28 июня 2008

Конфликтные отношения: ЭИЭ - СЛИ (Часть 1)

Этико-интуитивный экстраверт - Сенсорно-логический интроверт


“Гамлет”“Габен”

1.ГАБЕН: ОТНОШЕНИЕ К ЭМОЦИЯМ КОНФЛИКТЁРА

Конфликт в этой диаде является как бы слепком конфликта диады предыдущей. Если там был конфликт между “воинствующей “уравниловкой” (со стороны второй квадры) и крайнего индивидуализма (со стороны квадры четвёртой), то здесь уже “воинствующий пафос” Гамлета вступает в конфликт с принципиальным равнодушием Габена, с его безучастностью ко всему происходящему.

Стоит ли говорить, сколько душевных сил затрачивает Гамлет для того, чтобы вызвать у Габена хоть какое то живое участие ко всему, что происходит между ними. У Гамлета постоянно создаётся впечатление, что Габен беспредельно равнодушен ко всем его переживаниям - и это его не то что бесит, - буквально убивает, причиняет неимоверные страдания.

Нельзя сказать, чтобы и Габену общение с Гамлетом доставалось легко. Эта постоянная патетика Гамлета, эта гипер- эмоциональность, доходящая до истерии - она не просто создаёт Габену ощущение дискомфорта, она выбивает его из нормального эмоционального режима, она “вырубает”, она “пережигает” его. Пообщавшись с Гамлетом, Габен оказывается не в состоянии вообще проявлять какие - либо эмоции - настолько он бывает оглушён тем эмоциональным выплеском, который у Гамлета считается самым оптимальным тоном общения.

Сориентированный на эмоциональную внушаемость Максима, Гамлет , в свою очередь, вообще не понимает, почему его партнёр так боится бурного проявления эмоций. Как любой человек, уверенный в своей программе, Гамлет уверен в правомерности своих эмоциональных порывов, поэтому холодность и отчуждённость Габена его всё более настораживают и вызывают у него всё большую неприязнь. Естественно, что и попытки Гамлета доказать Габену свою правоту никогда не бывают успешны: Габен либо ускользает от этих эмоциональных излияний, либо пытается убедить партнёра в своём праве на нежелание их воспринимать. Любая попытка Габена поохладить пыл гамлетовских эмоций, любое поползновение “отрегулировать” их - приводит к обратным результатам и только усугубляет конфликт: Гамлет никому не позволяет играть на тонких струнах его души - это для него глубоко оскорбительно.

Есть множество качеств, которые отвращают Гамлета от Габена: его настораживает и эта постоянно ускользающая отдалённость конфликтёра, и его бесшумная походка (кошачья, крадущаяся), и его привычка неожиданно исчезать и неожиданно появляться, его скрытность, и хитрое лукавство под маской добродушного простака - всего этого Гамлет боится. Он боится упрямства Габена, настойчивого, упорного и проявляющегося в самый неподходящий момент. Гамлет, который всегда считает себя знатоком человеческих душ никогда не может понять души этого человека, хотя, казалось бы он тут весь на ладони.

Гамлет никогда не может отрегулировать дистанцию своих отношений с Габеном - это его тоже убивает: этот человек от него космически далёк, буквально недостижим. Гамлет никогда не бывает уверен, можно ли на такого человека полагаться в трудную минуту? (А “трудную минуту” он всегда ждёт и всегда к ней готовится.) Неуверенность в надёжности партнёра Гамлета не просто раздражает - она его сковывает по рукам и ногам, - он ничего не может предпринять, он даже не способен что - либо планировать, - он не может себя реализовать!

2.АКТИВАЦИЯ АСПЕКТОМ ЭТИКИ ОТНОШЕНИЙ И ВОЛЕВОЙ СЕНСОРИКИ (КАНАЛЫ 7- 6 )

А ощущение собственной нереализованности и ощущение неопределённости своего партнёрства Гамлета просто бесит. Как и любой рационал он желает определённости и чёткой дистанции отношений. Но Габен этой определённости ему не даёт и любые дистанции размывает: он ускользает и от выяснения, и от разрыва отношений. Таким образом Гамлету и разобраться с ним невозможно и прогнать его нельзя - Габен всегда найдёт какую - то лазейку или зацепку, чтобы снова напомнить о себе. Причём, делает он это не из подлости и не из вредности, а единственно лишь потому, что, как любой представитель четвёртой квадры, дорожит своими отношениями с кем бы то ни было, поэтому не оставляет надежды их "исправить", (в соответствии с активационным аспектом этики отношений -б.э.6, стимулирующий его этический интерес к каждому новому человеку и соответствии с прагматичной заинтересованностью в уже сложившихся нужных, удобных и выгодных для него деловых, дружеских, семейных отношений).

Поэтому, если от этого альянса остаются какие - то общие ценности - общие дети, имущество, связи или друзья, Габен не считает нужным от них отказываться (он конструктивист и неохотно расстаётся с “нужными людьми”) он непременно построит своё поведение таким образом, чтобы эти ценности были для него доступны. (Он ведь, ко всему прочему, ещё и стратег. Причём, - упрямый - иррациональный -стратег -). Так что, при всём желании Гамлету отделаться от Габена никак не удаётся: "ты его в дверь, а он - в окно", да ещё и появляется нежданно - негаданно, все карты спутывает, все планы ломает, ставит Гамлета в неловкое и неудобное положение. Иногда даже компрометирует своим неожиданным появлением в неподходящее время время, в неподходящем (для напоминания о себе) месте. И это обстоятельство особенно травмирует Гамлета. Как любой рациональный человек (да ещё и человек системы, в которой он претендует на лидерство, дорожит своей репутацией, авторитетом), он желал бы забыть о "связях, порочащих его", о своих прошлых неудачах и начать жизнь с нового чистого листа - но не тут- то было! Нескончаемые притязания бывшего партнёра, его постоянные появления в самый неподходящий момент - всё это не только ломает планы Гамлета но и каждый раз доводит его до истерик. Гамлету кажется, что этот человек буквально преследует его попятам, он уже рассматривает своего конфликтёра как некое бедствие, как кару Господню, как проклятье неизвестно за какие грехи ему посланное.

3.ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ДВУХ УПРЯМЫХ СТРАТЕГОВ

Бывают ситуации и попроще: Представьте такую сценку: солнечный осенний денёк, очаровательная продавщица - Гамлет, приветливо улыбаясь покупателям, бойко торгует с лотка овощами. Вдруг её настроение в корне меняется. И причиной тому оказывается гражданин потёртого и помятого вида, появившийся у лотка в обнимку с такой же непрезентабельной подружкой. Приблизившись, гражданин тут же “врос в землю” и стал выжидательно смотреть на продавщицу. Та, лишь только его увидела, тут же забилась в истерике, затряслась в рыданиях и обрушилась целым град упрёков и ругательств, из коих всем присутствующим стало известно, что этот посетитель - не кто иной как последний мерзавец, пропивший последнюю совесть и отбирающий у родных детей последнюю копейку. И, самое интересное, чем больше она его поносила, тем спокойнее он всё это воспринимал. То есть, нельзя сказать, что её окрики действовали на него сосем уж как колыбельная, но, тем не менее, его лицо оставалось совершенно непроницаемым и никакой печалью не омрачалось. Он стоял каменное изваяние и не двигался с места. Казалось, что это не проклятия на него градом сыпались, а лёгкий дождик моросил, ничем, никак не задевая. Неизвестно чем бы всё это закончилось, если бы соседи - продавцы тут же не оказали посильную помощь: продавщицу успокоили как могли, подменили её на рабочем месте. А с её посетителем обошлись как со своим старым знакомым - отлепили от ларька и отволокли в сторону (сам бы он ни за что не ушёл!)

Невозмутимость Габена причиняет Гамлету огромное количество страданий, равно как и его эгоизм, и холодное равнодушие и упорное стремление к намеченной цели, которое он ведёт не считаясь ни с чувствами, ни с желаниями своего партнёра.

И всё же, было бы ошибкой считать, что в этих отношениях Габен находится на более выгодных позициях. Конечно, как иррационал он всегда может выйти из ситуации самым непредсказуемым образом - ускользнёт, только его и видели! И всё же возникает немало ситуаций, когда Габену приходится длительное время терпеть общество Гамлета, что для него тоже является неимоверной пыткой. И дело здесь не только в несносной для Габена гипер- эмоциональности Гамлета. В отношениях конфликта Гамлет может быть и жесток, и страшен, и коварен, и хитёр - беспощаден. Если Гамлет сочтёт притязания Габена слишком для себя обременительными, он сумеет нейтрализовать своего конфликтёра, - он ведь тоже стратег и тоже не отступит от намеченной цели.

С Гамлетом очень опасно ссорится, особенно когда он выходит на “тропу войны” (а в отношениях конфликта других путей нет). Поэтому, когда Габен начинает “доставать” Гамлета, цепляясь за их общие связи, Гамлет эти связи очень дальновидно обрубает. ( Так жена - Гамлет сбежала от мужа - Габена в дальнее зарубежье (из России во Францию) и “затерялась” где -то в предместьях Парижа. Причём прихватила с собой и их общего сына. Теперь бывший супруг тратится на адвокатов и частных сыщиков для того, чтобы этого ребёнка найти и отсудить. Впрочем, это уже более поздняя фаза конфликта, которая, кстати сказать, хорошо представлена в фильме Карена Шахназарова “Американская дочь”, где поступившая аналогичным образом жена - Гамлет пресекает все возможные попытки своего незадачливого супруга- Габена и встретиться с их общим ребёнком.)

