, что она сравнительно быстро (буквально с первой же встречи) вышла на завершающий этап их отношений. При других условиях Габен мог бы ещё очень долго не накалять отношений (стараясь не доводить их до разрыва).

Действуя таким осторожным способом, он очень прочно удерживает Гамлета на подчинённых позициях. При этом весело и добродушно посмеивается над любой попыткой Гамлета отстоять свои права, чтобы взаимодействовать с ним хотя бы на равных. Этого Габен тоже Гамлету не позволяет. Просто хохочет ему в глаза или поддразнивает ироничными замечаниями: "Да что ты говоришь?.. Да кто бы подумал?.. Да разве это так?.. Да что ты говоришь?.. Ой, напугала, ой насмешила! Сейчас умру со смеху!..") И так до бесконечности: он будет ёрничать, иронизировать, глумиться, насмешничать и передёргивать, но от позиций своих не отойдёт. Потому, что он уже вклинился в самый центр иерархии, в самый центр системы их отношений. Он уже чувствует себя их главным стержнем, даже если поддерживать эту систему не собирается. Даже если в ней бесполезен, если ничего не умеет, ни в чём не разбирается, ни на что оказывается не способен. Он тем не менее, может эту систему развалить (а это уже что - то!)

И потом, если он уже вклинился в эту систему, и это - свершившийся факт (а факт для Габена -это самое главное), то значит и места своего доминирующего он уже никому не уступит. И не надейтесь. А для того, чтобы нейтрализовать оппонента, он и дальше будет продолжать его иронично высмеивать, выставляя вместо контр аргументов всё тот же "непробиваемый" для здравой логики и здравого смысла ироничный и обескураживающий вопрос: "Да что ты говоришь? Ой, насмешил". И так он поступит с каждым, кто попытается вытеснить его с доминирующих позиций в системе. Всё, что можно развалить, развалит (если захочет), но и места своего не уступит. Но может быть смещён вышестоящими инстанциями в приказном порядке. Система может его победить. (Если до этого он не развалит систему, или не подкопается к её доминантам своими путями. Удерживая и дальше их в роли заложников, Габен, через этот "подкоп", вполне может работать при них этаким "серым кардиналом", продолжая успешно и дальше разваливать систему, выкачивая из неё ресурсы и превращая её в труху, или "в колосса на глиняных ногах. При этом и виноватым он считать себя не позволит. А кто посмеет так считать, того отключат … от системы. И для него наступит "апокалипсис" (в смысле, - "конец света"). За примерами далеко ходить не надо…

Габен - враг системы. И Гамлет часто бывает абсолютно прав, когда даёт ему такое определение.

По своей демонстративной логике соотношений (- б.л.8) Габен очень легко внедряется в любую систему отношений. И очень легко её разваливает (просто потому, что нехорошо себя чувствует в рамках жёстких, системных обязательств). Работать на систему, защищать её интересы без каких бы то ни было сверх - важных стимулов он тоже не будет. Отчитываться перед кем - то ему тоже не всегда приятно и не удобно. Да и сам факт необходимости отчитываться и попадать под контроль его (такого свободолюбивого) тоже угнетает и раздражает. Поэтому старается сделать так, чтобы большее количество людей отчитывалось перед ним (аспект волевой сенсорики - наблюдательный (+ч.с.7). По этому аспекту он также вступает в противоборство с Гамлетом (канал 6 -7) у которого этот аспект активационный (+ч.с.6), и который тоже не желает выходить на подчинённые позиции, становиться слабым безвольным, незащищённым - открытым для вытеснения из системы.

Часть VI

25.Габен - Гамлет. Отношения контроля.

Оказываясь на подчинённых позициях, Габен на систему работает - хуже некуда! Преимущественно работает на себя.

В отношениях с людьми, - всё то же самое: обещаний много, самомнение - до небес! Толку никакого. Габен - индивидуалист.(Возможно, самый индивидуалистичный ТИМ в соционе). Он живёт для себя. Работает на себя. Всех других придерживает для себя и возле себя. На нужной и удобной ему дистанции. Гамлету в этой системе отношений уготовано самое унизительное место где - то на периферии системы. О нём изредка вспоминают, а потом надолго забывают, но при этом постоянно контролируют (и он это чувствует). При этом и соскочить с "орбиты" и переметнуться в другую систему Гамлету Габен не позволит. Находясь в "свите" Габена, Гамлет в своём окружении (с лёгкой руки Габена) уже теряет авторитет. Под влиянием иронично - насмешливого обращения к нему Габена, некогда, столь почтительное к нему (к Гамлету) окружение теперь уже резко меняет своё отношение и начинает воспринимать его (Гамлета) как хронического неудачника, "круглого двоечника", не способного ни на что путное. В результате такой негативной и критической оценки (по аспекту интуиции возможностей) подавляется демонстративная функция Гамлета (+ ч.и.8). То есть, взлетать орлом и сверкать оперением Гамлет уже не может. Восхищаться его подвигами, его полётом уже некому. В воображении окружающих он уже видит себя "жертвой" собственных нереализованных амбиций (представляет себя орлом, стремительно падающим вниз). Он уже видит, как его (Гамлета) авторитет падает в глазах окружающих. А увидев и прочувствовав всё это, унывает, раскисает и заболевает. Ходит, как в воду опущенный, всё у него из рук валится, всех он раздражает, возмущает, разочаровывает и этим подтверждает "диагноз" Габена, "приговаривает" его к пожизненной неудачливости, упорно продолжая считать его "горем луковым" и относиться к нему как к человеку с ограниченными возможностями (которому нечего и замахиваться на высокие цели, незачем на них и заглядываться, а следует лучше смотреть себе под ноги, чтобы не пасть ещё ниже.)

- Это называется: дельта - квадровый "поклёв" - "прилетели, заклевали по интуиции потенциальных возможностей, подрезали "орлу" крылья в полёте, оговорили, объявили неудачником, устроили "птичий базар"…

- Лучшая защита - нападение. А самое страшное оружие - это то, которого сами боятся. Представителям дельта - квадры присущ "комплекс подрезанных крыльев", поэтому и нападки по аспекту интуиции потенциальных возможностей являются здесь самой распространённой формой психологического террора. (Когда дельта - квадрал говорит человеку: "Почему ты не можешь разговаривать со мной спокойным тоном?", тот уже представляет себя человеком, не способным управлять собственными эмоциями, - то есть тем, кто не владеет самим собой, а следовательно должен подчиняться чужому контролю и управлению. Достаточно бывает одной фразы, заставляющей человека ощущать собственную неполноценность по аспекту интуиции потенциальных возможностей, чтобы он, глубоко в это тут же пал духом, почувствовал себя несчастным, покорился чужой воле, позволил другому человеку подчинить себя. (Что, собственно, и требуется дельта - квадралу для установления отношений соподчинения в обычном, для этой квадры, НЕ СИСТЕМНОМ, А ЧАСТНОМ ПОРЯДКЕ).

Гамлет рядом с Габеном чувствует себя ущербным. И от сознания своей ущербности (и ограниченности сил и возможностей) заболевает.

Тут опять к нему приходит на помощь Габен - "великий целитель и врачеватель", пользующийся (преимущественно) нетрадиционными ( самыми смелыми и далеко не всегда проверенными экспериментальными методами). Вот Гамлет как раз и оказывается тем объектом, на котором удобно их проверять. (В дельта - квадре, с её доминирующими аспектами деловой логики и интуиции потенциальных возможностей, сочетающихся с альтернативной сенсорикой ощущений и этикой милосердия и человеколюбия - в квадре болезных и сострадательных технологов - экспериментаторов - все друг друга пользуют какими - то снадобьями собственного производства, а отношения соподчинения оказываются очень удобными для того, чтобы их навязывать, внедрять и проверять экспериментальным путём, для чего опять же нужно заставить человека подчиниться своей воле…)

Кто стал общепризнанным "народным целителем", тому и карты в руки: у него и власть, у него деньги, к нему не зарастает народная тропа. Приходят униженно просить помощи даже сильные мира сего: жить долго и чувствовать себя хорошо всем хочется. Поэтому материалы для производства альтернативных снадобий изыскиваются отовсюду. "Эликсиры жизни" и прочие другие "эликсиры" из чего только не делают. И проверяют, естественно, только на самых уступчивых и послушных: убеждая человека пользоваться только альтернативными методами, запускают его болезнь. А затем уже, доведя (ими же) его до отчаяния, пользуются его безвыходным положением, уговаривают его не обращаться к врачам, пугают побочными эффектами общепризнанных (и официально утверждённых) лекарственных средств, даже если он сам хочет перейти от альтернативных методов лечения к позитивным. Иногда "лечат" натуральным продуктом из того, что под руку попадётся, просто потому, что не желают тратить время и деньги на вызов врача (бери отгул, сиди дома с больным, жди когда врач придёт) и покупку лекарств (куда проще напоить молоком или дать понюхать чеснок - панацею "от усех болезней").

Габен, наведываясь к больному Гамлету и, добродушно посмеиваясь над его бессилием и немощью (в которых, конечно же, его самого и винит), прописывает ему свой комплекс мер, - изнурительных и неэффективных средств, упражнений, лекарств и диет, от которых Гамлету становится ещё хуже. В положенное время Габен приходит проверять, как действуют его "лекарства". И дальше уже отношения развиваются в направлении строгой ревизии Габена по мучительным для Гамлета аспектам (СУПЕРЭГО - аспектам) деловой логики и сенсорики ощущений. Габен проверяет, что и как Гамлет делал, как готовил эти лекарства, по какой схеме их принимал, как принимал (до еды, или после? натощак, или как?). Дал ли он им (лекарствам) хорошо настояться, крутым ли кипятком их заваривал… Когда пил? что при этом чувствовал?.. Соответственно, тут же и начинается критика: "А-а, вот видишь, ты не дал им хорошо настояться, поэтому они и не помогли… Надо было выждать минимум час…"

С "лекарствами" разобрались, начинаются новые допросы: "Гимнастику делаешь?" - "Делаю!" - отвечает Гамлет. - "Как ты её делаешь? Встань и покажи!.. Вот при мне сделай!.. А-а, вот видишь, ты не так приседаешь, как надо… У тебя нагрузка идёт не на ту группу мышц, поэтому ты себя плохо чувствуешь!.."

И так далее, в том же ключе… При этом, Гамлет в любом случае оказывается никчёмным и неопытным учеником ("двоечником"), а Габен - мудрым и всё знающим учителем. Габен не упустит случая поставить Гамлета в дурацкое положение, чтобы от души уже посмеяться над ним (и возвысить себя, любимого, в его и своих глазах). При таких условиях о борьбе за место в системе уже не может быть и речи. Гамлету не приходит в голову даже оспаривать его. При таких отношениях с Габеном он попросту "тонет", " камнем идёт на дно", устремляясь в нижние слои той иерархии, на периферии которой Габен отводит для место. (И даже не имея возможности эту иерархию поменять).

27. "Бесплатный сыр в мышеловке"

Габен часто оказывается для Гамлета опасной приманкой - этакий "бесплатный сыр в мышеловке" (для одиноких и неустроенных (преимущественно!) женщин). Свои бытовые услуги (которые, кстати сказать завершёнными и полноценными редко когда бывают) он всегда с избытком сумеет компенсировать с неограниченным (во времени и в пространстве) преимуществом для себя. Будет попросту приходить в этот дом, по любому надуманному (но удобному или выгодному) для себя поводу. Будет подолгу засиживаться за чашкой чая, разговаривать, набивать себе цену, делать себе рекламу, узнавать адреса ещё каких - то неустроенных в бытовом отношении людей, которым также могла бы понадобиться его техническая помощь.

Стоит ли говорить, что ему попросту не выгодно заканчивать всю работу сразу: работает он медленно, делает длительные перерывы на "чаепития" (с прилагающимися к ним обедом и ужином). Развлекает домохозяек "случаями из жизни", придуманными на ходу, где прямо или косвенно фигурирует в точности такая же поломка. В один вечер не успевает, да и не стремится закончить работу (особенно, если ещё и работает "за спасибо"): не находит нужного инструмента, или нужной детали на замену. Потом в поисках "нужной детали" исчезает на какое - то время (на пару - тройку деньков). Потом появляется с какой - то похожей деталью, прикидывает её, примеряет, потом выясняется, что она тоже не подходит. Через пару - тройку недель он уже становится в этом доме "своим человеком". Успевает со всеми познакомиться, подружиться. Производит впечатление доброжелательного отзывчивого человека, незаменимого в любом доме "мастера на все руки", положительного во всех отношениях, одинокого и слегка неустроенного. Постепенно (всё больше сближаясь) становится "другом семьи", очень быстро располагает к себе детей и (одинокую и неустроенную) хозяйку дома. Её дом становится некоторой перевалочной базой, где он может отсидеться и отдохнуть, от житейских бурь, от назойливых преследований других людей, от сложных, конфликтных отношений с враждебной окружающей средой, которые возникают у него, как у любого квестима (а тем более, асоциального квестима - индивидуалиста.) Для полноты ощущений и чувств он вступает в какие - то личные отношения с хозяйкой дома, обнадёживает её, позволяет ей строить общие с ним планы на будущее (по контактной и нормативной своей стратегически ролевой интуиции времени: -б.и.3).А через какое - то время он точно так же бегает и от неё, отсиживаясь и прячась от её назойливых поисков в каком - то другом, очень похожем "оазисе". От прежних, мало - мальски удобных для него отношений Габен не отказывается (интроверт), поддерживает их в выгодном и удобном ему "технологическом режиме". Не позволяет чувствам партнёрши "воспылать" к нему сверх меры, но и не расхолаживает их окончательно. Удерживает её на нужной дистанции, управляя ими с удобных для себя преимущественных позициях "приятеля - контролёра", который уже если удостаивает человека своим вниманием, то непременно совмещает дружеский визит с такой же дружеской и "беззлобной" (на первый взгляд) инспекцией. Чем и ставит себя в преимущественное положение и позволяет себе претендовать на какие - то особенные права при полнейшем своём нежелании (или невозможности в силу каких - то надуманных причин) выполнять взятые на себя обязательства. В результате получается "игра в одни ворота", при которых гостеприимный хозяин будет "всегда виноват", а его гость - всегда прав.