Конфликтующий Гамлет всегда вооружён против Габена мощнейшей интуицией и умением плести интриги, поэтому переиграть его бывает практически невозможно.

Спрашивается, а почему бы Габену не оставить Гамлета в покое, если он так опасен? Зачем нужно ввязываться в эту опасную бойню?

Здесь уже проблема в наблюдательной волевой сенсорике Габена - и в диадном признаке упрямства. Вступив в противодействие с кем - либо, Габен непременно захочет оставить последнее слово за собой, пожелает непременно настоять на своём. Даже борясь за ребёнка, Габен не вырабатывает сколь - нибудь определённой программы действий, он как терминатор упорно следует к своей цели, чтобы просто “перетянуть ситуацию на себя”. (Это только в фильме Шахназарова создалось впечатление, будто шестилетняя девочка “похитила” своего отца. По сути, как, впрочем, происходит и в жизни, всё обстояло совсем иначе: сам захватил ребёнка и сам пошёл с ним пешком в Мексику - так что опасения мамы - Гамлета, все её предупредительные меры были вполне оправданы.)

Так как же сходятся два таких разных и неподходящих, а, главное, опасных друг для друга человека?

Гамлет привлекает Габена своей яркой незаурядностью, разносторонней одарённостью, экстравагантностью, эрудицией, артистизмом, умением себя преподнести; привлекает своим особым имиджем - ярким, запоминающимся, иногда притягательно загадочным стилем ("роковой красавицы", "женщины - вамп", "сурового демона", "сказочного принца", или "непризнанного гения").

Так же как и Гексли, Гамлет очень любит выделяться из общей толпы, любит выгодно отличаться от других. (А кто этого не любит?) Именно поэтому он чаще всех бывает замечен Габеном, которого привлекает всё неординарное и талантливое.

Габен производит на Гамлета впечатление своей силой, мужественностью, стойкостью и целеустремлённостью, деловой смекалкой, здоровым оптимизмом, прагматизмом, хорошим вкусом, чувством комфорта (бытовой устроенностью и практичностью - такой притягательной для неустроенных, одиноких женщин).

4.НЕДОСТАТОК СУГГЕСТИИ

Впрочем, как вскоре выясняется, Гамлет ценит Габена совсем не за те качества, которые Габен ценит в себе. Упорство и упрямство - это не программа Габена и не его самоцель, а всего лишь реакция на какой-то психологический дискомфорт. Опять же и демонстративная рассудительность Габена - то, чем он так гордится, и что вызывает восхищение его дуала Гексли, не производит никакого впечатление на Гамлета: “Он говорит о чём угодно и всё, что на ум взбредёт. По - моему, он просто глуп!”

В конфликтных отношениях к демонстративной функции всегда предъявляются завышенные требования (которые при всём желании не может удовлетворить). С демонстративной функции здесь всегда спрашивают как с программной. Но демонстративная функция всегда слабее, чем программная, хотя бы потому что она находится на уровне лаборном блоке уровне ИД, она менее "профессиональна", слабее нами осознаётся. А её информационный аспект, хоть и запускает ЭГО - программу, относится к разряду вытесненных ценностей. Информация по этому аспекту слабо и неубедительно вербализуется. (Если вербализуется вообще). Поэтому (и по целому ряду других, конструктивных причин) конфликтёр и не получает на свою суггестивную функцию необходимую ему информацию нужного ему качества. Поэтому -то конфликтёры и не внушаются друг другом, от этого у них и возникает чувство неудовлетворённости и разочарования друг другом.

5. АСПЕКТ СЕНСОРИКИ ОЩУЩЕНИЙ

И ещё одна очень болезненная точка во взаимоотношениях Гамлета и Габена - аспект сенсорики ощущений.

Дело здесь не только в том, что Гамлета раздражает стремление Габена ускользнуть в свой тихий и замкнутый уютный мирок - туда, где он сможет оградить себя от неприятностей и сохранить свой душевный покой. Гамлета раздражает постоянная забота Габена о собственном сенсорном и психологическом комфорте.

Гамлет тоже восприимчив к сенсорному дискомфорту (следствие слабой, проблематичной сенсорики ощущений) и в партнёрстве с Габеном этот дискомфорт особенно усиливается, поскольку Гамлет получает информацию по аспекту сенсорики ощущений не того качества какого ему хотелось бы. Гамлет испытывает недостаток острых ощущений и , кроме того, он не может выразить свои ощущения в естественной для себя форме, поскольку его партнёру это кажется противоестественным. Опять же, Гамлет не может проявить и своих естественных эмоциональных реакций, поскольку это тоже не одобряется его партнёром.

Сексуальная несовместимость переживается в этой диаде очень остро и болезненно: для Габена это удар по его программе, для Гамлета это удар по суперэго - отсутствие поддержки по мобилизационной функции. Попытка Гамлета получить эту поддержку приводит к тому, что Габен ещё больше отстраняется и отдаляется от него. Габен с лёгкостью отказывает в сексуальной близости человеку, вызывающему у него сенсорный ( или психологический ) дискомфорт. Причём, сделать это он может самым бесцеремонным образом, - даже во время свидания, когда человек уже к этой близости предрасположен, когда он уже на неё настроен. Понятно, что такие вещи особенно обидны и оскорбительны для Гамлета, которому трудно справиться со своим перевозбуждением, что практически всегда осуждается Габеном раздражает его и вызывает ощущение психологического и сенсорного дискомфорта.

Забота Габена о собственном покое, о собственных ощущениях и удовольствиях в сочетании с пренебрежением к чувствам окружающих его людей вызывает глубочайшее осуждение Гамлета; порождает самую жестокую и самую исступлённую ненависть, на которую тот только может быть способен. По сути это и является самой болезненной точкой конфликтных отношений в этой диаде, самым непримиримым их противоречием.

- А по - моему, решительному вообще нечего делать в одной койке с рассуждающим! - делится своим мнением Читатель. - Мы тут обсудили эту тему в компании и пришли к выводу, что решительному заниматься сексом с рассуждающим - то же самое, что обнимать воздух, или заниматься любовью с фантомом. По мне, - так и рисковать не стоит: как определил, что рядом с тобой рассуждающий, встань и уйди, -здоровее будешь…

- Если бы люди почаще прислушивались к своим ощущениям, возможно вообще не сокращали бы дистанцию в ИТО конфликта. Хотя бы по аспекту сенсорики ощущений не "прикипали" бы друг к другу…
Часть II
Гамлет - Габен: конфликт субъективиста и объективиста.

6.Гамлет. Вытеснение из системы.

Будучи аристократом и претендуя на доминирующие позиции, Гамлет периодически "очищает" системы от потенциальных соперников, вредных и нежелательных элементов, вытесняя их за границы своего ранга ("по горизонтали") или оттесняя их в нижние слои иерархии (в "шестёрки"). При этом их дальнейшая судьба интересует его в наименьшей степени. (Если они перейдут в другую систему и поднимутся там до высокого уровня, он вполне может с ними в дальнейшем сотрудничать (и даже взаимодействовать с ними "на равных"). Но всё это будет потом (если вообще будет), а пока человек, вытесняемый из системы, оказывается в положении изгоя, жертвы, мальчика для битья - "врага системы", рядом с которым и находиться зазорно, а не то, что жить или работать. По замыслу Гамлета, человек, вытесняемый со своего уровня, выпадает из системы вообще, потому что на других её уровнях место для неё тоже не находится. Если Гамлет решается на такой деспотичный поступок, он позаботится о том, чтобы вытесняемого уже никуда не взяли. Иногда из простого, азартного любопытства (по вытесненным для его модели аспектам логики действий (+ч.л.3) и демонстративной интуиции возможностей (+ч.и.8) Гамлету хочется провести своего рода социальный эксперимент: испытать человека в трудной, безвыходной ситуации, узнать, как он будет действовать, какие возможности и средства использует, как будет бороться за место в системе ( и за какое место?), как будет бороться за существование и т.д. Гамлету как нормативному технологу - экспериментатору всё бывает интересно узнать, посмотреть, самому поучиться и другим рассказать. Если вытесненному из системы человеку удаётся справиться с ситуацией - не деградировать, не пойти на дно по топорному, не упасть камнем замертво, а именно достойно выйти из этой ситуации (да ещё "взлететь соколом", оказавшись в итоге "на высоте" - на более престижном иерархическом уровне), Гамлет может вернуть ему своё уважение, возобновить дружбу, искренне за него порадоваться, а для очистки совести (если взыщут!) не забывая и упомянуть о собственном ценном участии в его успешной карьере по принципу: "не было бы счастья, да несчастье помогло". Теперь уже, опасаясь мести своей бывшей жертвы, Гамлет будет стараться представить себя в этой ситуации с максимально выгодной стороны: дескать, если б тогда не оказался "пострадавший" в положение изгоя, если б не свалились на его голову все эти испытания (если бы не выбросили его как птенца из гнезда), он бы не открыл в себе всех этих возможностей и не достиг бы таких успехов. И значит должен быть благодарен Гамлету за вытеснение, которое и оказалось той самой критической ситуацией, в которой человек сумел открыть в себе сверх возможности, найти сверх резервы, для того чтобы с честью выйти из этого испытания. При этом вины за собой Гамлет, разумеется, не признает, даже если почувствует угрызения совести: какая же может быть тут вина, если благодаря ему человек вышел из этой истории победителем: был посредственностью, стал героем. И всё благодаря ему, Гамлету, который когда - то выпихнул его из системы. (Хотя бы потому, что по - другому просто никак не мог его распознать: был какой - то "середнячок", посредственность, каких много, и не понятно было, что он собой представлял. Зато теперь, когда он выбрался из такой сложной ситуации, да ещё взлетел так высоко, да расправил крылья, - сразу видно: герой! И только благодаря ему, Гамлету, это перерождение оказалось возможным. Так, по крайней мере, Гамлет желает думать и пытается в этом убедить себя и других (если на эту тему заходит разговор). Гамлету важно чтобы никто из окружающих не посчитал его следующим кандидатом на выбывание, чтобы никто не подумал, что теперь он, Гамлет, будет в этой системе изгоем, что теперь ему будут мстить за его прежние козни, и теперь он будет лететь вниз кувырком со своего престижного места, на котором теперь уже (по мнению некоторых) долго не усидит. Не желая терять своего влияния на окружающих, Гамлет из "виноватого в неприятностях" будет выставлять себя своего рода "крёстным отцом" виновника торжества: если бы он не был инициатором его вытеснения из системы, не было бы и "боевого крещения", не было бы этой победы и общего ликования. Так что, не ругать надо Гамлета, а благодарить. В том, что недавний изгой достиг таких почести и высот, немалая и его заслуга.