28.Габен. Вытеснение из системы

Как и любой человек, Габен ни перед кем не любит оправдываться, и по этой причине заставляет тех, перед кем виноват (и кому чем обязан) оправдываться перед собой. Это избавляет его от многих обязательств, позволяет списать со счетов многие долги.

Если всё таки приходится держать ответ, в качестве объяснения Габен приводит бесчисленное множество "убедительных", "объективных" причин, которые, в большинстве случаев, тут же на ходу и придумывает, будучи абсолютно уверенным, что проверить их не удастся.

Опять же, за то унизительное положение, в которое ставит его каждый очередной преследователь, за ту необходимость оправдываться, к которой его принуждают, Габен практически сразу же начинает мстить: из защиты переходит в нападение. Резкими, грубыми, язвительными и колкими замечаниями ставит человека "на место" (напоминает, кто здесь "главный"). Часто даёт понять, что делает одолжение этому человеку, продолжая общаться с ним. Хотя может и прервать дружбу, если тот и дальше и дальше будет таким требовательным и настырным. Даёт понять, что все эти отношения держатся только на его, Габена, доброй воле, на его отходчивости (от обид) и отзывчивости на чужую беду.

Посредством таких внушений оппонент вытесняется на унизительные и бесправно - подчинённые позиции.

Вытеснение "по горизонтали" (позиция "с глаз долой, из сердца - вон") является заключительным актом таких отношений. С той лишь разницей, что себя Габен "с глаз долой" вытеснить не позволяет. С нагловатой улыбочкой он будет нежданно - негаданно заявляться в дом к обиженному им человеку (именно тогда, когда тот уже точно решит разорвать с ним все отношения). Будет снова пытаться расположить его к себе, преодолевая его неприязнь и подавляя сопротивление. Сопротивление человека (а особенно женщины) в таких случаях придаёт ему силы и ещё больше возбуждает. эмоции выражаются вполне открыто, улыбка становится злой и нагло - насмешливой (с хищным оскалом), появляется озорной огонёк в глазах. (При этом он чувствует себя (а возможно и кажется себе со стороны) этаким ковбоем, объезжающим строптивую лошадь: чем больше сопротивления, тем больше веселья.) И тогда уже завязывается какая - то дикая и гнусная игра, при которой он чувствует себя победителем и даже мысли не допускает, что он здесь - лишний и никому тут не нужен (и лучшее, что он бы мог сделать, - это уйти и никогда больше не появляться). Но этого Габен как раз и не допускает, а потому и устраивает эту дикую возню: не позволяет себя выпихнуть из системы, - не дождётесь! Он оставляет человека в покое и уходит из его дома только тогда, когда может быть абсолютно уверен в том, что полностью сломил сопротивление своей "марионетки", преломил ситуацию в свою пользу, и теперь этот дом будет по - прежнему оставаться его "перевалочной базой", его "оазисом" на "территории", которую он уже давно и прочно считает своей.

Творческая деловая логика (+ч.л.2) обслуживает его сенсорику альтернативных пространственных связей и отношений (-б.с.1). Приходя в дом к друзьям, он должен чувствовать, что ему здесь рады. Если не чувствует этого, то пытается "утеплить" отношения как оранжерейку, чтобы высаженные в ней "цветочки" принесли ему в своё время нужные и долгожданные плоды. И таких оранжереек у него по всем "оазисам" - пруд пруди! И во всех вызревают плоды его "творчества". А над всем этим - он главный! И никого в свой огород не пустит. И не надейтесь. Когда "плод" созреет, он его срежет и употребит. Потому, что выращивает для себя. И больше ни для кого.

Габен не позволит себя просто так, за "здорово живёшь" вытеснить из системы. Как стратег - инволютор (реконструктор) и интроверт он будет восстанавливать распадающиеся связи, будет плести новые "сети" и "чинить" старые, будет завязывать новые "узелки" на новой и старой основе. А когда восстановит (как ткач) все "нити", разорвавшиеся на этом станке, запустит станок на самостоятельный "ход". И перейдёт к следующему станку налаживать и выводить из ступора всё то, что там "заклинило". Вот таким "цеховиком - многостаночником" он может довольно долго контролировать свои неформально расширяющиеся территории (по альтернативной своей пространственной сенсорики ощущений). А затем, пользуясь всем лучшим на них (снимая по многу раз "урожай" с этого поля) извлекает из этого для себя определённую выгоду, оставаясь при этом по - прежнему "покровителем" и техническим "попечителем" всех неустроенных в бытовом и техническом отношении.

Действуя таким образом, Габен может не возражать даже против того, чтобы его подопечный завязывал какие - то поверхностные связи на стороне. (Особенно, если они для него самого оказываются выгодным.) Таким образом он, по сложившейся схеме отношений, как бы навязывает соконтактнику программу активного поиска возможностной альтернативы, необходимой для расширения его территории. То есть, - загоняет его в рамки программного аспекта своего дуала Гексли ( иногда даже не оставляет ему другого выбора). Но при этом оставляет за собой право контролировать эти связи и отношения. А потому может быть и "избирательно ревнив": бесперспективные (для своего подопечного) варианты избыточных связей он может и допускать (одним тупиком для "марионетки" больше - только и всего!) А против перспективных вариантов может возражать и проявлять такую жестокость и вспыльчивость, что - куда там Отелло!.. Гамлета он этими вспышками - таким неожиданными, спонтанными, безудержными (а главное - бессистемными) - может и запугать, и сбить с толку, подводя к стереотипной формуле: "ревнует, значит любит".

А система во всём этом есть, и система простая: именно перспективные связи Габен отсекает от "подопечного" прежде всего, прекрасно понимая, что бесперспективные сами развалятся. Но и "отбиваться от рук", выходить из повиновения он Гамлету не позволит. Заставляя его помучиться и побегать за собой, Габен прочно удерживает его на подчинённых позициях, определяя для него в своей иерархии невысокое место. Унижает и уничтожает его насмешками, пресекая любую попытку Гамлета "сбросить ярмо", выбраться из этой зависимости и вернуть себе все утраченные права, обращаясь со своим бывшим поработителем с холодной и деспотичной жестокостью, по принципу: "Тень, знай своё место!"

29.Гамлет. Подготовка к реваншу
"Ещё немного, ещё чуть- чуть.
Последний бой, он трудный самый…"

Первое условие - перестать ощущать себя жертвой

Первое условие, при котором ЭИЭ, Гамлет может попытаться "сравнять счёт", - это перестать ощущать себя жертвой.

Поэтому, прежде всего стоит вспомнить золотое правило второй квадры: "Пострадавший сам виноват в своих несчастьях." И постараться повести дело так, чтобы в итоге не считать себя пострадавшим.

А для этого имеет смысл вспомнить о том, что он (Гамлет) - лучший мистификатор и непревзойдённый мастер интриг в соционе. Развести "неприятеля" как лоха, заманить его на "поле Чудес" в страну дураков. Поманить иллюзорными ценностями и заставить ради них отказываться от реальных, провести его как марионетку по всем пунктам построенного им лабиринта (или составленной им "полосы препятствий"), заставляя его на каждом этапе что - то терять, от чего - то отказываться, чем - то рисковать - всё это Гамлету по силам.

Достаточно вспомнить, как действовала светлой памяти Великая Государыня Екатерина II (ЭИЭ, Гамлет), когда заманивала в Петербург княжну Тараканову, сводя её с "нужным человеком", графом Алексеем Орловым. "Развела" её как последнюю "лохушку", эту невероятно амбициозную аферистку, которой довольно долгое время удавалось водить за нос чуть ли не всю Европу, вымогая деньги у королей и магнатов...

- Да, но Габен же не так прост, как кажется и не позволит заманить себя в сети…

- А мы этого и не предлагаем. Мы просто напоминаем, что у Гамлета есть потенциал, о котором не следует забывать.

Конечно, как программный сенсорик и великолепный стратег, Габен не позволяет загнать себя в угол, он умеет проходить и сквозь стены. Поэтому, как интуиту, Гамлету и приходится строить ловушки, создавая иллюзию предельной реальности по своей демонстративной интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.8), заманивать самыми лёгкими и блестящими перспективами, используя для этого огромную сеть " ассистентов - помощников" ("подставных лиц") из числа тех, на кого он может полагаться и кому доверяет (как это, например, было случае с княжной Таракановой).

- А в случае с Габеном?

- В случае с Габеном Гамлет может посчитать результат успешным даже тогда, когда просто констатирует ряд фактических упущений Габена, которые тот, со своей стороны, тоже вынужден будет признать. Может заставить его сожалеть об этих упущениях, соответственно повышая их в цене, что опять же НЕ позволит Габену чувствовать себя победителем (не всё же ему играть в одни ворота!).

Будучи великолепным технологом - манипулятором (+ч.л.3) Гамлет не хуже Габена (+ч.л.2) может прогнозировать действия и выстраивать систему ловушек. Тем более, что творческая интуиция времени (-б.и.2) даёт ему огромные преимущества перед Габеном (-б.и.3). И расписать все свои и его действия на сто ходов вперёд для Гамлета тоже не составляет труда.

Ещё одно преимущество Гамлета: как стратег - экстраверт - рационал -субъективист он создаёт себе реальную группу поддержки, в то время как иррациональный интроверт - объективист - Габен работает в одиночку. "Группу поддержки" создаёт иллюзорную, эфемерную (поскольку реальную ему создавать не с руки). Габен часто блефует, говоря о реальных, влиятельных и надёжных друзьях. Но поскольку в любую минуту он старается быть готовым уйти от принятых на себя обязательств (которые могут для него быть слишком обременительными), он старается выскользнуть из ситуации, уйти от преследования, скрыться " в неизвестном направлении", он реальными отношениями с реальными людьми себе жизнь старается не усложнять (хоть и сам умеет опутывать реальными обязательствами реально доверчивых людей).

Эфемерность своей защиты Габен часто скрывает под непроницаемой маской абсолютной эмоциональной невозмутимости. (Давая этим понять, что его позиции очень хорошо.)

Гамлет ему не верит. (И правильно делает). Поэтому реальная победа в конфликте остаётся всё же за ним (За Гамлетом). Если, конечно, он сам не захочет на веки вечные оставаться в положении жертвы, чтобы потом до конца жизни, размазывая слёзы по щекам, вспоминать, как подло и нехорошо с ним поступили, как злоупотребили его доверием и терпением, как довели до жизни такой. (К сожалению и такие "совсем пропащие" Гамлеты встречаются довольно часто. Часто встречаются и Гамлеты - рабыни - домохозяйки при деспотичных мужьях - Габенах. Этот вариант наиболее распространён в творческой, или артистичной среде. Среди художников встречается очень часто: этакий "непризнанный гений" - Габен терроризирует свою жену - Гамлета (в прошлом - подававшую надежды художницу). И вот, как начал когда- то завидовать её успехам и перед ней "комплексовать", так с тех пор её и терроризирует и не может успокоиться. Ставит её в унизительное жалкое положение "жертвы" и изводит постоянными придирками, давая понять самим фактом этих унижений, что она - круглая неудачница и ни на что другое, кроме как быть рабыней и "жертвой", не способна. )

Худшее, что может сделать ЭИЭ в этом случае - это признать себя пострадавшим и остаться в намеренно инфантильном положении жертвы (то есть начать "косить" под инфантильного интуита - этика и зависать в этом положении на неопределённо долгий срок, рассчитывая, что ситуация разрешится сама собой. (В отношениях с Габеном Гамлет часто позволяет себе идти на правовые уступки (уступает ему в правах) не выдерживает нагрузки на свою слабую суггестивную логику соотношений (-б.л.), в результате сам себя закабаляет, идёт на поводу у Габена, попадает в стратегически расставленные ловушки и спохватывается, когда положение уже кажется ему безнадёжным.

И тут опять уместно вспомнить "золотое правило" второй квадры - квадры решительных: "пострадавший сам виноват в своих несчастьях, а значит сам и должен восстанавливать себя в правах" ("сам потонул, сам и выплывай, а на того, кто тебя потопил, не ропщи - это тебе уже не поможет: надо заново завоёвывать себе престижное место в системе").

Не следует рассчитывать на прежние "устные" обещания Габена, не нужно пытаться поймать его на трёпе, или "косить" под инфантила - простака (или простушку), ожидая (или даже требуя) выполнения обещанного по пунктам (как это обычно принято у субъективистов). Для прагматика - объективиста - Габена устные обещания мало что значат. Он только посмеётся в ответ на эти претензии, от души радуясь, что его уловка удалась. (И "воспитательная мера" удалась, потому что "таких "цепких и хватких" надо учить").

Не надо также забывать и то, что здесь взаимодействуют рационал и иррационал. И если Габен пытается победить Гамлета рационально - стимулируя его заинтересованность какими - то прагматичными, рациональными, реально - успешными перспективами. То Гамлет побеждает Габена, стимулируя его теми же прагматичными перспективами, иррационально выстраивая ловушки по аспекту интуиции времени. (Возникает противоборство манипулятивных аспектов интуиции времени (-б.и.2 -Гамлет) - (- б.и.3 -Габен) и деловой логики (+ч.л.2 - Габен) - (+ ч.л.3 - Гамлет) по каналам 2-3, ЭГО - СУПЕРЭГО, при котором вопрос "Кто - кого переиграет ?" - до последнего момента остаётся открытым. Но, что самое страшное во всё этом, так это то, что конфликт в этой диаде постоянно продлевается во времени, так что и время решающего "удара" постоянно откладывается.

- А это ослабляет силу удара…

- …И заставляет обоих партнёров надолго "застревать" в этих сложных и мучительных для них отношениях (теряя время, энергию, силы, материальные средства, упуская возможности). То есть, возникает затяжной конфликт двух квестимов по интуиции времени, которая у обоих конфликтёров находится в ролевом или творческом, манипулятивном блоке (канал 2 - 3). Оба выматывают друг друга в бесконечно долгом противоборстве, точку в котором поставить очень и очень трудно. И это при том, что вовлечение в конфликт бывает быстрым (и даже стремительным).

- И руководит ими при этом, в первую очередь, прагматичный расчёт…

- Гамлет "покупается" на практическую смекалку, прагматизм и деловую расчётливость Габена. Он как бы говорит себе: "Вот человек, за которым я буду, как за каменной стеной; буду чувствовать себя защищённым, устроенным…"

Но тут как раз надо вспомнить, что упрямый - прагматик - объективист - Габен на "понижение" (как и на любую другую "невыгодную сделку") не пойдёт, с неустроенными себя связывать не будет. "Неустроенных" он использует в своих интересах, организуя удобную для себя сеть "перевалочных пунктов", он использует их материальные и экологические ресурсы: тут переночевал, там пообедал, здесь пересидел непогоду. В благодарность за приём кран починил, чайку попил, побеседовал. В следующий раз будет проходить мимо, ещё зайдёт. Но связывать себя с одинокой и неустроенной хозяйкой, это уж, - извините…

Габен - упрямый (по психологическому признаку). И личные запросы неуклонно повышает. Постоянно повышает и уровень требований к окружающим его людям (в том числе и к тем, кого использует в сети своих "перевалочных пунктов"). Так что, как бы они ни старались ему угодить, им это не удастся: его запросы и требования будут неуклонно расти - таковы правила игры.

- …всё в тот же "лохотрон"…

- При этом, чужого превосходства Габен над собой не терпит, не признаёт (по своему личному субъективному кодексу правил) и признавать не собирается. Поэтому будет только посмеиваться над попытками "неустроенных" "прыгнуть выше головы" - добиться его уважения, завоевать авторитет в его глазах и (на этом основании) сравняться с ним в правах и взаимодействовать на равных. А затем уже с этих позиций попытаться завоевать превосходство и доминировать над ним. При этом, в пылу соревнований они даже не замечают, на кого равняются. Не замечают, что чаще всего это бывает опустившийся асоциальный человек (без постоянного места жительства) только создающий видимость благополучного и устроенного. Но именно потому, что он комплексует перед их относительной устроенностью, он и втягивает их в этот лохотрон, занижая показатели их социальной успешности по своей альтернативной системе приоритетов.

Для примера приведём эпизод из фильма "Сладкая женщина". Тихон (молодой человек неопределённого возраста (персонаж Олега Янковского) - Габен без определённого места жительства и работы знакомится в электричке с яркой и привлекательной женщиной, в которой сразу угадывает одинокую и не очень устроенную (персонаж Наталии Гундаревой). С первых минут знакомства с ней берёт снисходительно - насмешливый тон, сразу же обращается к ней на "ты": "Что ж ты, сладкая, одна-то катаешься?" (что уже достаточно унизительно при том, что она ему отвечает "на вы"). Напрашивается к ней в гости, приезжает к ней в её загородный дом, сталкивается с её недоверием (она ему стелит постель в чуланчике), затаивает обиду на это. Появляется в её городской квартире. И эта сцена выглядит так: сначала робко, "на полусогнутых" он входит в дверь, смущённо и испуганно оглядывается по сторонам, видит ухоженную, добротно обставленную квартиру, с удивлением смотрит на её хозяйку, спрашивает: "Так ты что, и вправду одна здесь живёшь?" - "Одна." - отвечает она. "Так у тебя что, - правда мужа нет?" - "Нет мужа." - отвечает хозяйка. Тут только понимая, как ему повезло, он широко распахивая руки, говорит: "Ну, тогда, здравствуй, Анна Григорьевна!" Обнимает её проходит в комнату, видит хорошую обстановку, добротную мебель, и у него опять настроение портится. Он смотрит по сторонам, мрачнеет, делает презрительную мину на лице и говорит (при первом свидании!): "Только ничего-то у нас с тобой, Анечка не получится. Привыкла богато жить, сладкая, а я этим похвастать не могу…" С этой минуты система приоритетов, с которой он оценивает её достижения, выстраивается по абсолютной альтернативе. Всё, что хорошо для неё (и экологически оптимально для каждого нормального человека), оценивается им как плохое. Её бытовая устроенность становится её недостатком, а в дальнейшем становится постоянным камнем преткновения в их отношениях, а потом и вовсе вырастает в непреодолимое препятствие. Он ещё несколько раз пытается переориентировать её на удобную ему альтернативную систему ценностей, при котором с милым рай может быть даже не в шалаше, а в забытом Богом бомжатнике, в помещении не пригодном для жилья, в доме предназначенном на снос. Видя, что даже после очень тяжёлых и мучительных испытаний, которые он ей (в наказание за всё) устроил, она, тем не менее, не отказывается от своего экологического оптимума в угоду ему, (в её представлении хорошая и благоустроенная квартира будет всегда лучше непригодного для жилья помещения), видя, что ему не удаётся запорошить ей глаза альтернативной системой ценностей -абсолютно мнимых, надуманных и неэкологичных, он её жестоко унижает её, оскорбляет и прогоняет прочь. Но героиня этого фильма (персонаж Гундаревой) - СЛЭ, Жуков. А Жукову запорошить глаза по его программному аспекту альтернативной волевой сенсорики (-ч.с.1) не так - то легко. Обменять реальные материальные ценности на мнимые он не согласиться. (Не согласится обменять добротный терем на ветхую землянку с разбитым корытом, даже если к ней в придачу будет прилагаться "принц"). Но вот Гамлету, равно как и многим другим "романтичным героиням" можно очень легко "запорошить глаза" альтернативными ценностями. Можно заставить их обменять реальную ценность на условную, под которой можно понимать или представлять всё, что угодно, продавая её как "кота в мешке"…

- "Кота в мешке" тоже надо уметь выгодно продать…

- Вот именно этим Габен и одаривает своих "подопечных" в благодарность за приют, тепло и ласку. И этот "приз", в итоге, может обернуться либо "пустышкой", либо "ящиком Пандоры" с огромным количеством неприятностей, которыми приходится расплачиваться за потерянное время (энергию, силы, ресурсы) и за упущенные возможности.

Но в любых вариантах отношений, Габен (как амбициозный аристократ- стратег - иррационал) играет всегда только "на повышение" (хотя бы мнимое, надуманное, альтернативное) и только "по своим правилам". Непревзойдённый мастер "втирать очки", пускать пыль в глаза и приманивать на иллюзию, Габен, "следуя своим курсом", будет очевидное подвергать сомнению, а невероятное выдавать за неоспоримый факт. (Докажи, что он - неустроенный бомж! А может он - подпольный миллионер, который только внедрился в среду бомжей, а завтра, если захочет, разбогатеет). И таких "сказок" для неустроенных "подопечных" у него - вагон! (Не случайно его дуал Гексли, даже будучи беспечным, на одного поклонника ставку предпочитает не делать. (Слишком рискованно: поклонник может оказаться "обманкой"). Заставляя за собой бегать толпы поклонников, Гексли вынуждает Габена ввязываться в реальную, конкурентную борьбу и платить за победу в ней реально дорогой ценой. (А не миражными обещаниями и химерами). В обещания и в миражи по белой сенсорике и чёрной интуиции Гексли и сам играть умеет. И не только он один. В силу доминирующего (в модели Гексли) аспекта инволюционно -альтернативной интуиции потенциальных возможностей (-ч.и.), при котором, прежде, чем задействовать реальные ресурсы и возможности, всегда лучше по максимуму сначала использовать мнимые и ирреальные, инволюционно (реконструктивно) задействуя при этом инфантильные или атавистические пережитки прошлого - То есть, вёс то, что раньше нельзя было разоблачить, а теперь можно, - попробовать ввернуть "на голубом глазу": "Авось, не разберут!" (сюда входят и детские фантазии, и вера в чудеса, и ложные измышления). Все в дельта квадре про это знают (и прежде всего потому, что - объективисты), верят реальным фактам, а мнимые и мнимо - реальный успехи в расчёт ИМИ НЕ ПРИНИМАЮТСЯ. (Точнее, принимаются, но не для себя, а для "дураков" - тех, кого потом можно будет вытеснить из системы, использовать как "подопытного кролика" или как "рабочую единицу", развести как "лоха" или подставить под неприятности (говоря потом: "Я же хотел, как лучше!..").

Слепым и доверчивым в дельта - квадре быть опасно, хотя доверчивыми (инфантильными) слепцами - идеалистами здесь многие прикидываются, но это всё, опять же, распространённые здесь "правила игры": провокационное приглашение к спору, или знакомству, к выгодному сотрудничеству и сделке. Сам Гексли от Габена требует реальных доказательств социальной успешности. (Что опять же выводит их обоих на состязание "мистификаторов", способных из ничего сделать что - то, или нечто реальное превратить в "ничто".)

И это существенно усложняет задачу для Гамлета, желающего выйти из ИТО конфликта: ему, для того, чтобы оставить последнее слово за собой, теперь нужно быть не просто мистификатором, а именно - непревзойдённым "мистификатором - иллюзионистом". При этом результат должен быть таким, чтобы новых попыток затянуть Гамлета в свои сети Габен больше не предпринимал.

И это самое трудное, потому что разрушить иллюзию Гамлета Габен может очень легко. Габен великий мастер "сбивать гонор", подсекать амбиции злобной иронией, подрезать оппонента в споре, заваливая его тупиковыми вопросами. (Как "подрезал" своих собеседников известный персонаж рассказа В. Шукшина. Обожает куражиться и сбивать кураж у других ироничными насмешками. Обожает "подрезать крылья" на взлёте потенциальным конкурентам - лидерам. (Когда Гамлет обращается к аудитории с зажигательной речью, завладев вниманием аудитории, Габен как раз и разрушает приятное впечатление, задавая, по окончании выступления, самые идиотские вопросы, какие только можно себе вообразить. А затем уже, пользуясь произведённым эффектом, говорит: "А-а-а, вот видите, вы не можете ответить на этот вопрос. Значит не знаете материал, а берётесь лекции читать."

Будучи завистлив к чужому успеху, Габен обожает "подрезать крылья" другим. Но сам не любит, когда ему подрезают крылья в полёте, сбивают с мысли, ёрничают и передёргивают его слова. Хотя иногда делает вид, что невосприимчив к этому и готов сам посмеяться над собой. (считает, что это делает его защищённым от чужих насмешек). Свою зависть к чужому успеху Габен часто пытается скрыть системой альтернативных приоритетов, работа по принципу "не очень - то хотелось" (подражать этому чужому успеху). "Играя" в "лису и виноград", он старается нивелировать чужие достижения, или противопоставить им свои собственные, пусть даже очень скромные.