Если вытесненный из системы человек захочет вернуться на прежнее место и постарается найти подход к Гамлету, - то есть, найдёт способ добиться его расположения, или просто, после всего, что было, заявит о своём желании вернуться на прежнее место работы, он, как ни странно, может быть принят обратно (чего от деспотичного притеснителя - ЭИЭ обычно не ждут). И на этот счёт у ЭИЭ есть своё объяснение: если после всего, что пережил, человек возвращается в систему, значит работой и своим местом в системе он дорожит, зла на товарищей не держит и фактом своего возвращения доказывает свою верность системе и желание ей служить. (Известный и многократно подтверждённый исторический факт: Иван Грозный (ЭИЭ), который очень жестоко карал верных и искренне преданных ему людей, милостиво принимал назад "возвращенцев" (вернувшихся перебежчиков), назначал их а ответственные должности, доверял им и позволял у себя служить.) Гамлет часто поступает таким образом, желая укрепить свою единоличную, авторитарную власть и доказать, что только он один знает и он один решает, кому доверять, а кому нет, кого карать, а кого миловать. Поэтому, вчерашний его любимец может завтра же стать опальным. Вне всякой системы и вопреки ожидаемым прогнозам Гамлет изображает из себя человека непредсказуемых действий с тем, чтобы никто не расслаблялся, находясь под его властью, никакой закономерности в его действиях не отследил, не пытался определять и выстраивать алгоритмы его системы, не попытался манипулировать им посредством этой программы, не пытался "ставить" то на одного, то на другого (ожидаемого) фаворита, и не пытался бы через них им манипулировать и на него влиять. Независимость личных действий во второй квадре считается самым большим преимуществом, доступным только иерархам системы, и Гамлет не собирается его уступать (на понижение не идёт, - на то он и "упрямый"). А то, что он вследствие таких непредсказуемых перемен слишком много хаоса и разрушений производит, только усугубляет его диктат, ужесточает террор (находясь под его властью никто не может быть спокоен за свой завтрашний день), а также относится им за счёт неизбежных издержек по проблематичному для него аспекту сенсорики ощущений (-б.с.4): не всё в этом мире устраивается так, как нам хотелось бы, "политическая чистка" без репрессий не обходится - "лес рубят, щепки летят".

Вытеснение из системы может проводиться им ( и чаще всего проводится) как пробное испытание. В системе, где "кадры решают всё", каждый должен быть надёжно проверенным. Для Гамлета возвращение человека в систему, важнее, чем вытеснение из неё: главное, что человек вернулся вопреки всем прежним обидам. И значит, по всей видимости, он теперь обиды не держит (а иначе бы не вернулся) и значит теперь - то и можно с ним начинать работать. То, что он системой "побит" - тоже не страшно: "за одного битого двух не битых дают". Главное, что он вернулся назад в коллектив и даже сам попросил об этом.

7.Габен: интересы системы и права личности; Гамлет: системные отношения, борьба за место в системе - борьба за выживание

Вытесненный из системы объективист (представитель третьей или четвёртой квадры) всех этих тонкостей системных отношений не знает и не стремится вернуться туда, откуда его вытеснили. (А даже если бы вернулся, служил бы не системе, а самому себе: ему работа нужна, а не все эти системные дрязги.)

Если субъективисту (представителю первой или второй квадры) предложить уволиться, он конечно будет бороться за право остаться в системе (если он лично в этом заинтересован) и не позволит себя вытеснить. Если объективисту предложить написать заявление об увольнении "по собственному желанию", конечно он тоже не всегда безропотно согласится (особенно экстраверт - логик - объективист), но кончится тем, что только спросит, каким числом подписать заявление (зачем он себе будет нервы трепать, если сможет в любом другом месте такую же работу найти?). Хотя и здесь - так уж случается, - объективист переоценивает свои возможности и недооценивает преимущества работы в системе. (Так, например, очень печально было встретить в поездке по дальнему зарубежью одного уличного музыканта - Габена - известного в семидесятые голы пианиста и композитора, автора музыки популярнейшей в своё время песни, которая была на слуху у всех, чаще всех исполнялась ансамблем "Самоцветы"1 и занимала первое место во всех отечественных хит - парадах. Но то, что пользовалось бешенным успехом на фоне общего дефицита музыки лёгкого жанра в СССР, в той стране, где преобладала другая эстетика, не пользовалось спросом вообще, и автор музыки этой песни вынужден был работать простым аккомпаниатором и преподавателем музыки в различных учреждениях, но его карьера, тем не менее не сложилась, и он на протяжении нескольких лет оставался безработным, нуждался и бедствовал только потому, что ни в одной системе не мог удержаться. Его часто и необоснованно увольняли без всяких причин, редко и мало платили. Он со своей стороны ничего не требовал и никаких претензий не предъявлял: с благодарностью принимал то, что давали. Один раз ему ничего не заплатили и контракт расторгли раньше времени только потому, что фирма, которая наняла его на работу, оказалась неплатежеспособной. Он без всяких претензий расторг с ними договор, никакой компенсации не получил и не востребовал. Потом перестал вообще заключать контракты - зачем, если всё равно не платят? Перебиваясь случайными, однодневными заработками, часто работал бесплатно, из любви к искусству. У многих сомнительных импресарио он слыл "альтруистом - лохом", которому вообще платить необязательно. Достаток в доме обеспечивала его жена - Гамлет (очень милая, интеллигентная женщина, в прошлом - известная артистка балета). Она была главным стержнем и опорой этой семьи, выполняла все обязанности по дому (и это при том, что сама она работала на трёх работах, преподавала балет сразу в нескольких домах культуры). Её терпению, её способности удерживаться в любом коллективе, умению достойно выживать и бороться за свои права в любой системе, семья была обязана своим существованием. Неудачи мужа она переносила стоически. И хотя очень переживала из - за его постоянной неустроенности, терпимо относилась и к его случайным и бессистемным заработкам, и к случайным музыкантам, с которыми он подолгу мог репетировать случайные, "одноразовые" программы. Возможно, её раздражало то, что он никогда не унывал и не терял весёлого расположения духа. Но она, тем не менее, никогда на него не жаловалась: честь семьи для неё была превыше всего. Свои трудности она старалась переносить достойно. Сама же (в отличие от мужа) редко улыбалась и была далеко не такого весёлого нрава, как он. При всём желании терпеливо переносить все испытания, ей трудно было смиряться с происходящим.
1Текст песни привести не представляется возможным, поскольку это значило бы огласить фамилию автора.

Творчество (а особенно, артистическое, сценическое, музыкальное) - это то, что примиряет Гамлета с окружающим миром, делает терпимым в отношениях с конфликтёром, а тем более, если он уважает в конфликтёре музыканта и творца. Через эмоции, которые Габен выражает в музыкальном и сценическом творчестве (равно, как и в других видах искусства), он становится понятен Гамлету, перестаёт казаться ему "загадкой" или бесчувственным человеком, хотя в условиях социальной неустроенности Гамлет, при всём желании понять и простить Габена, не может смириться с его беспечностью и равнодушием к их общим житейским тяготам. Во многих случаях эта беспечность кажется ему безответственностью: Гамлет не понимает, что мешает Габену удержаться на приличном месте работы, предъявить администрации высокие требования, выполняя все обязательства со своей стороны. Проблема же опять заключается в том, что аспекты волевой сенсорики и логики систем оказываются в модели Габена "опальными" ценностями, вытесненными на довольно сильный и самодостаточный уровень ИД. По этим аспектам Габен никому не подчиняется (упрямый - аристократ), более того, - становится непредсказуемо деспотичным (+ч.с.7) и демонстративно авторитарным (-б.л.8). особенно, когда к тому же активизируется и по аспекту этики отношений: может пожертвовать сверх - важными обязательствами перед семьёй ради доброй услуги, обещанной посторонним или мало знакомым людям. "Добрый и отзывчивый" для чужих, он становится непреклонным и требовательным для своих.

8.Гамлет - Габен. Конфликт "весёлого" и "серьёзного". Позиция Гамлета: эмоциональная одержимость как самопожертвование.

По мнению Гамлета, нет ничего предосудительного в том, что человек щедро расточает свои эмоции, пылко и искренне взаимодействует с окружающей его средой. Позволяет себе увлечься и позволяет себя увлечь. Хуже, если он свои искренние чувства и эмоции "припрятывает" и приберегает для какого - то особого, исключительного случая, желая одарить ими "исключительного человека" - "достойнейшего из достойных", а с остальными держится холодно и отстранённо, проявляя безразличие и даже гордясь этим. Такая позиция осуждается в квадрах субъективистов, воспринимается как оскорбительная и демонстративно унизительная: "хочешь наказать или обидеть человека, сделай вид, что он тебе абсолютно безразличен".

Эмоциональная скупость осуждается в квадрах субъективистов, где постоянно раздаются призывы:
  • "Живите душевно щедро, в полную силу чувств, "
  • "Дайте волю своим чувствам, увлекайтесь и увлекайте!"
  • "Не допускайте равнодушия в своих рядах! Выявляйте и преследуйте равнодушных. Равнодушный - это замаскированный враг и потенциальный предатель!"
  • "Живите горением и преодолением. Горите, сияйте, светите. Будьте факелом в ночи. Освещайте этот огнём своей души, светом разума, согревайте жаром своих сердец!" ("Из искры разгорится пламя" и т.д., и т.п.).


Субъективисты живут эмоционально щедро. Этики субъективисты не считают нужным часто контролировать или сдерживать свои эмоции. (Не потому что им это трудно, а потому что считает естественным и допустимым их НЕ сдерживать.)

Интроверты - этики - субъективисты легко могут творчески перераспределять (настраивать и перестраивать эмоции в соответствии с нужным "тоном" или настроением), могут легко ими манипулировать, одаривая теплом и светом своих любимых, что и отличает их от всех прочих (солнечная улыбка Есенина, ощущение тепла, которое излучает Дюма).

Объективисты считают себя обязанными жёстко контролировать свои душевные порывы, свои эмоции, стараясь не разрушать ощущение покоя и психологического комфорта, которое создаёт умеренная эмоциональность. Объективисты не любят шумных споров, резких выкриков, окриков, разговоров на повышенных тонах. (Действуют спонтанно и непредсказуемо с самыми трагическими последствиями для себя и окружающих). В свете жёсткого эмоционального контроля, гореть, увлекаться и увлекать эмоциями здесь не рекомендуется - здесь это считается "игрой не по правилам", нарушением оптимальных этических норм. Любые эмоциональные отклонения (в избыточную или недостаточную эмоциональность), причиняющие страдания и нарушающие душевный покой человека, здесь также осуждаются. И в этой точке конфликт "весёлых" (субъективистов) и "серьёзных (объективистов) обостряется (дополняется и углубляется) противостоянием (противоборством этиков и логиков, их разделением по шкале "этика - логика":
  • Увлекать человека эмоционально, оставаясь при этом равнодушным, - не хорошо, не этично, не честно. (Этиками - субъективистами это мнение тоже разделяется, хотя они и позволяют себе такую "нечестную игру" в порядке "наказания" или отторжения партнёра, применяют её как форму психологического террора.).

  • Нехорошо и нечестно заставлять себя оставаться невозмутимым, осторожно и расчётливо растрачивать свои эмоции, но при этом эмоционально взвинчивать партнёра, распалять по максимуму, заставляя каждый раз мобилизовать душевные силы и находить всё новые эмоциональные ресурсы. Задействовать их по максимуму, а потом опять охлаждать, отрезвляя партнёра своей демонстративной холодностью, глушить нарочитой невозмутимостью. Требуя от партнёра всё большей пылкости, самому оставаться демонстративно "огнеупорным", "не воспламеняющимся", "не зажигаемым", "не горящим". Но при этом продолжать воспламенять партнёра, не давая угаснуть его заинтересованности, да ещё и обижаться всякий раз, когда он пытается скрыть свои чувства или сохранить остаток "живых эмоций" для себя, - когда не удаётся "выкачать из него все эмоции до конца" с тем, чтобы пережечь или умертвить их. (Подобно тому, как и ИЛИ (Бальзак) ставит под сомнение святое право каждого человека на взаимообмен веществом и энергией, оспаривая в ИТО конфликта эмоционально - сенсорную программу Гюго "счастьем надо делиться", - пережигает его эмоции и этим косвенно налагает запрет на эмоционально - сеснорный взаимообмен как таковой, чем и приводит Гюго в отчаяние.).

Вот это энергетическое "умерщвление" (которое, по сути является уничтожением естественного свойства живого - излучать тепло, обмениваясь веществом и энергией) - этот удар по энергетическому метаболизму, насильственное охлаждение чувств, умерщвление души, приглушение жажды жизни и желания жить в полную эмоциональную силу - ЭТОГО СУБЪЕКТИВИСТЫ ОБЪЕКТИВИСТАМ (а особенно - логикам - объективистам) НЕ ПРОЩАЮТ. И это является главной причиной конфликта между субъективистов и объективистов и в ИТО погашения (или "полной нейтрализации), и наиболее остро проявляется в ИТО конфликта между пылкими "субъективистами - этиками" и охлаждающими их "объективистами - логиками".

Субъективисты (а особенно, этики- субъективисты) считают, что яркой, эмоционально насыщенной и полнокровной жизнью эти "огнеупорные" и "хладнокровно прозябающие" жить не могут. Равнодушные к чужим чувствам и переживаниям, они могут только существовать, оберегая свой душевный покой, проявляя свинцовое равнодушие ко всему, кроме личного своего благополучия - и этим они страшны. (Хотя, Справедливости ради следует всё же сказать, что лаборную эмоциональность объективистов (вытесненную на уровни СУПЕРЭГО и ИД) тоже следует учитывать. Объективисты тоже могут испытывать эмоциональный подъём, но предпочитают не оставаться наедине со своими переживаниями.

Объективисты прячут свои эмоции от чужих глаз, а иногда и от самих себя. Субъективисты их не понимают и осуждают за эмоциональную скрытность (поскольку в их квадрах такое поведение считается враждебным, вызывающим и возмутительным).

И в этой связи Гамлет особенно глубоко обижает то обстоятельство, что к его пассионарной программе "В жизни всегда есть место подвигу", Габен проявляет насмешливое и равнодушное отношение, тем самым обесценивая и нивелируя этим всё то, что ему (Гамлету) особенно близко и дорого. чем и наносит болезненный удар по его программному аспекту этики эмоций (+ч.э.1), подавляя и приглушая его И одновременно шокирует и пугает Гамлета, оскорбляет его в лучших чувствах, заставляя думать, что он имеет дело с безнадёжно испорченным человеком, которого следует презирать, а не удерживать в партнёрских отношениях.

9.Гамлет - Габен; конфликт по аспекту этики эмоций (канал 1- 4).
Отношение к подвигу и культу боевой славы.
Позиция Габена: "Героизм как разновидность безумия"


По мнению Габена, культ боевой славы,- вреден для здоровья, потому что занижает самооценку рядового обывателя, заставляет его стыдиться собственной непричастности к героическим событиям, комплексует его, заставляет чувствовать себя униженным, обиженным, неполноценным. "В восхищении чужими подвигами нет ничего хорошего!" - такова позиция Габена, ориентированного на инфантильное бахвальство Гексли, над которым он может добродушно посмеиваться, не комплексуя по поводу его мнимого превосходства и не воспринимая его бахвальство всерьёз. Мнимое героическое превосходство Гексли в этой связи для него предпочтительней морального превосходства причастного к героическим событиям Гамлета, реальные успехи которого действуют на него угнетающе.

(Популярная в дельта - квадре (квадре рассуждающих - аристократов - объективистов) позиция: "героизмом не следует восхищаться, героизм следует воспринимать как безумие" откровенно выражена в популярном фильме Люка Бессонна "Жанна д' Арк" (с Милой Йовович в главной роли), представляющим народную героиню (одну из лучших в мировой истории представительницу ТИМа ЭИЭ) как бесноватую истеричку, страдающую шизофренией - смысловыми и слуховыми галлюцинациями (отчего она и считает себя будто бы "посланницей Господа", и слышит голоса святых), а также страдающей раздвоением личности, которое заставляет её бездумно, бессмысленно, противоречиво, проявлять сострадание к врагам, сочетая его с редкой по своей ярости воинственностью и агрессивностью. (Следуя этой версии, Мила Йовович, одетая в стальные доспехи, носилась, размахивая мечом на коне, на фоне средневековых, готических декораций дико вопила, брызжа слюной, бешено вращала глазами, трясла головой - словом производила пре неприятнейшее впечатление. Сытого и благополучно обывателя, поглощающего во время киносеанса попкорн, такая Жанна д, Арк, безусловно, увлечь не могла. Зато позволяла преспокойно смотреть на её (якобы) подвиги, не считая их героическими, позволяла не комплексовать и не испытывать чувства собственной неполноценности по поводу её волевых качеств, стойкости, верности долгу и убеждениям, по поводу её духовной красоты и чистоты, по поводу её морального и нравственного превосходства. Поскольку в фильме ничего этого не было, зритель не мог и чувствовать себя обделённым, а наоборот - мог ощущать себя спокойным и уверенным, глядя на эту бесноватую страдалицу, дрожащую от страха в зале суда, поникшую духом от ощущения собственной неправоты и бессилия под грозными взглядами неумолимых судей. Такая интерпретация исторических событий давала абсолютно противоположную картину тому, что происходило в реальности, но именно она в наибольшей степени устраивает умеренно экспрессивных представителей квадр объективистов (преимущественно интровертов дельта - квадры - скромненьких, но склонных к самомнению и завышенной самооценке, повышающейся по мере занижения значимости чужих заслуг).