Будучи завистлив к чужому успеху, Габен любит разыгрывать из себя убеждённую посредственность, довольствующуюся самым скромным своим положением, оставаясь при этом незаменимым - этаким "королём, сажающим капусту" и считающим это занятие более достойным, чем управление государством. В этом сказывается всё то же демонстративное пренебрежение к системе. Которое опять же не исключает зависти к чужому успеху, но "прикрывает", "маскирует" её. Иногда может открыто выражать своё недовольство чужими успехами и не допускать их в системе личных своих. То есть будет действовать по примеру "Незаменимого Гоши" (Габен, персонаж Алексея Баталова в фильме "Москва слезам не верит"). Вот уж кто вёл себя абсолютно противоречиво: то представлялся скромным и незаметным человеком, довольным своим скромным положением и зарплатой, оставаясь, между тем, незаменимым мастером на все руки и устраивая "показательные выступления" на пикнике, где каждый рассказывал о том, какой он незаменимый. То объявляет себя абсолютно независтливым человеком, презирающим чужие успехи (этаким "королём, сажающим капусту"), но при этом требует, чтобы его жена не занимала высокое положение по службе и не получала большую, чем у него зарплату. А когда случайно узнаёт что его "невеста" работает на руководящей и высокооплачиваемой должности, оставляет её, потому, что считает для себя такое положение унизительным: "Нет, она меня хотела унизить, поэтому и скрывала всё это…" - объясняет он свою точку зрения новому "другу" Коле.)

Рядом с таким завистливым человеком Гамлету трудно добиваться больших успехов. Гордиться своими достижениями он тоже не сможет. Не будет стимула: любая инициатива, любая попытка проявить себя будет подавляться на корню (в корне альтернативной системой приоритетов, которую и будет навязывать ему Габен).

Язвительный сарказм Габена - это конечно не тупое самодовольство Дюма, (ревизора Гамлета) который уж если ломанёт фразочкой, - всё равно, что дубиной по голове огреет, - не для тонкого ума собеседник. (Гамлету с ним трудно общаться). Но общение с конфликтёром Габеном оказывается для Гамлета куда более травматичным.

И прежде всего:
*Из - за эмоциональной закрытости и неподатливости Габена: эмоции либо глушатся Габеном, либо отражаются от него рикошетом, оставляя его безучастным ко всему происходящему.
*Из - за демонстративной логики отношений, по которой он любой аргумент, любой довод может извратить и вывернуть на изнанку.
*Из - за психологического террора по интуиции потенциальных возможностей, вследствие чего Гамлет выходит в "круглые неудачники" по всем статьям, так что впору взять и свести счёты с жизнью от недовольства собой.

Правда с той минуты, как в жизнь Гамлета входит Габен, она уже ему удовольствия не доставляет, наполняется болью и страданием. Под контролем Габена, что Гамлет ни сделает - всё не хорошо, куда ни ступит - всё "сам виноват". Просто тридцать три несчастья, а не человек. Мраку его душе прибавляет настолько, что вся жизнь превращается в сплошную чернильную кляксу, которая расплывается, затопляя отчаянием всё вокруг. И над всем этим - "чистый и незапятнанный" Габен, весёлый и самоуверенный настолько, что даже квестимность в него сомнения не вселит и самомнения не поколеблет.

Часть VII

30.Гамлет. Освобождение от зависимости

"Пошлю его на небо за звёздочкой,
Конечно, всё хуже может кончится.
Ещё один мучительный день пройдёт,
И захочется, жить захочется!
Пошлю его на…!.."
(Из популярной песни)

Конечно, захочется! Когда - нибудь снова захочется и жить, и петь. (Гамлету без этого нельзя!). Проблема только в том, что Габена не так - то легко "послать за звёздочкой" - тут надо искать неординарные решения, подходить артистично: устраивать со свойственной Гамлету выдумкой и фантазией, яркий и зрелищный спектакль, создавая видимость, мистификацию. И непременно правдоподобную, да ещё такую, чтобы надолго запомнилась, произвела яркое и сильное впечатление, а иначе Габен должного эмоционального импульса не получит, вернётся на свою орбиту и конфликт пойдёт по новому кругу.

Одна милейшая представительница ТИМа ЭИЭ (Гамлет) очень долго (три с лишним года) и безуспешно пыталась порвать свои отношения с конфликтёром, её ровесником - парнем тридцати четырёх лет, тоже разведённым и одиноким, но в отличие от неё - лицом без определённого места жительства (снимал где - то жильё) и без определённого места работы. Зато был "мастером на все руки", как он сам себя отрекомендовал её родственникам, в доме которых они и познакомились. Он первый выразил желание быть ей представленным. Родственники подумали, что он, возможно, был бы для неё неплохой партией. У неё всё - таки был и дом (небольшая трёх - комнатная квартирка - мансарда) и постоянная работа в одной очень престижной театральной труппе, контракт с которой она подписала незадолго до этого, после нескольких лет неустроенности и низкооплачиваемой, "подённой" работы в случайных концертных программах, с которыми она колесила по городам и весям. Теперь у неё была постоянная работа, и родственники решили, что для полного счастья ей не хватает только хорошо устроенного быта и заботливого, любящего мужа - мастера на все руки. Именно таким (по собственным рекомендациям) ей и представился её новый знакомый - скромный, непритязательный, на первый взгляд, молодой человек (широкоплечий, атлетического сложения, невысокого роста, симпатичной наружности с вечно смеющимися, голубыми глазами и ослепительной, как у Бельмондо, широкой улыбкой).

Молодой человек (СЛИ, Габен) рассказывал о себе много хорошего, родственники рекомендовали его с самой лучшей стороны, так что никаких противопоказаний к их дальнейшему знакомству (и возможному сближению) она не видела. В её доме этот человек почувствовал себя очень хорошо. Сразу же нашёл себе занятие: вызвался починить её стиральную машину, которую она как раз собралась выбрасывать. Но он её от этого отговорил, сказал, что знает места, где можно купить запчасти для такой старой модели и обещал починить всё в лучше виде. Одновременно с этим он заинтересовался ещё некоторыми бытовыми приборами, которые тоже пора было выбрасывать. Развинтил их рассмотрел и счёл небезнадёжными. Предложил не выбрасывать такие хорошие вещи, если их ещё можно починить и использовать, сэкономив на этом немалые средства. На этой деловой основе и завязались их отношения. Во время работы он требовал её постоянного присутствия, помногу и подолгу общался с ней: пояснял, где и какая пружинка сгорела, где и какую деталь можно и должно заменить. Одновременно с этим, он и её (так, между прочим) о многом расспрашивал и много рассказывал о себе. Охотно и много говорил о дружбе и взаимопомощи, рассказывал о своих многочисленных и интересных друзьях, о помощи, которую он им оказывает. Во всех рассказах он неизменно выглядел человеком привлекательным, важным, нужным и положительным во всех отношениях. Ей казалось, что ещё немного и она обретёт своё счастье: наконец- то она нашла своего принца, -скромного, обаятельного, без вредных привычек (что особенно ценно!) и совершенно незаменимого в хозяйстве и в доме.

Первое время он появлялся в её доме сравнительно часто (и это при том, что она не каждый вечер была свободна для таких встреч). А потом его инициатива начала угасать. У начали появляться более важные и неотложные дела, так что вскоре ей уже самой пришлось его разыскивать, вызванивая по всем каналам, выслушивать его уклончивые и неопределённые ответы, нарываться на его грубость и раздражение всякий раз, когда просила она просила его назначить какое - то чёткое, определённое время его визита. Снова и снова ей приходилось напоминать ему о незавершённой работе, упрашивать и уговаривать его прийти и закончить ремонт: привести в рабочее состояние всё, что он развинтил и разобрал, по гаечкам и шурупчикам, разложив всё это на газетках и на салфетках, так что весь дом стал похожим не на жилое помещение, а на ремонтную мастерскую. Потому, что сама квартира уже походила на запущенное, нуждающееся в срочном ремонте помещение, мало пригодное для жилья. Обои он собственноручно оборвал уже в разных местах, обещая наклеить новые. Краску соскоблил и отколупал везде, где только можно было её подцепить. Привёл квартиру в ужасное состояние и исчез. Она стала разыскивать его повсюду. А он, словно назло делал вид, что воспринимает этот деловой интерес как личное преследование с её стороны. То посмеивался над её просьбами, то говорил с ней презрительно, высокомерно, словно она какая - то маньячка, которая бегает за ним, как одержимая. Обижался, когда она становилась строгой и требовательной. Отмахивался от неё как от назойливой мухи. А она в дом не могла войти из - за всего того, что он там развернул. Предлагала ему деньги за ремонт (и немалые). Он смеялся над этим и говорил: "Да, ладно, свои люди, сочтёмся! Деньги - не главное!". "А что главное?!" - спрашивала она. Он посмеивался и уходил от ответа. Иногда сам звонил и договаривался с ней о встрече. Она ждала его, а он не приходил. Или приходил очень ненадолго, приступал к ремонту и почти сразу же вспоминал, что забыл нужный инструмент где - то в соседнем доме. Уходил на пять минут и снова исчезал на несколько дней. Она замучилась его преследовать, отлавливать, устраивать ему скандалы, которые он гасил либо наглой и грубой издёвкой, либо откровенной безучастностью к её проблемам, либо просто смеялся ей в лицо. Чем больше она кричала, тем больше он замыкался в себе. А когда она уставала кричать, он снова посмеивался (как будто оттаивал) и говорил, что она очень смешно выглядит, когда сердится.

Близкие, интимные отношения, которые он поначалу пытался ей навязать, тоже не складывались. Он, видя, что разочаровывает её, ссылался на обычную свою усталость. Но даже в тех редких случаях, когда он выглядел отдохнувшим и пребывал (по собственным его словам) "в хорошей форме", она всё равно была разочарована результатом: он расхолаживал её постоянно, словно это был не человек, а комок снега, или груда льда. ("Ощущение было такое, словно его только что вынули из холодильника: руки холодные, ноги холодные. - говорила она о нём. - Сам весь холодный, лежит, словно обледеневшее бревно, вытянется по струнке: ноги вместе, руки по швам, одеяло до ушей натянул и смотрит в потолок, да ещё и глаза какие - то мёртвые... Первое время ощущение было ужасное. А потом слегка начал оттаивать и даже как - то сумел заинтересовать собой"). Она ждала какое - то время, что он "оттает" ещё больше, но он словно и не собирался этого делать: "преподносил себя "холодным", намеренно безразличным и требовал, чтобы его принимали таким, какой он есть. А она чувствовала, что он притворяется, вредничает, нарочно глумится над ней, хочет её унизить и разочаровать. Она не понимала, чего он добивается таким поведением и почему себя так ведёт. Всё это предельно её возмущало и воспринималось ею как издевательство. Когда она пыталась прекратить их близкие отношения, он находил способ заставить её их продолжить. Снова пытался собой заинтересовать собой и очень скоро намеренно охлаждал. Всё это превращалось в какую - то жуткую и страшную игру, которая буквально выкачивала из неё энергию и силы, ничем их не компенсируя, не давая никакого удовлетворения взамен. Она нервничала, раздражалась, теряла терпение и постоянно чувствовала себя измученной, издёрганной, неудовлетворённой. Невыносимо страдала от всего этого, под конец вообще уже перестала вести счёт всем потерям и обидам. Просто очень уставала от всего этого и сникала, не имея сил задавить себя взбодриться. Когда падала духом, он снова появлялся, обнадёживал её ещё больше, снова дразнил и снова разочаровывал. И именно тогда, когда ей казалось, что она наконец - то сможет получить реальное представление о его возможностях и его отношении к ней, он находил самый болезненный и самый обидный способ обмануть её ожидания (вплоть до того, что мог запереться в ванной до утра, или выскользнуть из квартиры, воспользовавшись тем, что она вышла в другую комнату).

На фоне всех этих неутешительных эпизодов её особенно раздражали его многословные разговоры о теории и практике секса, в которых он пытался зарекомендовать себя великим знатоком и теоретиком интимных отношений. В те редкие часы их свиданий, к которым ей теперь уже с большим трудом удавалось его склонить, он много говорил о восточных трактатах по сексу, о том, какая поза, кому и при какой фазе луны больше подходит. До утра мог проговорить. Тогда ей и вспоминалась известная поговорка: "Последний в деле - первый в разговорах", а очень хотелось, чтобы всё было наоборот. Она ещё не теряла надежды всё изменить к лучшему.

К её успехам в театре он относился очень сдержанно. Часто давал странные советы, рекомендовал то, что было неразумно и противопоказано. Например, советовал расторгнуть контракт и перейти на прежний режим свободного поиска работы и ангажемента. Она пыталась понять, зачем ему это нужно? Она догадывалась, что он комплексует по поводу своей неустроенности, считает своё положение унизительным, завидует ей и хочет её унизить. Её возмущало и шокировало это предложение, но он объяснял это тем, что так они могли бы чаще встречаться в удобное для него время. А кроме того (и он уже это знал), случайный ангажемент можно было найти на богемных тусовках. Но она и сама туда не ходила (не было необходимости, да и некогда было) и не устраивала их у себя. Хотя её квартира его стараниями уже напоминала этакий богемный бомжатник. Он это тоже понимал и со своей стороны не терял надежду встретить в её доме "толпу", выйти на нужные связи, завязать нужные знакомства, решить какие - то свои бытовые проблемы. Иногда он приходил к ней домой спонтанно, в канун праздников, или выходных, когда видел, что окна её квартиры ярко освещены. Если в доме действительно были гости, он свободно с ними общался, завязывал новые знакомства, предлагал свои услуги по ремонту бытовой техники. (И это её особенно возмущало: ещё не успел в её доме закончить ремонт, а уже ищет себе новую клиентуру! Лично она в доказательство его слов ни одно из "отремонтированных" им изделий предъявить не могла: все они лежали разобранном виде на всё тех же местах, где он их периодически расковыривал, в то время как сама она обходилась самыми простыми и примитивными средствами.)