При взаимодействии с Гамлетом Габену приходится с диаметральной противоположностью менять оценку всех позитивных его поступков и действий, и именно для того, чтобы не комплексовать по поводу его решительности, преданности, верности долгу, стойкости, твёрдости духа, верности идеалам. Габен нивелирует все эти ценности для того, чтобы не испытывать чувства собственной неполноценности по поводу жертвенного отношения Гамлета к любви, дружбе, верности, чести. Габену удобно истощать эмоциональный потенциал Гамлета, выжигая его отчаянием, бесчисленными фрустрациями, обнадёживая и обманывая его на каждом шагу. Удобно заставлять Гамлета вновь и вновь разочаровываться и страдать по поводу каждого невыполненного обещания, удобно охлаждать его праведное и справедливое возмущение свей непрошибаемой невозмутимостью и демонстративным безразличием к его страданиям. Жертвенная творческая самоотдача Гамлета, его самоотверженность, преданность долгу вызывают у Габена сложные чувства, из которых стыд, ощущение собственной несостоятельности и недовольство собой - самые главные. Но они же и занижают его самооценку. Иногда разрыв отношений с Гамлетом по инициативе Габена происходит чуть ли не на следующий день после знакомства и именно по этому поводу. Объяснение одно: "Я не могу с ней продолжать встречаться, потому что она меня комплексует своей целеустремлённостью, одержимостью, упорством, настойчивостью, увлечённостью в работе. Получается, что если она - лауреат международных конкурсов, а я - всего лишь скромный художник из фотоателье, так мы уж и не пара друг другу!.. Ну, а если - не пара, так я буду себе другую искать - попроще!.." (Так, например, завершился двухдневный роман скромного ленинградского художника- Габена, которого случайно познакомили с подающей надежды молодой пианисткой - Гамлетом: два дня они повстречались и разошлись: ему показалось, что она всё слишком запутывает и усложняет. Он счёл всё это непомерно завышенными требованиями с её стороны и "списал" их за счёт её особых творческих заслуг, после чего почувствовал себя с ней крайне неуютно и поспешил расстаться, заявив: "она мне не подходит!" и в общем, оказался прав.).
10. Гамлет - Габен. Социальный и идеологический конфликт

Конфликт авторитарного субъективиста Гамлета и прагматичного объективиста Габена усугубляется ещё одним обстоятельством:

ВО ВТОРОЙ КВАДРЕ - в квадре решительных субъективистов, - аспекты деловой логики и интуиции потенциальных возможностей ("чёрной логики" и "чёрной интуиции") являются областью коллективной реализации (и сферой коллективных решений). Вследствие чего любая деловая инициатива здесь проводится по схеме: "слушали - постановили - приняли как руководство к действию - наметили к исполнению - назначили ответственных - определили сроки исполнения - исполняем". И основным инициатором этих починов (равно как и основном контролёром по их своевременному исполнению) является лидер и идеолог бета - квадры - Гамлет.

В ЧЕТВЁРТОЙ КВАДРЕ - в квадре рассуждающих объективистов, - аспекты деловой логики и интуиции потенциальных возможностей ("чёрной логики" и "чёрной интуиции") являются областью индивидуальной реализации, лежат в сфере индивидуальных (а часто и индивидуалистических) решений, считаются неотъемлемым правом личности, которое, тем не менее, в частном порядке всеми оспаривается и индивидуалистично защищается, вследствие и устанавливаются отношения соподчинения (по принципу: кто успел (поступить так, как считает нужным), тот и смел - тот и победитель, и доминант, тот и подчиняет остальных своей воле, ставя их в зависимость от своих действий и намерений). В четвёртой квадре на доминирующих позициях оказывается не тот, кто "открывает свои карты" и спокойно посвящает в свои планы других, обсуждая с ними на собрании порядок действий, разрабатывая программу мероприятий, назначая ответственного и т.д., а тот, кто ("не открывая свои карты" и не ставя других в известность) спонтанно действует так, как считает нужным, а потом ставит других перед фактом (часто безвыходного положения), лишая их возможности выбора действия, предостерегая их преувеличенно отпугивающими возможностями ("химерическими страхами") от спонтанных действий, нарушающих планы самовольного (самоуправного доминанта). Такие "подставы" под неприятности часто являются предательством интересов другого человека (или общественных интересов) в угоду личным. В сочетании с доминирующим здесь аспектом этики отношений эти (предательские по своей сути) действия позволяют несколько сгладить (выставить в позитивном свете) негативную (некорректную и неэтичную) подоплёку этих явлений. Позволяет мотивировать предательство благими намерениями (позволяет сказать: "Ты же не думаешь, что я желаю тебе зла, что я намеренно всё это сделал?!"). После чего, человек начинает стыдиться своих предположений, снимает свои обвинения и снова начинает доверять, позволяет собой манипулировать (по аспекту деловой логике), позволяет подставить себя под новые неприятности, под новый эксперимент.

Именно поэтому, опасаясь подстав (в целях самосохранения, из соображений собственной безопасности), в четвёртой квадре игнорируют деловые поручения, заданные в приказном тоне (да ещё и поданные в неопределённом форме: "Пойди туда, не знаю куда, потребуй то, невесть что"). Чужому поручению (а то и приказанию) в четвёртой квадре не подчиняются (или подчиняются крайне неохотно и то, если они поддаются в форме деликатной просьбы, или посредством такого сильного волевого наскока, что воспринимаются ("забрасываются" на подсознание) как жёсткая программа, которую невозможно проигнорировать, которую нельзя не выполнить. При этом, приказной тон дуала ещё как - то воспринимается как призыв к действию (сигнал включения в работу), приказной тон всякого другого человека (не дуала) вызывает обратную реакцию: приводит к ступору, к бойкоту, к торможению, к истерике. Представители четвёртой квадры (особенно интроверты) иногда и сами объясняют: "Чем больше на меня кричат, тем больше я сопротивляюсь и делаю назло". Но если добиться от них чего - либо ("допроситься") можно только предупредительно любезным тоном, то сопротивляться их волевым требованиям, их волевой, возможностной и деловой манипуляции (в результате которой можно преспокойно попасть в положение жертвы частно - индивидуалистической прихоти) - очень и очень сложно, потому что тут уже они идут на противоборство любому сопротивлению, игнорируют любые требования, бойкотируют любые просьбы (своей потенциальной жертвы), но от своих притязаний не отступаются. Иногда их можно разжалобить слезами (Достоевского таким способом ещё иногда удаётся склонить к компромиссам), остальные могут быть глухи и к просьбам. (несмотря на доминирующий в квадре аспект этики милосердия). Уж если они решили кого - то подставить под свой эксперимент, от намерения не отступятся, даже если речь идёт о прямой угрозе человеческой жизни, об угрозе обществу, или системе. Свои эксперименты они предпочитают проводить не согласованно с мнением и решением других людей (на то она и индивидуальная реализация по аспекту деловой логики и интуиции потенциальных возможностей.) И не считают нужным идти ни на какие уступки (даже с риском для себя, своей жизни, карьеры), если считают, что этот эксперимент принесёт пользу людям, обществу, системе. Не идут на снисхождение и к отдельному человеку (потенциальной жертве), если беспечно предполагают, что и для него от этого эксперимента особого вреда не будет.

В четвёртой квадре боятся втягиваться в "чужую игру", в чужую программу действий. По этой же причине и Габен (подсознательно ориентированный на беспечно - спонтанного экспериментатора Гексли), во всём, что касается аспекта деловой логики (логики действий) придерживается только личных деловых инициатив и упорно бойкотирует любую грубо (или напрямую) навязываемую ему деловую или возможностную инициативу Деловую инициативу Гамлета, "аврально" подаваемую с позиций ненавистного ему аспекта этики эмоций - с оперативного, идеологически значимого почина, Габен изначально бойкотирует. Даже если никакой особенной, угрожающей его жизни и судьбе "подставы" в этом не усматривает (даже, если речь идёт о простом выходе на общественный субботник, или о плановой поездке на овощебазу, о взятии повышенных соцобязательств и т.д.). Истерично подаваемую Гамлетом деловую и возможностную инициативу Габен бойкотирует особенно демонстративно и жёстко. (Не считаясь с мнением окружающих, не обращая внимание на их возмущённый ропот и осуждающие взгляды. Как это часто показывалось в советских фильмах пятидесятых годов: в период жаркой, колхозной страды, во время уборки урожая, когда все работают, не разгибая спины до седьмого пота, какой - нибудь неприкаянный "отщепенец", игнорируя общий ажиотаж (общее осуждение, критику, насмешки) идёт себе с удочкой на речку (аналогично персонажу Ю. Никулина в фильме "Когда деревья были большими"). Его окрикивают, взывают к его совести, а он смотрит на этих людей отрешённо и удивлённо (как на призраков, как на пустое место, которое вдруг заговорило) и идёт себе дальше, уже не обращая на них внимание, давая понять, что всё, происходящее вокруг, ему глубоко безразлично и ни в коей мере его не касается.

Гамлет это упорное сопротивление Габена крайне актуальной, кране важной программе действий (необходимой для выживания, для жизнестойкости всей системы) иначе как "предательством интересов системы" не называет. Заставить Габена подчинится общепринятому решению, общепринятым (часто, крайне необходимым для выживания системы) мерам и действиям для Гамлета - это вопрос принципа, вопрос чести, вопрос выживания системы, вопрос защиты интересов системы и защиты занимаемого места в ней. (За кого его тут держат, в конце концов?! - Лидер он, или не лидер? Идеолог, или нет?!). И так легко позволить Габену отступить от общепринятых мер и действий, не может ТАК ЛЕГКО ПОЗВОЛИТЬ ЕМУ ЗАРАЖАТЬ ОКРУЖАЮЩИХ СВОЕЙ ВОПИЮЩЕЙ АСОЦИАЛЬНОСТЬЮ, противоречащей интересам системы и её принципам, подрывающей её основы, нарушающей её устав и порядки. Уже по одному этому, Габен объявляется им "врагом системы", представляется как одиозная личность, подающая дурной пример.

Для Габена этот демонстративный отказ от общепринятых мер, решений и действий - вопрос принципа и вопрос чести: чужим распоряжениям он подчиняется только тогда, когда сам того желает. ("Включает" своё упрямство "на полную мощность", и чем строже отдаётся приказ, тем упорнее он (Габен) ему сопротивляется, тем более жёстким отказом на него отвечает.) Причём, действует так даже тогда, когда на карту бывают поставлены интересы его жизни, его общества, его семьи и возглавляемой им системы. И именно потому, что кто- то (а точнее, - ЭИЭ, Гамлет) подаёт свои распоряжения в приказном порядке, под большим эмоциональном напором, в русле идеологической истерии.

Так, например (исторический факт) сопротивлялся эмоциональному и волевому давлению Жанны д Арк возведённый ею на королевский престол Карл VII (СЛИ, Габен), ею коронованный, вернувший себе, благодаря её завоеваниям, огромные территории, десятки лет принадлежавшие англичанам. Сопротивлялся ей не только потому, что не желал в этой компании быть ей обязанным, и не только потому, что она была невероятно популярна в народе и он завидовал этой популярности, чувствовал себя ничтожеством перед её блистательными победами ("Значит, крестьянская девчонка могла спасти, отвоевать Францию, а он - "так называемый дофин", взрослый мужчина и воин при всём желании не мог этого сделать. (Или просто не захотел отвоёвывать свою страну, довольствуясь небольшим остатком территорий). Сопротивлялся её воле и потому, что комплексовал перед её нравственным и волевым превосходством, плохо себя чувствовал, находясь в тени её славы, и потому, что не мог позволить себе, уже, будучи королём, подчиняться распоряжениям простолюдинки. Жанна настаивала на стремительном наступлении на англичан: она не могла позволить себе считать свою миссию выполненной до тех пор, пока не прогонит с французской земли (с континента) всех английских солдат до последнего. Карл же сопротивлялся этой инициативе по мере того, как Жанна всё больше к нему с ней подступала. Он бойкотировал её предложения (он, король, не мог подчиняться приказам девочки - простолюдинке), он игнорировал её призывы. Делая вид, что вполне доволен достигнутым результатом и дальнейший ход войны (и даже дальнейшая судьба Франции!) его не интересует он пытался глушить деловую активность Жанны, подавлял её инициативу, расхолаживал её боевой пыл. Он дал передышку во времени англичанам, одновременно запрещая ей предпринимать самостоятельные военные действия. Он ничего не имел против того, чтобы она погибла (понимая, что как символ зарождающегося национального самосознания, как символ зарождающегося единства нации, она в большей степени опасна ему, чем полезна). И, в конце концов, случилось то, чего больше всего боялась Жанна: произошло предательство. Карл VII"сдал" её бургундцам (союзникам англичан), когда она уже находилась на французской территории - в отвоёванном ею Компьене: по подкупу властей города, или по приказанию "свыше". Во время одной из разведывательных операций Жанна с небольшим вооружённым отрядом вышла за стены города, но войти туда уже не смогла: весь отряд вошёл, а перед ней захлопнули ворота города и не подняли даже тогда, когда её сподвижники пытались прорваться к ней и отбить её от нападавших и захватывающих её в плен солдат. Это была тщательно спланированная и подготовленная предательская акция выдачи её бургундцам, которые за 10 тысяч золотых монет продали её англичанам. Альтернативные сборы денег, собранные её французскими сподвижниками и переданные для выкупа Карлу VII по назначению использованы не были. Когда на суде Жанне сказали, что король Карл её предал, она не поверила, а потом уже стала убеждать себя в том, что по - видимому, так будет лучше для Франции, а иначе, какой смысл королю её предавать? Это слабое утешение придало ей силы и позволило стойко перенести все те невыносимые страдания и жесточайшие испытания, на которые её обрекли) Беспечный король только через 25 лет после её смерти спохватился и сообразил, что позволив осудить её и казнить как еретичку, он поставил собственные права престолонаследия под удар. И тогда только он своей монаршей волей организовал и на свои личные средства устроил новый судебный процесс (проходивший в Руане и в Париже в 1456 году), на котором честь Жанны была восстановлена, предыдущий приговор был объявлен результатом подкупа, подлогов, клеветы и коварства. Отречение Жанны было объявлено недействительным, как исторгнутое запугиванием, под угрозой сожжения на костре. Благодаря этому, реабилитационному процессу Карлу VII удалось закрепить за своими потомками права наследования на французский трон, а Жанну спустя столетия (в 1920 году) всё же причислили к лику святых. О Карле VII вспоминают как о человеке, который своим принципиальным невмешательством в судьбу Жанны д Арк предал и погубил ей, а до этого чуть не погубил Францию своим принципиальным невмешательством в политические отношения вверенной ему Богом и людьми системы, чьи интересы он был обязан защищать, но не дела этого по принципиальным соображениям: родная мать - королева Изабо (тоже ЭИЭ, Гамлет) отреклась от него, объявив его незаконнорожденным (из - за чего его и именовали в народе "так называемый дофин"), вследствие чего он и не брал на себя обязанности защитника интересов страны: жил в своё удовольствие, освободившись от опеки матери (приказав похитить её и заточить в Блуа, а потом перевезти в более укреплённую тюрьму в Тур, где с ней обращались как с простой пленницей, а не как с королевой), он отправился в Париж проматывать небольшое личное состояние матери: устроил распродажу её платьев и украшений, набил свои кошельки золотом и приобрёл на эти деньги расположение и поддержку некоторых влиятельных лиц, которое позволяло ему чувствовать себя в некоторой безопасности от англичан.) И только когда Жанна, добившись аудиенции, пришла к нему (в марте 1429 года, в его резиденцию в замке Шинон) и сообщила ему (как посланница Господа), что он является законным наследником французской короны, станет королём Карлом VII и будет ею, Жанной, коронован в Реймсе, тогда. (Просто подошла к нему, спрятавшемуся от неё в толпе, отвела его в сторону и сказала: " Я хочу передать тебе от имени Господа, что ты - наследник престола и настоящий сын короля"). Карл, получив эту мощную суггестию по интуиции потенциальных возможностей, ей поверил и после незначительных проверок и испытаний возвёл её в ранг идеологического и духовного лидера, присвоил ей звание полководца, допустил её к военным действиям и приказал всем подчиняться её воле, как своей.