Впрочем, свои деловые отношения он завязывал и без её помощи. Но неизменно разочаровывал своих клиентов принципиальным нежеланием следовать изначальным договорённостям. Игнорировал назначенные сроки и чаще всего приходил ремонтировать вещь тогда, когда в ней уже не нуждались… На него обижались, ему говорили: " Вы опоздали: мы этот прибор уже выбросили и заменили новым! Уж извините, но дорога ложка к обеду!" На что он спокойно отвечал: "Жаль. Уж, лучше бы отдали мне. Я бы его разобрал. Нашёл, как использовать…". Когда ей рассказывали об этих эпизодах, она начинала сомневаться в том, что он вообще умеет что - либо собирать. Может, разобрав и отложив вещь на неопределённый срок, он вообще забывал, что это был за прибор, как он выглядел в собранном состоянии и какую функцию выполнял? Однажды она всё же решилась выбросить на помойку эту злосчастную стиральную машину, а заодно и все разобранные им вещи: ей надоело видеть перед собой эти винтики и следить за тем, чтобы они не терялись. Ей надоело скандалить с ним до хрипоты по этому поводу. Когда она объявила ему о своём решении, он воспринял это как ультиматум, как попытку надавить на него и подчинить своей воле. Тут же он и наказал её за это "самоуправство": появился в её доме со шлангом (якобы, пришёл "закончить ремонт"), приладил к машине шланг, пустил воду и начал его испытывать. Залил всю квартиру, отвинтил шланг и сказал, что длина не подходит. Пошёл в магазин покупать новый шланг, подлиннее. А её оставил вычерпывать воду, в то время, как она уже опаздывала на спектакль и у неё не было ни секунды лишнего времени.

То же самое произошло и с ремонтом квартиры: то он, вроде, сам собирался её ремонтировать, то присылал какую - то бригаду барыг договариваться о работе и о цене. В конечном итоге квартира так и осталась не отремонтированной. Он милостиво разрешил ей только "живенько так" распылить чёрную и серебристо - серую аэрозоль на вопиюще ободранные стены, после чего они стали выглядеть ещё ужасней. А сама квартира - ещё более запущенной и мрачной.

Учитывая её особый дар привлекать к себе новых, разносторонне одарённых, но неустроенных в бытовом отношении людей, он продолжал подбирать себе новую клиентуру, используя широкий круг её знакомств. (Общительный Гексли его бы непременно кому - нибудь да порекомендовал). Но она разочаровала его и в этих расчётах: наотрез отказалась его кому бы то ни было рекомендовать. И даже перестала у себя принимать тех людей, которых он мог бы сделать своими клиентами. Говорила: "Если понадобиться, я с ними вне дома встречусь. Приличных людей в такую берлогу и приглашать стыдно!" Он понимал это как намёк на то, что теперь он всё - таки должен (вот так, "за здорово живёшь") выполнить свои обязательства. О цене за работу, которая с учётом общих разрушений должна была ещё больше подорожать, он с ней по - прежнему не говорил. Переключаясь с деловых отношений на этические, он вообще держал её в каком - то двусмысленном, ложном положении, позволяя рассчитывать и на дружбу, и на деловую помощь, в качестве дружеской услуги. А на самом деле лишал её и того, и другого: постоянно менял доминанты и ракурсы их отношений - то обнадёживал, то обманывал, то отмалчивался и избегал объяснений с ней, уходил от ответа - то есть, играл с ней в какую то странную "свою игру"…

Её тяготили все эти двусмысленности. Они были ей абсолютно непонятны. Раздражала его безответственность, возмущала его постоянная ложь. Она не понимала, что мешает ему завершить работу, если все возможности для этого у него есть, все условия созданы. Мысль о том, что он вообще ничего не умеет потому что ничему этому профессионально не учился, а делает то, что "руки подскажут", полагаясь на свою природную сообразительность, - ей даже в голову не приходила. Её, как субъективиста - Гамлета, удерживал в плену заблуждений тот "ярлык", который этот человек себе сам присвоил: он представился "мастером на все руки", по его словам он неплохо теоретически разбирался во всём этом, она и ожидала, что он окажется "мастером на все руки".

По мере отношений с ним, накатывались другие неприятности: она всё больше разочаровывалась в людях, в отношениях, в жизни, всё больше впадала в депрессию. Ей уже не хотелось собирать у себя друзей и праздновать праздники. Не было желания радоваться жизни. Её депрессия передавалась ему. Приходя к ней и заставая её дома одну, он теперь не засиживался у неё подолгу: находил предлог для того, чтобы поскорее уйти. Чувствовал себя, как охотник, находящий в силках одну только приманку, вместо ожидаемой дичи: друзей и потенциальных клиентов в свой одинокий дом она уже не привлекала.

Иногда, чтобы снова привязать её к себе, он переключался на этическую сторону их отношений, снова её обнадёживал, обещал, что останется с ней до утра, а потом, видя, что она готовит и сервирует ужин на двоих, вспоминал о каком - то важном неотложном деле (чаще всего о технической детали, которую нужно срочно нужно купить до закрытия магазина) под этим предлогом уходил: отлучался "на пять минут" и исчезал на несколько дней. (Потом вновь появлялся, когда окна в её квартире были ярко освещены). Собрав волю в кулак, она пыталась заставить себя отказать от него, пыталась вырваться из этого плена. Но он пресекал любую её попытку к самостоятельным действиям. Любые планы её он разрушал. Стоило только появиться в её доме новому знакомому, как он тут же возникал на её горизонте, часто захаживать в её дом, засиживался допоздна, давая понять новому гостю, что тот - "третий лишний". Но, едва дождавшись его ухода, сам уходил, оставляя её в одиночестве. Она возмущалась, устраивала истерику, понимала, что он намеренно изолирует её от всех, держит в плену как рабыню, морочит голову обещаниями, манипулирует ею, как приманкой, как вещью, использует для каких - то своих целей… Она впадала в депрессию, видя как он удерживает её словно в тисках, перекрывая все выходы из этих, чрезвычайно мучительных для неё отношений1. Она билась в истерике при одной мысли об этом, а он преспокойно смотрел на неё, как на птицу, бьющуюся в силках у его ног. И насладившись зрелищем, уходил.

1 Пространственные ограничения здесь проявляются в форме террора по мучительному для Гамлета аспекту сенсорики ощущений (по сенсорике альтернативных пространственных перемещений), все преимущества и выгоду, по которому Габен (правдами и неправдами) присваивает себе, удерживая партнёра (а тем более конфликтёра) в жёстко ограниченном пространстве, под жесточайшим контролем. Для этого он и опутывает его жёсткими договорённостями, обязательствами и обещаниями, для этого и заставляет его находиться в каком - то одном, жёстко фиксированном (строго оговорённом) месте и удерживает его там. Пользуясь его обязательностью и одновременно, снимая с себя всю ответственность за собственные обещания, он удерживает партнёра в крайне невыгодном положении, заставляя его (при неблагоприятных интертипных и межличностных отношениях) чувствовать себя пленником, что особенно мучительно для Гамлета, стремящегося занять преимущественные позиции в отношениях соподчинения и не желающего смиряться с положением "шестёрки" (а тем более, - жертвы, раба или пленника).

Для того, чтобы сделать её послушной, он попытался её даже спаивать. Предложить ей напиться, если она по - другому не может успокоиться и снять напряжение, доводившее её до судорог. Сам поставил перед ней бутылку водки, сам налил. Она выпила её почти всю и не опьянела. Зато припомнила ему его прежние нравоучения по поводу здорового образа жизни. "И это ты называешь "здоровым образом жизни"? - говорила она, покачивая перед его носом пустой бутылкой. Он посмеялся над ней и вызвался пойти купить еды, пока магазины ещё не закрылись. Вышел и не возвращался несколько дней.

Состояние её всё ухудшалось. Каждый новый день оборачивался для неё новой трагедией, новым ударом и испытанием, предвещал новую муку. На работе начались неприятности: ей делали замечания по поводу её частых опозданий на репетиции и спектакли. Ей всё труднее становилось выходить на сцену: не удавалось справиться волнением и снять напряжение. Голос срывался до хрипоты, а один раз даже исчез совсем. Правда ненадолго. Сослуживцы о ней злословили, смеялись, сплетничали за глаза, говорили: "Скоро ей будут поручать роли без слов". И это было особенно злободневно, поскольку с некоторыми ролями она уже не справлялась, всё чаще стала забывать текст, приходилось сочинять отсебятину, но и на это уже её памяти не хватало. На неё сердились, её предупреждали. А она чувствовала себя совершенно ужасно. Один раз, когда она вышла на сцену в роли пианистки (ставили "Гранатовый браслет" по Куприну), села к роялю и стала играть, ей показалось, что чёрная крышка рояля наваливается на неё, сейчас закроется и её прихлопнет. С ней случилась истерика прямо на сцене. Из - за этого срыва её потом чуть не уволили. Помогло только то, что у неё уже были "свои зрители", и эту истерику списали на общее переутомление и сердечную недостаточность.

Всё вокруг оборачивалось против неё. Мир становился всё более чужим и враждебным, а сама она с каждым днём чувствовала себя всё более несчастной и разочарованной. Человек, причинивший ей столько страданий, по - прежнему оставался главной персоной в её жизни. Ей всё - таки хотелось узнать, правда ли то, что он говорит о себе? Ей казалось, что теперь она уже ничего не понимает ни в людях, ни в жизни, ни конкретно в его поступках, который ей теперь казались особенно противоречивыми и противоестественными. Ей постоянно хотелось с ним объясниться. Но он не предоставлял ей такой возможности, избегал встреч и объяснений. При каждом удобном случае ускользал от серьёзного разговора…

(Как квестим, да ещё решительный, рациональный- экстраверт- Гамлет, она, конечно, не знала той формулы, которую использует Гексли для того, чтобы завладеть вниманием Габена всякий раз, когда ему нужно объясниться с ним. Гексли просто встаёт перед ним лицом к лицу, напряжённо и из - под лобья смотрит ему в глаза, а когда встречается взглядом, говорит, обращаясь по имени: "…, мне нужно с тобой поговорить." Или: "Мне нужно сказать тебе что - то очень важное". А дальше уже этот разговор либо происходит немедленно, либо откладывается на некоторое, но очень короткое время (5 -- 10 -- 15 минут) в течении которых Габен чувствует себя как парализованный, как загипнотизированный или захваченный врасплох. В такие минуты он бывает так напуган, что даже не строит догадок относительно возможной темы разговора. Он ходит, как приговорённый, и только хлопает глазами, сохраняя на лице удивлённое, растерянной и одновременно напряжённое выражение, от чего всё его лицо выглядит застывшим и словно каменеет под маской напряжённого спокойствия, за которым угадывается растерянность и страх. Гексли, со своей стороны, понимает, что тема разговора должна быть действительно очень серьёзной. (Иначе он рискует потерять доверие партнёра). Разговор после такого вступления бывает долгий и даже очень долгий. И Габен выслушивает всё, что ему говорят, не шелохнувшись. Сам разговор, в таких случаях, касается либо принятие важного для Гексли решения, либо сводится к программированию партнёра в нужном для Гексли "ключе", к направлению или настрою на нужные для Гексли цели. По пустякам он вгонять соконтактника в такой ступор не будет. Гамлет, как всякий решительный этик - рационал может прихватить партнёра для объяснения на ходу: взять его на "гоп - стоп" и уже куда - то сразу вовлечь и направить. С Габеном такие варианты не проходят: его сначала надо "пригвоздить к месту", пользуясь его испугом суггестировать (внушать какую - то программу), а потом уже направлять и контролировать. Все остальные варианты здесь не проходят.)

Так или иначе, ей всё не удавалось завладеть его вниманием и объясниться с ним. Она ждала и надеялась, что он когда - нибудь всё же окажется тем самым прекрасным принцем, каким она хотела бы его видеть и каким он рекомендовал себя в самом начале их отношений. Ей всё ещё не хотелось разуверяться в нём и расставаться со своими иллюзиями. Она всё надеялась, что этот кошмар когда - нибудь кончится и разрешится сказочно - прекрасным финалом, или смертельной развязкой для одного из них.

Совершенно случайно эта трагедия действительно разрешилась "сказочным финалом". Вот, как рассказывает об этом сама героиня:

“...Мои отношения с ним превратились в сплошную кровоточащую рану - более точного сравнения я не могу и подобрать. И эта рана всё не затягивалась, потому что он этого не допускал. Он всё время напоминал о себе и не позволял себя забыть: являлся, когда я уже не хотела и не могла его видеть, снова успокаивал меня, обнадёживал и исчезал именно тогда, когда я больше всего в нём нуждалась...