Но это были необычные, исключительные обстоятельства, которым король Карл (СЛИ, Габен) подчинился. В её лице он фактически подчинился воле Всевышнего. И в этой воле усматривал для себя изначальную выгоду. Обстоятельства складывались таким образом, что по программе, предложенной Жанной (как посланницей Высших сил), только после ряда побед, после определённых уступок, выражающихся в доверии к инициативе этой девушки, Карл мог быть коронован в Реймсе и стать королём. (А до Реймса ещё нужно было дойти. Ещё надо было освободить от англичан Орлеан, Божанси и Труа). Только после этого (16 июля, 1429 года) Реймс открыл ворота солдатам Карла. За 17 дней был пройден путь в триста километров. Проходили по 15 - 20 км в день по вражеской территории, освобождая все населённые пункты на своём пути. В опустевшую казну Карла отовсюду начали стекаться деньги - пожертвования от горожан. Численность войска стремительно увеличивалась: все хотели воевать под предводительством Девы. Но король (тогда ещё дофин) и тут нашёл способ приглушить воинственный энтузиазм французов. "Зачем нужно воевать, если Господь и так нам дарует победу?" - спрашивал он Жанну. А она отвечала: "Каждый должен выполнять свою миссию: солдаты должны воевать, а Господь вознаградит их доблесть и усердие." От дофина Карла в этой связи требовалось только одно: не мешать Жанне осуществлять своё высокое предназначение. Смирившись со своим скромным положением, он вынужден был подчиняться ей, чтобы когда - нибудь всё же добраться до Реймса и получить заслуженную (хотя бы невмешательством в военные дела) корону. Понадобилось меньше трёх недель, чтоб это условие договора было исполнено. Но став королём, он начал подавлять инициативу Жанны, желая, якобы, "остановиться на достигнутом". Дальнейшими успехами в Столетней Войне Франция обязана была и перелому, совершённому Жанной д, Арк, и другим частным инициативам, самостоятельно проводимым другими политическими деятелями. И в этой связи как раз нужно отметить другую женщину (тоже француженку, и тоже ЭИЭ, Гамлета), но только на сей раз не простолюдинку, а королеву Маргариту Анжуйскую, жену слабого и безвольного английского короля Генриха VI, которая, пользуясь своим положением, фактически сражалась на территории Англии на стороне французов. Выдавала французам военные секреты англичан и проводила (своей монаршей волей) политику геноцида против англичан, что в середине 50-х привело к целому ряду крестьянских восстаний (под предводительством Джека Кеда) и спровоцировало войну Алой и Белой Розы, предпринятой сподвижниками дома Йорка в качестве протеста против попытки королевы (и правящего дома Ланкастеров) превратить Англию во французскую колонию. В результате успешных военных действий, сопровождавшихся невиданным ростом национального самосознания, партии Йорка приобрела временное превосходство. И могла бы закрепиться на троне надолго, если бы в ход событий не вмешалась новая королева из рода Ланкастеров (тоже ЭИЭ, Гамлет) Елизавета Вудвил - жена английского короля Эдуарда IV (СЭЭ, Цезарь), - невероятной красоты женщина, она полностью подчинила короля своей воле (взяла его под мощный соцзаказ) и сделалась фактической правительницей Англии, сочувствующей Ланкастерам и французам. Она же была и участницей заговора, допустившего французскую интервенцию в августе 1485 года, чем и помогла дальнему потомку Ланкастеров - королю Генриху VII Тюдору узурпировать английский престол.

Влияние ТИМа ЭИЭ, Гамлет на ход Столетней войны - благодатная темы для соционического исследования. Поэтому подробно на ней мы сейчас останавливаться не будем. Напомним только, что Гамлет в стороне от исторических событий не остаётся. И всех безучастных к истории своей страны он либо презирает, либо пользуется их безучастностью для достижения своих стратегических целей. Кому - то в этой стратегии приходится играть роль "жертвы", "виновника всех бед", кому - то приходится становиться пешкой в этой, всегда очень хитрой, сложной и очень запутанной политической игре, которую Гамлет проводит в интересах своей системы, лично сам возглавляет, мотивирует благими намерениями и защитой общественных благ и политических интересов.

Габена раздражает политическая и идеологическая активность Гамлета, раздражает и отпугивает его неуёмная воинственность, его постоянные призывы к боеготовности: "Если завтра война, если завтра в поход… будьте готовы пересесть с трактора на танк!". Рядом с Гамлетом Габен чувствует себя беспокойно, хоть и старается всю эту воинственную суету воспринимать с невозмутимым спокойствием, с демонстративной безучастностью, или с долей иронии, если обстоятельства позволяют ему шутить. И этим он особенно возмущает и раздражает Гамлета: "Разве можно оставаться безучастным в такой ответственный исторически или политически напряжённый момент?! Разве можно шутить такими вещами? Разве можно недооценивать опасности напряжённой политической обстановки? А если завтра война, если завтра в поход, как себя поведёт в военной обстановке такой вот "шутник"?" Или может быть, он потому спокоен, что рассчитывает как - нибудь договориться с врагом? Тогда чем это спокойствие отличается от предательства?" (Возможности предательства больше всего Гамлет и опасается: найдётся вот такой миролюбивый доброхот и пойдёт на сделку с противником, начнёт с ним договариваться, вести двойную игру (как, например, и Карл VII не исключал возможности договориться с англичанами, делал упор на дипломатию, как на дешёвый и бескровный способ завершить войну, намекая этим на готовность за определённое вознаграждение поумерить и приглушить воинственную активность Жанны.). Гамлет считает необходимым вовремя выявить и разоблачить предателя. Габен, зная его способность "заводить" толпу, настраивать её против виновника всех бед, предусмотрительно старается держаться подальше от всех этих политических "сходок" и "чисток", старается ничем не выдавать себя, старается пореже попадаться Гамлету на глаза и этим возбуждает к себе ещё больший его интерес.
11.Гамлет - Габен; отношение к ревности

Гамлет ревнив как блюститель интересов системы. В измене партнёра он (как субъективист) в первую очередь видит попытку вытеснить его (Гамлета) из системы, заменив другим партнёром. Лучшим или худшим - значения не имеет ( хотя сравнить с собой всегда интересно), - важен сам факт попытки вытеснения его из системы, попытки замены другим партнёром. (Что самое - то обидное!). Иначе как предательством он это называть не может. И в первую очередь - предательством интересов системы. (Поскольку семью, как и супружеский, партнёрский альянс он также рассматривает как систему, в которой НЕЗАМЕНИМЫ ВСЕ! А значит и замены никакой производить нельзя: нельзя же заменить одних детей на других (своих на чужих), родителей, братьев - сестёр нельзя заменить, потому что они - СВОИ!. (В системе субъективиста -Гамлета есть разделение на "своих" и "чужих". Свои - близкие, чужие - далёкие. И подменять одних другими невозможно. Как невозможно допустить, чтобы любой из близких членов семьи вдруг (ни с того, ни с сего) стал далёким, чужим. Если это правило распространяется на близких (кровных) родственников, оно (по мнению Гамлета) должно распространяться и на супругов: нельзя (так, просто, без каких - то особых и вески причин) выставить за дверь человека, к которому ещё недавно считал своим спутником жизни, строил семью, растил детей, создавал некий общий мир семейных и супружеских отношений. Лёгкого, безответственного отношения к семейным, супружеским обязанностям Гамлет (подсознательно ориентированны на Максима) не допускает: взаимную ответственность и взаимную требовательность считает нормой (основой) партнёрских отношений. Осознавая себя отвергнутым и вытесняемым (из семьи, из системы), он ощущает невероятный сенсорный дискомфорт: чувствует себя птенцом, которого выпихивают из тёплого гнезда (на снег, на холод, на верную смерть). Конечно, он боится лишиться партнёрской поддержки, боится оказаться за пределами им же самим созданной системы, боится новых разочарований, боится беспечности и безответственности нового партнёра, боится (и не решается)создавать новую семью, вкладывать свои силы в созидание новой системы, пребывание в которой для него может закончится с тем же результатом.

Габен не производит на Гамлета впечатление надёжного партнёра. Более того, он вообще не позволяет себя проверять на прочность и надёжность партнёрских отношений. Гамлет пытается упорядочить свои отношения с Габеном, создать некую логическую систему в этих отношениях, чтобы претендовать на доминирующее место в ней. Но Габен и тут его разочаровывает. Он словно нарочно старается выстроить партнёрские отношения таким образом, чтобы никакой системы в них не прослеживалось: действует абсолютно спонтанно, хаотично, сумбурно - бессистемно. (Примерно так, как Гамлет обращается со своими случайными знакомыми: то общается с ними, то избегает их, то приближает к себе, то отдаляет, отвлекаясь на какие - то боле важные отношения.) В отношениях с Габеном Гамлет чувствует себя не слишком значительной персоной. Он ощущает себя тем, кем вечно пренебрегают, о ком постоянно забывают, чьи поручения, просьбы, распоряжения не выполняют, чьё доверие не оправдывают, данные обещания не выполняют. Гамлет устаёт от бесконечных разочарований, ссор, дрязг, выяснения отношений, подозрений и упрёков. Устаёт от нестабильности отношений, от отсутствия перспектив на будущее. Устаёт от собственной ревности и подозрительности, которую Габен словно подпитывает новыми фрустрациями и разочарованиями, новыми нарушениями каких - то прежних договорённостей, усиливает новой нестабильностью отношений.

Попытки Гамлета упорядочить отношения Габен пресекает на корню: ему не удобно вводить отношения в рациональное русло, для него это слишком обременительно. Поэтому ему принципиально не хочется выполнять обещанное, не хочется что - либо гарантировать, не хочется выстраивать отношения в рамках каких - либо обязательств.