Я не знала, как разрубить этот узел. Запрещала ему звонить и приходить ко мне, но с него - всё как с гуся вода! Приходит, улыбается, как ни в чём не бывало. Я прогоняла его, говорила: “Знать тебя не хочу! Не появляйся больше! Ты для меня больше не существуешь! Тебя у меня нет !”. А он: “Как это меня нет? Я здесь. Вот он я!”. И всё шло по шло по новому кругу. Заявился он ко мне на день рождения. Я не приглашала его, не хотела видеть и уже перестала ждать. Но он пришёл. Без подарка, без цветов - сам по себе “подарок”. Я вообще не хотела его пускать. Но кто - то из родственников открывал дверь и впустил его в квартиру. За столом он сел рядом со мной, - как ближайший друг. Видя, что за мной пытается ухаживать кое - кто из гостей, он рассказал мне жуткую историю о том, как удерживает возле себя тех, кто пытается от него уйти. Рассказал про девушку, с которой год не встречался, держал её в стороне "про запас", но как только узнал, что она выходит замуж, тут же прилетел к ней из Львова во Владивосток, поссорил её с женихом, расстроил свадьбу, добился от неё обещания ждать его, сколько понадобиться и после этого вернулся во Львов. С ней он расстался только тогда, когда сам этого захотел.

Я выслушала эту историю и была потрясена его жестокостью и цинизмом. Подумала, что мне непременно нужно избавиться от этого чудовища - от этого негодяя, предателя, ничтожества, изверга, у которого нет сердца! Он видимо понял, что глубоко шокировал меня, понял, что я собираюсь от него уйти и целый вечер находился рядом со мной, никого ко мне не подпускал и не отпускал меня от себя ни на шаг. В тот раз я снова почувствовала себя пленницей. Эту историю нужно было как - то заканчивать, но как? Надеяться было не на что. Верить в лучшее уже не хотелось… Когда гости начали расходиться, он вызвался проводить одну семью до автобуса, хотя его об этом никто не просил. Мне он пообещал, что вернётся максимум через 15 минут, поможет убрать со стола и вымыть посуду, хотя я его об этом тоже не просила. Но он стал мне активно навязывать эту услугу. Я очень устала, хотела поскорее лечь спать, мне некогда было ждать, когда он там проводит кого - то и вернётся. Да и вернётся ли? Но он убеждал, упрашивал меня его подождать, говорил: “Ты сегодня именинница, со стола не убирай, ничего не трогай, я через 15 минут приду, всё уберу, вымою всю посуду”. Я не хотела и не могла ему верить. Но он всё не уходил, пока не заставил меня в очередной раз ему поверить. Говорил: “ Ты посмотри в мои честные, искренние глаза! Разве они могут врать? Вот увидишь, я вернусь через 15 минут...” Через 15 минут он не пришёл... Я долго ждала его. Потом позвонила одному из гостей, который выходил вместе с ним. Тот сказал, что мой "друг" попросил его подвезти до метро и там исчез. Я была в шоке. Негодяй! Так подло поступил со мной в день рождения! Трудно было пережить этот момент. Мне было нестерпимо обидно и больно. Я не знала, что делать. От боли, обиды и напряжения я долго не могла заснуть - меня трясло!.. Жить не хотелось. Хотелось покончить с собой. Пыталась заставить себя успокоиться, пила какие - то капли, потом звонила ему домой (в два часа ночи!) и мне ответил незнакомый женский голос. Я всё поняла. Прокляла эту сволочь последними словами… Решила, что дальше так продолжаться не может. Надо срочно что - то менять, что - то делать. Надо как - то ему помешать приходить ко мне. Но как? Что делать?! Запретить нельзя, он запретов не слушает. Но тогда, что же, что?!.. Поменять квартиру? Это невозможно, пока она в таком состоянии. А сил и денег на ремонт уже нет. С тех пор как я с ним связалась, все деньги ушли на какие - то бесполезные ремонтные траты Утекли, как сквозь пальцы вода. За эти деньги сто раз можно было отремонтировать квартиру и купить новую бытовую технику... Нет, решено: надо срочно расставаться с этим человеком! Срочно завязывать с этой историей! Но как?!.. Как избавиться от него?!..

Я постоянно думала об этом, впала в депрессию, ходила мрачнее тучи, чернее ночи. Жить не хотелось, силы таяли день ото дня. Положение казалось катастрофическим! И тут случилось чудо! Величайшее чудо из чудес! Есть Бог на небе , и он меня спас, не дал погибнуть!.. Я никогда не верила в эту соционику. А тут случайно повстречала одного знакомого человека - психолога - соционика, который когда - то тестировал меня и его. Он с самого начала предрекал мне полный крах отношений и всей моей жизни, если я свяжусь с этим человеком - "конфликтёром" (так он тогда его называл). Тогда я не придала значения его словам, думала: "Что они понимают, эти психологи? Что знают о чувствах, о жизни, об отношениях"?!" Теперь я понимаю, что он был прав. Обрадовалась, когда его встретила, и рассказала ему про свою беду. Он сбросил мне на дискету часть материала по психологическим описаниям личностей, из которого я узнала много интересного и про себя, и про своего “ приятеля” - конфликтёра, и про его дуала Гексли. Вот тогда- то у меня и возник план действий, который, к счастью, помог мне выпутаться из этой истории. Очень трудный, рискованный план. Как актриса, я понимала, что если хоть в чём - нибудь ошибусь, всё может пойти прахом… Но решила всё же рискнуть, хотя бы потому, что другой альтернативы у меня не было. Представила, как это будет эффектно выглядеть и словно, заново родилась - так загорелась этой идеей!..

Среди некоторых моих приятельниц были две - три, похожие по описанию на Гексли. Я знала, как они себя ведут, как разговаривают и подумала, что легко смогу их скопировать. Мой "приятель" даже не знал, какой здесь готовится ему сюрприз. Всё складывалось на редкость удачно: после того внезапного исчезновения он выждал две - три недели и заявился ко мне в очередной раз, когда я уже была готова к встрече с ним. Пришёл такой весёлый, довольный, уверенный, что его здесь ждут. И был потрясён моим внешним видом. Я изображала из себя "смешную девчонку" и выглядела теперь как клоун на манеже, -- хоть сейчас отправляй в цирк! Одета была в расшитую яркими заплатками тельняшку огромного размера, которая висела на мне, как короткое платье. На ногах были разноцветные гольфы. Волосы были перехвачены яркими резинками и, заплетены в две косички с хвостиками, которые смешно торчали у меня над ушами. Макияж тоже был самый смешной и диковинный: один глаз был намазан синей тушью, другой - коричневой. В этом костюме я могла бы играть Пеппи - Длинный чулок в каком - нибудь ТЮЗе. Он как увидел меня, тут же расхохотался. А дальше я уже не давала ему опомниться: начала дурачиться, пытаясь представит себя в роли Гексли (играла Пеппи - Длинный чулок). Всё стала абсурдно и глупо переиначивать на свой лад, рассуждала как пятилетняя девочка. Сама хохотала по каждому пустяку, ёрничала, насмехалась, подтрунивала над ним, передёргивала и высмеивала каждое его слово. Полтора часа работала "пересмешником", веселилась и “прикалывалась” от души.

Он хохотал до упаду. На него словно повеяло тёплым, дуальным полем (как потом мне объяснили.). Он расслабился и выглядел вполне счастливым. Говорил: “Ну, ты меня и порадовала! Ну, ты меня и рассмешила! Давно я уже так не смеялся! Наконец - то ты поняла, что мне от тебя нужно. Вот такой ты мне нравишься! Вот такой всегда будь со мной, и я от тебя не уйду!..” И только я представила себе, что с таким как он, я всегда должна быть этакой "дурой - пересмешницей", как у меня тут же всё веселье улетучилось. И всю прежнюю боль, как рукой сняло. Сразу стало невероятно легко, как будто тяжёлый камень с души свалился: теперь я знала, как нужно мне поступить и как следует закончить свой спектакль. Комедия кончилась. Пришло время подводить черту. В один миг я сбросила маску "дурашливой девочки", чтобы он, наконец увидел вместо своего дуала ненавистного ему конфликтёра. Грозно прищурилась, глядя ему в глаза. И для пущего страху ещё и прищёлкнула языком. Думаю: "Ну … Колобок, вот тут - то ты мне и попался!". Настроение у него резко переменилось: он почувствовал себя этакой Красной Шапочкой, оказавшейся перед Серым Волком, который наконец сбросил очки и чепчик и перестал прикидываться доброй бабушкой. Приятель мой оторопел, когда увидел моё лицо. Я смотрела ему прямо в глаза и видела, как они стекленеют от ужаса, а лицо бледнеет и даже подёргивается какой - то синевой. Никогда не видела столько страха на его лице.

Мне вдруг расхотелось доигрывать финал "Красной Шапочки": я поморщилась, представив, какой он… И даже захотелось сплюнуть. У меня возникла идея получше. На память пришла сказка Андерсена "Свинопас". Точнее, тот её момент, когда принц прогоняет прочь глупую принцессу из - за того, что она променяла его искренние дары на фальшивки. Я подумала, что это как раз то, что мне нужно. И, пользуясь тем, что мой друг сидит ни жив, ни мёртв, говорю ему так:

"Значит, когда я вела себя естественно и была сама собой, я тебе не нравилась и мои искренние чувства тебе были не нужны. А когда я целый вечер кривлялась, как клоун и изображала из себя полнейшую идиотку, я тебе понравилась и такой я тебе нужна?”

Тут смотрю, он насторожился, глаза в кучку съехались, молчит. А я продолжаю:

"Так вот, дорогой мой, ненаглядный мой, несостоявшийся принц, послушай, что я тебе скажу: ТАКОЙ, КАКОЙ ТЫ ЕСТЬ, ТЫ МЕНЯ БОЛЬШЕ НЕ ИНТЕРЕСУЕШЬ! ТЫ - ПУСТЫШКА! ФАЛЬШИВКА ТЫ! И ЗНАТЬ Я ТЕБЯ НЕ ХОЧУ! МЫ С ТОБОЙ ДРУГ ДРУГУ НЕ ПОДХОДИМ, МЫ С ТОБОЙ РАЗНЫЕ ЛЮДИ. Уходи и ищи себе ту, которая тебе подходит, а мне чужого не надо! Уходи и никогда больше не появляйся в моём доме!..”

Он всё это выслушал. Улыбка померкла у него на лице, он встал и вышел за дверь. И всё! И с тех пор я никогда его больше не видела. До меня доходили разные слухи о нём. Говорили, что он стал работать профессиональным жиголо - то есть, по призванию. Может оно и к лучшему…

Впрочем, меня всё это уже не интересует. У меня всё вошло в свою колею, и я совершенно счастлива тем, что имею! Хотите, честно скажу, чего мне сейчас больше всего хочется? - Хочется высунуться в окно и вот так размахивая флагом, кричать на весь двор: "Уррра-а-а! Я спаслась!!!" Думаете, можно, да?.. Ладно, попробую… Нет, я осторожно, я не вывалюсь… Я теперь жить хочу!.."


ЧастьVIII

31. Габен. Прагматизм и сенсорная экспансия

По своей творческой логике действий (+ч.л.2) Габен любую ситуацию старается организовать с максимальной выгодой, с максимальным правовым и возможностным преимуществом для себя. Поступает так, как ему удобно и выгодно. (Это было ещё подмечено Аушрой Аугустиновичуте в одном из ранних её описаний ТИМа СЛИ: "Многими своими изобретениями Габен обязан своей лени".) Сенсорный комфорт, (и в первую очередь психологический и душевный комфорт), к которому он стремится - одна из приоритетных мотиваций всех его действий, которые он как представитель дельта - квадры никому не позволяет перекрывать контр мерами. Всё, что он делает для себя - это свято. И создавать препятствия себе, перекрывать его действия подавляющей контр инициативой он никому не позволит. (Живёт по принципу: "Нам нет преград, а нам их и не надо!..")

Договорённости в партнёрских отношениях удобны ему только в одностороннем порядке: как удобная и выгодная возможность склонить партнёра к новым уступкам, опутать его новыми обязательствами, взять с него новые обещания и заставить его выполнять обещанное. Со своей стороны он выполняет только те обещания, которые помогают ему
* завоёвывать доверие партнёра (на начальном этапе их отношений),
* позволяют обнадёживать его в дальнейшем,
* позволяют злоупотреблять его доверием и терпением,
* позволяют пользоваться его услугами и истощать его ресурсы и возможности до предела.

Достигнув определённого для себя преимущества в этих отношениях и истощив эту новую для него "кормовую зону", Габен (и не думая компенсировать партнёру его потери, просто потому что не считает это для себя выгодным). Он попросту "кидает" поиздержавшегося на него партнёра и уходит на поиски новых, удобных ему, отношений (на поиски новых "кормовых зон"), а к этому партнёру возвращается время от времени, позволяя ему самостоятельно восполнять свои потери, позволяя "новым кормам подрасти". (Собственно к этому сводится освоение им новых альтернативных территорий по его ЭГО - программе (-б.с.1). Действуя по принципу "Спасибо этому дому, пойдём к другому", Габен нигде подолгу не задерживается (и из соображений деликатности: чтобы никому не быть в тягость, и для того, чтобы не истощать очередную "кормовую зону" до предела).

С самого начала предоставляя себя партнёру как "приз" (как "сам по себе подарок"), он навязывает ему себя как "приманку" и втягивает его в своего рода "лохотрон", посредством которого и истощает его ресурсы. При этом, связав его обещанием, строго и неукоснительно контролируя их выполнение, но выйти из этой игры он партнёру уже не позволяет: действует любыми методами, включающими откровенное насилие и запугивание (как видно было из предыдущего примера). Совмещая таким образом "кнут и пряник", он устраивает эти отношения с очевидной для себя выгодой, распространяет своё влияние и на партнёра и всю подчинённую ему территорию, заставляя и его окружение (его сферу влияния) работать на себя. Что в случае с Гамлетом (окружённым "свитой" и широким кругом знакомств) представляется ему особенно выгодным.

Достигнув определённых преимуществ в партнёрских отношениях, Габен со свойственным ему упрямством, от них уже не отступается. Удерживает их за собой, старается расширить границы достигнутого (как это свойственно упрямому - стратегу, программному сенсорику) и уже не позволяет оттеснить себя с преимущественных позиций. К этой цели он и направляет все свои силы и возможности, все свои знания, умения и навыки, все ресурсы (свои и своего), не считаясь с затратами, жертвами и потерями.

Все средства, которыми он только может воспользоваться, он (как упрямый и БЕСПЕЧНЫЙ- стратег - аристократ) направляет на то, чтобы сохранить за собой преимущественные позиции при любых условиях, в любых партнёрских отношениях. (Поэтому может менять маски и коммуникативные модели, прикидываться простачком - добрячком, чрезвычайно доступным, простым, общительным и демократичным человеком. Довольно быстро начинает общаться запанибрата, переходит на "ты" после нескольких первых минут знакомства, производит впечатление душевно щедрого человека, готового отдать последнее ради помощи ближнему. Но стоит только отношениям завязаться, и дружеское обращение на "ты" оборачивается проявлением наглого и деспотичного хамства, неумолимого всевластного "владыки", который постоянными насмешками превращает ещё недавнего своего "друга" в "шута", оттесняя его, как бы исподволь, в положение "шестёрки", в нижние слои иерархии.

И если отношения соподчинения во второй квадре складываются непосредственно в рамках системной организации: по официальному распоряжению, по приказу, авторитетному "мнению", по "приговору", по (формальному или неформальному) решению суда" и т.д., то в дельта - квадре отношения соподчинения устанавливаются в частном порядке, по факту сложившейся ситуации: кто реально (фактически) подчиняется, кто реальным действием работает на чужие интересы, тот и подчинён.

В отношениях с Габеном на близкой дистанции, Гамлет даже не успевает заметить, как оказывается реально, фактически подчинённым, вытесненным в нижние слои иерархии, с чем он (как упрямый - стратег - аристократ да ещё и авторитарный аристократ и экстраверт) естественно согласиться не может. Такая позиция ему ненавистна, равно как и роль "жертвы", которую Габен всё более упорно ему навязывает, пытаясь втянуть в новую техническую или бытовую авантюру, пытаясь заинтересовать его новыми "выгодными" предложениями, ещё больше разрушающими его (Гамлета) не лучшим образом налаженный быт, увеличивая одновременно с этим и число его (Гамлета) потерь. От всех этих унизительных и насильственных манипуляций Гамлету приходится отбиваться всеми силами. Габен с самым невозмутимым видом игнорирует сопротивление Гамлета и продолжает подпитывать его заинтересованность в своих услугах, не позволяя ему обходиться без них.

32."Гостевой брак" как удобная форма деловых и этических манипуляций

Особый интерес в этих отношениях представляет собой (старая как мир) идея "гостевого брака" (которую сейчас активно поддерживают и внедряют некоторые "прогрессивные" психологи, рекомендуя её как новую и прогрессивную форму супружеских отношений). Габен, проявляющий интерес ко всему новому и собирающий как в копилку все сколь - нибудь выгодные формы организации партнёрских отношений, активно навязывает и Гамлету эту форму общения. Которая ему (Габену) особенно выгодна тем, что позволяет разыгрывать "лохотрон" в ракурсе личных, этических отношений и заставляет партнёра (в данном случае Гамлета) надеяться "на лучшее" - на то, что со временем они когда - нибудь оба "получше узнают друг друга" и эти отношения перейдут в привычную для него форму традиционного брака.

Но такое положение вещей абсолютно неприемлемо для Гамлета как для рационала и авторитарного аристократа - тем более, что в этой ситуации он, как правило, оказывается подчинённым и зависимым лицом (Проблема заключается в том, что в ситуации, организованной иррациональным образом, рационал ориентируется хуже, чем иррационал, поэтому всегда проигрывает иррационалу, поэтому (в условиях отношений соподчинения) оказывается в зависимом от иррационала, подчинённом положении). А кроме того, для Гамлета как для субъективиста огромное значение имеет системная организация отношений, их официальная регистрация, формальная привязка к определённому уровню социальной иерархии. (В унизительной для себя форме двусмысленных, двустандартных отношений, построенных на сомнительных и постоянно нарушающихся договорённостях, Гамлет чувствует себя совершенно ужасно).

Ориентированный на системного логика Максима (педантичного, требовательного и обязательного во всём, что касается соблюдения взаимных обязательств "системных отношений" - жёстко расписанных, узаконенных и установленных), Гамлет не может без ущерба для себя (и своих ценностных ориентиров) существовать в отношениях, навязанных Габеном, не может ориентироваться в них логически и этически, но и не может НЕ втянуться в эту "игру" - и потому, что азартен (азартно любопытен: ему всегда интересно знать, чем дело кончится), и потому, что продолжая надеяться и доверять своему конфликтёру, как дуалу - Максиму, - продолжает рассчитывать на его поддержку и помощь, выполняя все обязательства со своей стороны и ожидая ответного выполнения обязательств со стороны партнёра, а в результате оказываясь в глубоком проигрыше.

"Гостевой брак" для Гамлета оказывается в этой связи ещё одной ложной целью (ещё одной приманкой в ловушке) и, что самое страшное - ещё одной дезориентацией, которая всё больше отклоняет его от системы исходных ориентиров и ценностей, в свете которых этот унизительный "гостевой брак" ему становится также ненавистен, как и любое вопиюще бессистемное и безответственное явление - разрушительное и асоциальное, по самой своей сути, отбрасывающее цивилизованное общество глубоко вспять, - в далёкое, тёмное прошлое, ко временам первых гоминидов. С их стадно - групповыми или (ещё более архаичными) индивидуалистическими "гостевыми браками", получивших эту программу отношений от некоторых видов приматов - своих биологических предков. (В настоящее время мартышки - верветки организуют таким образом свои групповые браки: кто пришёл и оказал посильную помощь, тот и муж2).

2 Дольник В.Р. “Вышли мы все из природы” Москва, Linka Press 1996.

Как утверждают биологи, эволюции понадобилось два миллиона лет на то, чтобы из "самца" сделать "отца" - обидно было бы терять эти завоевания! Как экстраверт - эволютор, Гамлет особенно остро ощущает эти потери, вследствие чего, часто придерживается консервативных взглядов, стремясь отстоять и сохранить для "светлого будущего" всё лучшее из того, что было создано человечеством за прошедший период, включая высокую духовность и этику человеческих отношений.

Вступая в партнёрские отношения, Гамлет многим готов пожертвовать со своей стороны. Интересы семьи (рода, клана) защищаются им, как интересы системы. Того же он требует и от своего брачного партнёра. Поэтому он и рассматривает (с позиций субъективного рационализма - как рационал, субъективист и решительный аристократ) такие "гостевые отношения" как противоестественные. Если сегодня его брачный партнёр - его "гость", а завтра - ещё чей - то, то что это может быть, как не предательство интересов семьи?!.. Получается, кто слаще кормит, тот и "супруг"? А прикорми его ещё слаще, так он разрушит свою нынешнюю семью для того, чтобы создать новую: уйдёт с новым партнёром, перечеркнув всё то, что связывало его с прежней семьёй! Получается, интересы семьи, равно как супружеские права и обязанности можно купить (или продать) за миску чечевичной похлёбки?!.. А как же честь семьи, совесть, ответственность, долг? - где они и в чём проявляются при таких условиях и отношениях? И как прикажете выживать в этом жестоком и враждебном мире при таких зыбких и противоестественных отношениях, с таким беспринципным партнёром и безответственным человеком?! (Или, при таких бесчестных и разрушительных действиях пусть даже "гостевого", брачного партнёра, вы отказываетесь признавать, что этот мир жесток и враждебен по факту и по определению?!)

То, что подходит для мартышек (или подходило для примитивных гоминидов, например, - для питекантропов и австралопитеков) не подходит для современного человека: у людей социум посложней будет!

Эту склонность к упрощению путём продвижения эволюции человечества вспять, в глубь времён, можно, конечно отнести за счёт инволюционной архаики Габена: как инволютор он склонен находить много нового и выгодного для себя в хорошо забытом и эволюционно отбракованном старом. Но эволютором - Гамлетом, мечтающем о скорейшем наступлении эры высокой духовности, высокого нравственного совершенства и всеми силами приближающего наступление светлого будущего, всё это воспринимается как проявление моральной и социальной деградации (как понижение статуса семьи и брака, как унижение человеческого достоинства, как разрушение социальной системы, вследствие общего упадка нравов). Всё это вызывает ощущение бессилия перед происходящим: если общество может хоть сейчас вернуться в Садом, то зачем его совершенствовать, развивать, ориентировать на высокие цели?.. К чему все усилия?!.. Один в поле не воин…

Хотя именно у решительных "и один в поле воин", - благодаря своим волевым качествам, благодаря чувству долга, ответственности и готовности к самопожертвованию, которые проявляются также и в полноценных супружеских отношениях. Но никак не в "гостевых браках", при которых в выигрыше неизменно оказываются самые беспринципные и безответственные. А в проигрыше остаются самые терпеливые и выносливые, беззаветно любящие, готовые к самопожертвованию во имя ближнего, способные бесконечно долго терпеть, прощать, любить, надеяться и верить человеку, даже если он доверия и не оправдывает.

33. Вопросы морали и нравственности (аспект этики отношений (-б.э.), канал 6 -7)

Вопросы морали и нравственности партнёрских отношений оказываются в центре конфликта Габена и Гамлета (аспект этики отношений (-б.э.), канал 6 - 7).

Честные отношения с соблюдением всех договорённостей Габен даже в удобном для него "гостевом браке" соблюсти не может. Просто потому, что ему это не удобно и не выгодно. Проще "наскакивать" наездами и, пользуясь эффектом неожиданности, захватывать новые преимущества, опутывать партнёра новыми обязательствами для своей пользы и выгоды, и дальше удерживать его в этой сети, заставляя его ждать себя как мессию. Брать с него новые обещания, позволяющие открывать новые горизонты возможностей и новые сферы влияния, наращивать новые преимущества открывать новые кредиты доверия.

Возвратив себе доверие партнёра новыми обещаниями, Габен и не думает их выполнять: чтобы с большим потенциалом задействовать вновь предоставленные ему "кредиты", ему выгоднее наращивать минус, беря всё новые и новые "займы"; выгоднее углублять свой долг. Поэтому и "аннулировать счёт", и даже списать долги и "закрыть кредит" он "кредитору" не позволяет (в противном случае, резервы этой уже освоенной им "кормовой зоны" будут для него недоступны). Ради утверждения своих преимуществ он и совершает эти "налёты" на чужую территорию, используя её как свою (по своей альтернативной пространственной сенсорике -б.с.1). Эти чужие жизненные (альтернативные) пространства он и осваивает как свои (всё по тому же своему программному аспекту). Ради этого и вторгается в чужую жизнь и наводит в ней "свои порядки" - насаждает хаос, разрушает в ней всё до основания и превращает реальную систему отношений в мнимую (в "мнимую дружбу", "мнимый брак", "мнимые деловые соглашения" и т. д.), которой он, с целю запорошить глаза партнёру, всегда может подменить любую реальность - было бы только желание выдать фальшивку за чистую монету, а "втереть очки" - дело не трудное. Вот эти спонтанные ("разбойничьи") налёты на чужую территорию, эти беспринципные вторжения в чужую, частную жизнь, этот новый вид произвола в партнёрских и семейных отношениях и мог бы в наше время (в понимании некоторых популяризаторов) считаться "гостевым браком", способным (по их мнению) "облегчить бремя ответственности для обоих партнёров и привести к компромиссу их несовместимые цели".)

Для Габена такие "гостевые браки" оказываются удобным подспорьем, мнимо - реальной ценностью - удобным оазисом ("перевалочным пунктом") для одинокого и независимого странника -Габена - этакого "Человека - "Перекати - Поле". Ему удобны эти двусмысленные, двузначные, двустандартные отношения - как своего рода "отношения - Джокер", которые то повышаются в цене, когда дело касаются его личной выгоды, его претензий и его требований, предъявляемых к партнёру, то падают, когда приходит время отрабатывать обещанное и выполнять собственные обязательства. Одновременно с этим, эти двусмысленные, двустандартные отношения расширяют и обновляют границы его территории, "аннулировав" все прежние долги и обнулив все предыдущие результаты - то есть, работают на его сенсорную ЭГО - программу (-б.с.1). Для Габена при этом важнее всего - оставаться "на высоте", сохранив все преимущества своего положения; вне зависимости от того, выполнил он свои обещания, или нет, - он здесь главный.

Гамлет при таких условиях постоянно оказывается в плену собственных обещаний и ожиданий (всё ещё отказываясь играть по двустандартным правилам, переходить на систему двусмысленных отношений и менять правду на ложь: ему не удобна эта кардинальная ломка ценностей и аналитических ориентиров его модели (которые все сплошь рациональные!). Ему удобнее пытаться контролировать Габена и требовать с него обещанное. Габен исчезает на какое - то время, заставляя Гамлета "сбиться со следа и потерять его из виду". Позволяет ему остыть на какое - то время, успокоиться, "выпустить пары", поправить свои дела, а потом вновь появляется, чтобы опутать его новыми обещаниями, обязательствами, навязать новые условия игры (" одни ворота"), пустить игру по новому (заранее продуманному им) кругу и получить новые преимущества (новый выигрыш) в пространстве и времени. Когда Гамлет снова придёт к неутешительному результату и почувствует себя обманутым, Габен будет уже далеко.

- Что следует понимать под "мнимой реальностью"?

- Вымышленную, надуманную реальность, в которой любой объект (включая и человека, её создавшего) может оказаться "мнимой единицей", выдаваемой за реальную, полноценную, объективно, фактически подтверждённую. Мнимая реальность позволяет подменять действительное желаемым. Как невидимое платье голого короля, она существует только для тех, кому выгодно её задействовать в своей игре, представляя эту дутую фальшивку за полновесную ценность, манипулируя ею и внедряя её там, где можно мнимой величиной разменять или подменить реальные ценности.

- Это что - то вроде фальшивой или неполновесной монеты в человеческих отношениях…

- Именуемой в обиходе мошенничеством, ложью, двусмысленностью или двустандартностью, при котором реальная цена этой "мнимой величины" всегда оказывается ниже её номинальной стоимости.

В КВАДРАХ СУБЪЕКТИВИСТОВ искажение фактов считается допустимым, если это повышает престиж системы, или защищает её интересы. Ложь (искажение фактов, отступление от истины) в личных интересах, или в интересах личного превосходства может позволить себе только доминант системы, или тот, кто претендует на доминирующее мест в системе. Всем остальным - нижестоящим обманывать строго запрещается (выкручивайся, как хочешь, даже если не виноват).

В КВАДРАХ ОБЪЕКТИВИСТОВ искажение фактов допускается в интересах дела, в интересах выгоды ("не обманешь, не продашь") в целях личного превосходства. В иррациональных диадах, а особенно, в иррациональной диаде дельта - квадры - квадры объективистов - аристократов искажение фактов в интересах личного превосходства считается ПРАВОМ ЛИЧНОСТИ НА ДОПУСТИМУЮ ИНФОРМАЦИЮ О САМОМ СЕБЕ. В квадрах объективистов считается возможным и допустимым выставлять себя в выгодном свете (всё по той же схеме: не обманешь, не продашь себя, любимого, в три дорога, не внедришься в нужную тебе среду на выгодных для сея условиях). Но если в гамма - квадре (в силу слабой интуиции потенциальных возможностей) стараются как - то не отходить далеко от оригинала (а то ещё заврёшься и усугубишь проблему), то в дельта - квадре, где аспект потенциальных возможностей является доминирующим, допускается (и считается правом личности) говорить не то, что есть на самом деле, а то, что хотелось бы предложить в потенциале. В результате получается этакая "хлестаковщина": кто удачней соврёт, тот и победитель, - тот успешнее внедрится в желаемую среду (выше взлетит, больше захватит, из любой неприятности выйдет победителем. Главное, - врать убедительно, правдоподобно и выдавать только ту информацию, которую было бы невозможно проверить, - то есть, представлять себя некой мнимо - реальной величиной и задействовать область альтернативных возможностей (область мнимо - реальных возможностей) по максимуму. (Захотелось Хлестакову представить себя важной персоной при отсутствии к тому каких бы то ни было реальных, ситуативных противопоказаний, - и пожалуйста, - себя представил, взятки за мнимые услуги со всех собрал и укатил в Питер на лучших лошадях, предоставив своим мнимо - реальным "протеже" самим оправдываться пере теперь уже реальным ревизором.)

Внедрение мнимо - реальных величин позволяет задействовать неограниченные реальные и мнимо - реальные ресурсы и возможности в дополнение к реально ограниченным возможностям, позволяет изыскивать (или изобретать) альтернативные средства в отсутствии реальных, что, в конечном итоге, позволяет находить выход из многих безвыходных положений и выживать в достаточно сложных условиях и ситуациях. Но приводит к девальвации нравственных ценностей…

- … Выживание - это, в конечном итоге, главная цель, которую эволюция ставит перед человечеством.

- Да, но программу "выживать достойно" - тоже никто не отменял. Выживание ценой нравственной деградации не считается эволюционным достижением. Упразднение основ нравственного совершенствования приводит к тотальному вырождению биологического вида (как это уже было с неандертальцами и многими иными видами гоминидов, ставшими слепой ветвью эволюции). По счастью, человечеству, с его 16-ю типами информационного метаболизма, это не грозит. Благодаря универсальному набору психологических признаков и свойств, благодаря сложному и неравнозначному набору интертипных отношений, в соционе все ТИМы друг друга и подавляют, и уравновешивают, и нейтрализуют и - напрямую и косвенно, и непосредственно, и опосредованно. Каждый психологический признак может стать грозным оружием, каждое свойство - защитной мерой. (Именно поэтому ни одно из "негативных" или "опасных" свойств ТИМов нельзя игнорировать или исключать из сферы исследований, вне зависимости от того, нравится оно кому - то или нет. Соционика становится естественной наукой и развиваться тоже должна по этим правилам, в комплексе с другими естественно научными дисциплинами. Куда как приятно было бы представить себе, что у розы нет шипов, а волчьи ягоды безвредны и сладки на вкус! Но вот только, кому принесёт пользу такая ложь?

- Естественно, только "волчьим ягодам", которые и дальше будут пользоваться спросом и втирать очки!..

- С помощью соционики как и раз и можно разоблачить очковтирательство в межличностных и интертипных отношениях. И можно вывести их на безопасный и более высокий нравственный уровень, при котором легче будет разоблачать обманщиков, а потому, обманывать или обманываться уже будет сложно.

- Но этот парень обманулся, когда ему устроили спектакль, не смог отличить дуала и конфликтёра. Но даже зная соционику, не так - то просто отличить рационала от иррационала…

- Зато квестима от деклатима отличить намного проще. Различия, что называется, "на лбу написаны". Дуалы дополняют друг друга по этим признакам, а у конфликтёров они совпадают, что и вызывает такое сильное притяжение на начальном этапе.

- Но ведь не все признаки выявляются так ярко и определённо?

- Именно поэтому не стоит сглаживать и растушёвывать каждое новое их выявленное свойство. Незачем превращать реальное свойство в "вымышленное", а определённое в "неопределённое". И не зачем сбрасывать со счетов, то что уже выявлено и определено, даже если это кому - то не нравится.

В соционике каждая новая тема исследуется методом решения уравнения со множеством неизвестных. Где каждым "неизвестным" оказывается каждое новое не выявленное (или не систематизированное, не поддающееся системному объяснению) свойство. Но зато каждое открывшееся свойство (ТИМа, признака, или отношений) как раз и является новой "известной величиной" и в этой связи может быть как раз тем самым "кодом", "ключом" или " шифром" для новых, но пока ещё скрытых от нас "неизвестных". Не говоря уже о том, что каждое такое свойство может быть важным компонентом каких - то глобальных, но пока ещё не выявленных закономерностей, через которые откроются другие знания, возможности и перспективы. Поэтому выбрасывать его из описания (якобы для того, чтобы "не травмировать психику читателя") - это всё равно, что выплёскивать младенца вместе с водой.

Безобидных или беззащитных ТИМов в соционе нет (как нет и абсолютно защищённых). Подавить, стереть или нейтрализовать защитные программы и свойства (в немалой степени) все могут всем. Особенно во взаимо антагонистичных ИТО конфликта, и особенно на близкой дистанции, когда появляется больше точек соприкосновения и объём (раздражающе болезненного) взаимодействия с партнёром увеличивается.

34. Конфликт рационала и иррационала

Двустандартные отношения удобны Габену как прагматичному стратегу - иррационалу. И в этой точке выстраивается его конфликт с Гамлетом по шкале "рациональность - иррациональность": то, что может быть приемлемо и допустимо для иррационалов, часто оказывается неприемлемым и недопустимым для рационалов. Например, рационалам, а особенно субъективистам - рационалам такие "гостевые браки" не удобны: они организуют системные отношения иррациональным образом, при котором рационал не успевает разобраться в мотивах поведения партнёра, не успевает сориентироваться и приспособиться к постоянно меняющимся правилам игры, не успевает соотнести их с рациональной системой координат и в результате оказывается в проигрыше А иррационалам, позволяющим себе находить определённые выгоды в таких отношениях (находить новые возможности и решения многих проблем в таких размытых в правовом смысле границах - "отдушинах"), неудобными оказываются договорённости как таковые. Даже в таких "гостевых браках" их к этому приводит элементарное их нежелание удерживать себя в каких то рамках и ограничениях. (Человек при этом напоминает реку, вышедшую из берегов: нарушает какие - то нормативные соглашения, разрушает границы дозволенного, но при этом его всё устраивает в этом хаосе и в производимых им разрушениях.) В ПРЕДЕЛЕ (точнее: в волюнтаристическом беспределе) ОН ВЫСТУПАЕТ ПРОТИВ каких бы то ни было ДОГОВОРЁННОСТЕЙ ВООБЩЕ и навязывает свою тотальную экспансию, не желая себя в чём - либо сковывать просто потому, что ему это не выгодно. Габен всё это отлично понимает, учитывает, а потому и навязывает такие ограничения и договорённости своему партнёру в одностороннем порядке, чтобы самому никому и ни в чём не быть обязанным. Ему как иррационалу - аристократу не удобно строго соблюдать свои обязательства перед партнёром, но удобнее подчинить его своей воли и по факту постоянного наращивания своих преимуществ в этих отношениях заставить его примириться со своим унизительным положением.

В КАЖДОЙ ДОГОВОРЁННОСТИ ЕСТЬ СВОИ ОГРАНИЧЕНИЯ, а иначе, - незачем было бы и договариваться. Поэтому, не всё ли равно, с какой частотой и с каким интервалом устанавливается и соблюдается эта договорённость, - каждый день, или раз в неделю, - если она сама по себе (самим фактом своего существования) уже становится обузой, оказывается неудобной, обременительной, сковывает и связывает, как любое ограничение в решениях и действиях. И значит, если у человека возникнет желание пользоваться своими договорными правами чаще или реже, чем это предписано соглашением, он тоже должен будет подгонять их под достигнутые договорённости. Но, если он (будучи "гостевым супругом") придёт к своей партнёрше не в свой "гостевой день", то она, имея право на свою частную инициативу, тоже может выставить его за дверь: "Дорогой, сегодня не твоя очередь, мы с тобой так не договаривались!.." И значит, иррационалу придётся в очередной раз либо конфликтовать, либо удерживать себя в рамках договорённостей, что опять же, ему не удобно…

- Для таких "гостевых браков" спокон веку создавались приемлемые для всех условия - напоминает Читатель, - существовали "дома" для "свиданий": приходи и "гости", сколько хочешь. Но зачем морочить голову человеку, который рассчитывает создать семью? Героине ещё повезло, что она сумела поставить на место своего конфликтёра и вырваться из этого плена…

- Сама того не подозревая, она мощно суггестировала его по аспекту интуиции потенциальных возможностей, который к тому же и подавался с позиций болезненного для Габена аспекта этики эмоций (+ч.э.4): посредством смены ярких и сильных впечатлений этого импровизированного спектакля, разыгранного так смело и так профессионально точно, в такой опасной близи от зрителя, что конечно Габену на какой - то момент стало (мягко говоря) не по себе. Героиня профессионально "вошла в образ", и этот образ его "слегка" напугал, "ударил" по сенсорике ощущений: на какой - то миг он почувствовал себя в западне, в одной "клетке" со своим конфликтёром (в опасной близости от него). Этот эффектный финал импровизированного спектакля занизил его самооценку и по аспекту интуиции возможностей: оказывается он ошибся рассчитывая возможностный потенциал своей "пленницы и рабыни", если его партнёрша в один миг превратилась из жертвы в "хищницу", задействуя и свой творческий, актёрский потенциал, и другие защитные свойства своего ТИМа. Возможно, вне театра, вне актёрского перевоплощения, Гамлету трудно было бы самому понять всю психологическую подоплёку этой ситуации, а уж смоделировать её таким образом, чтобы показать Габену всю бесперспективность их отношений - и того трудней. Но надо сказать, что героиня с честью справилась с этой задачей. И это удачный пример того, как соционика помогает сориентироваться в сложной психологической ситуации, помогает понять, проанализировать и спрогнозировать на будущее свои отношения с партнёром.