Попытки Гамлета выйти из партнёрских отношений он тоже пресекает. Тут же начинает "ревновать" (или делает вид, что ревнует). Но совершенно определённо даёт понять, что отпускать Гамлета не собирается. Гамлет, придерживаясь схемы "ревнует, значит любит" на какое - то время успокаивается (точнее, - обретает надежду на благоприятное развитие отношений), но Габен не позволяет ему обнадёживаться ( не допускает стабильности отношений: он не статик, он динамик и во многом ориентируется на свои ощущения, настроения, чувства. Чувствам Гамлета он тоже не позволяет застаиваться: всё время старается их раздразнить каким - то "сюрпризом" (не всегда приятным) - каким - то неожиданным поворотом событий в развитии их отношений. Габен не позволяет Гамлету "выйти из игры" и этими манипуляциями он удерживает Гамлета в удобных для себя преимущественных отношениях, при которых он может позволить себе от партнёра требовать по максимуму, от себя отдавать по минимуму. (Аспект волевой сенсорики - вытесненная ценность находится на позициях наблюдательной функции.) С позиций наблюдательной функции (+ч.с.7) Габен и проявляет себя как ревнивец - собственник, не желающий отказываться от удобных для него отношений, в которых он уже увидел для себя какие - то выгоды, преимущества. (В которых он уже тоже "пригрелся", как в гнезде, и выпадать из этого гнезда он не собирается. Как не собирается и терять эту территорию (которую он теперь уже считает своей), не собирается терять человека, которого уже привык "своим", от которого привык много требовать, получать и т.д. Из самых прагматичных отношений Габен от этих отношений уже не откажется. Если они снова начнут "давать сбой" (если Гамлет снова начнёт терять надежду и терпение и снова начнёт бунтовать, подступать с упрёками), Габен "подстроит" эти отношения, "наладит" их как вышедший из строя механизм, "отрегулирует", "подправит" и снова запустит в работу. Святое правило: отношения должны "работать" на него, должны приносить ему пользу. Пока они приносят пользу, он поддерживает их в "рабочем состоянии": душа обязана трудиться, чувства должны работать, поэтому он и не даёт чувствам Гамлета остыть, подогревает их как умеет. А подогрев, охлаждает до нужной кондиции, просто потому что ему, "мастеру", так удобней управлять процессом. А также и потому, что в этих отношениях Гамлет работает на него, а не он на Гамлета. "Работает" хотя бы тем, что ждёт и надеется на лучшие времена, при которых отношения наконец - то стабилизируются, все неясности разъяснятся, все недоразумения разрешатся, все помехи будут устранены, все обещания будут выполнены. (Гамлет "работает" на Габена хотя бы тем уже, что ждёт его и надеется на полноценные партнёрские отношения. а до тех пор, конечно, может выполнять какие - то поручения Габена, хлопотать за него, устраивать ему протекцию, помогать ему обрастать связями, устанавливать нужные отношения, помогать ему добиваться желаемого и при этом быть верным и преданным партнёром и другом.

Объединяясь в семью, они терроризируют друг друга придирками и упрёками. Гамлет напрямую обвиняет Габена в предательстве их общих (партнёрских или семейных) интересов. Габен "отбивает удар" встречными (часто вздорными) обвинениями. По принципу "лучшая защита - нападение". При этом Габен старается навязать Гамлету чувство вины, чувство собственной неполноценности (комплексует его по сенсорике ощущений). То есть, причину своего непостоянства Габен объясняет сенсорным дискомфортом, который (будто бы) испытывает в обществе Гамлета. ("Дома редко бываю, потому что ты хозяйка плохая! Посмотри, как ты колбасу нарезала! - раскромсала так, что есть противно!" А на себя в зеркало посмотри: что это на тебе за косынка такая? Ты что, не можешь нормально сходить в парикмахерскую, причёску сделать?!" Зато, когда партнёрша -Гамлет в следующий раз ( в условленный день) специально сделает причёску, оденет нарядное платье, сервирует стол и будет ждать Габена к ужину, он не придёт. Он не придёт даже если она каждый день будет готовиться к романтическому ужину и ждать его. Он придёт тогда, когда она потеряет терпение и перестанет его ждать. (Потому, что как всякий хороший "охотник" он позволяет себе такие смелые действия только будучи уверенным, что достаточно хорошо изучил "стиль поведения" своей "жертвы" и может прогнозировать её поступки и действия на определённый период времени.) Когда Гамлет теряет терпение, Габен снова появляется, отметает прежние обвинения, находит повод для новых упрёков или для примирения (если хочет возобновить отношения) обнадёживает, подбадривает, вселяет уверенность и поступает в соответствии со своими дальнейшими планами. А именно, - ускользает из под из - под диктата Гамлета, ссылаясь на какие - то вымышленные обязательства по отношению к (часто) вымышленным друзьям. (Уж, если конфликтовать на близкой дистанции, так один на один, - не дожидаясь, пока Гамлет двинет против него какие - то реальные силы, соберёт реальную "группу поддержки", реальную "команду единомышленников" (если посчитает, что это как раз тот случай, когда его собственных сил (и возможностей "сделать внушение") может оказаться недостаточно.

Свойство стратега в особо сложных ситуациях "разбираться" при посредничестве третьих характерна и для Гамлета, и для Габена. С той лишь разницей, что Гамлет как стратег- экстраверт использует свой боевой потенциал в полную силу, давит всей массой, напирает всем коллективом (как иерарх и доминант системы), пользуется реальной "группой поддержки", а Габен действует в одиночку, поэтому обходится "вымышленной армией". Главное для него - ускользнуть от Гамлета, "вырваться из окружения". А там уж, - куда ноги понесут: идёт, куда хочет, все дороги перед ним открыты, отследить его, или ограничить свободу перемещения, практически невозможно.

- А захватить?.. Посадить под замок?

- Эту цель Гамлет как раз и преследует с переменным успехом. Удержать Габена под замком в четырёх стенах ему не удаётся. По своей программной пространственной сенсорике (-б.с1) Габен ускользает от него ещё до того, как Гамлет успевает его запереть.
12.Габен. Вымышленная "группа поддержки"

Вымышленная "группа поддержки" Габену более удобна, чем реальная. Реальную дружбу надо отрабатывать ответными услугами и обязательствами - достаточно обременительными для того, чтобы чувствовать себя свободным и независимым: делать, что хочется, идти, куда глаза глядят, заводить новых друзей, завязывать новые знакомства и никому и ни в чём не быть обязанным.

Независимость, свобода действия, свобода передвижения - основная форма защиты, основные преимущества и ценности Габена. Дружбой он дорожит в меньшей степени, дружеские услуги предпочитает оказывать себе сам. Во всём полагается на себя, из любой неприятности предпочитает выбираться собственными силами. Надёжных друзей не заводит. Просто потому, что "отношения не складываются". Более того, от надёжных и обязательных он старается держаться подальше, зная, что надёжность и обязательность - обратная сторона требовательности. И надёжный друг, - стоит только закрепить, стабилизировать отношения, - очень быстро превращается в контролёра - диктатора. Начинает требовать отчёта, диктовать свою волю, давать указания и требовать их исполнения и т.д.. В конечном счёте получается так, что связывая себя с надёжными друзьями, Габен прибегает к тому, от чего спасался, - то есть меняет одного диктатора на другого. Поэтому ему удобнее и проще обходиться своими силами, ни с кем себя не связывать, ни перед кем ни отчитываться, никому не быть обязанным. А чтобы не казаться совсем уж одиноким и незащищённым, он придумывает себе мнимое окружение, рассказывает много интересного о своих вымышленных друзьях. И всякий раз, когда ему нужно ускользнуть от контроля, от неудобной и обременительной опеки, он ссылается на обязательства перед ними, на какие - то дела или поручения, которые он должен по их просьбе выполнить. Причём, по степени значимости сравнение оказывается не в пользу реального человека, пытающегося удержать Габена, или подчинить каким - то своим планам. Человек, шокированный тем, что чужая проблема принимается Габеном ближе к сердцу, чем его собственная, очень важная забота просьба, от растерянности, как правило, оказывается не в состоянии помешать Габену уйти. (Когда в разгар долгожданного романтического свидания Габен, спасовав перед эмоциональном напором партнёрши, вдруг "вспоминает", что ему надо срочно сходить к знакомым, "находящимся в отъезде", полить цветы в их доме и покормить их кошку, это конечно, глубоко шокирует и огорчает его даму. Разумеется, и обещание его вернуться "максимум через полчаса" уже не кажется ей убедительным. Воспользовавшись произведённым впечатлением, Габен преспокойно уходит, - выскальзывая в некую альтернативную реальность как в пятое измерение. Удержать его, заставить вернуться в этот момент бывает совершенно невозможно даже самыми решительными мерами. Он их проигнорирует так, словно ничего и не происходит. Словно это не близкий человек бьётся рядом с ним в истерике, отчаянно пытаясь его удержать, а пролетающая мимо муха бьётся о стекло. (Как раз такой эпизод был показан в фильме Глеба Панфилова "Тема": некий опустившийся до положения бомжа бывший научный сотрудник, (СЛИ, Габен, персонаж Станислава Любшина) терроризирует постоянной угрозой предстоящей вечной разлуки (якобы он уезжает в эмиграцию) влюблённую в него, милую интеллигентную девушку (ЭИЭ, Гамлет, персонаж Инны Чуриковой. На все её просьбы остаться в этом городе, устроиться в этой жизни он отвечает отказом, ссылаясь на какие - то мелочные обиды и претензии; на все её предложения помочь ему разрешить его проблемы, он отвечает высокомерным отказом. При этом он никуда не уезжает, а периодически приходит к ней в дом "попрощаться", каждый раз выматывает ей душу угрозой скорого отъезда, каждый раз прощается с ней как в последний раз. Равнодушно смотрит, как она бьётся в истерике, на коленях униженно молит его передумать и изменить своё решение. А когда она падает в обморок, лишаясь последних сил и чувств, он спокойно перешагивает через неё и уходит, оставляя дверь её квартиры открытой. Так, что создаётся впечатление, словно этот роман он только для того и продолжает, чтобы многократно "проигрывать" с ней этот эпизод, самоутверждаться, видя её унижение, ощущать собственное превосходство, подавляя волю и сопротивление этой, во всех отношениях превосходящей его девушки. Видимо, это её превосходство заставляет его комплексовать перед ней, чувствовать себя неудачником, посредственностью, ощущать собственную неполноценность. Желая получать необходимую для себя суггестию по интуиции потенциальных возможностей, он, видимо и установил с ней эти близкие отношения. И продолжает их развивать в такой изощрённо мучительной форме именно для того, чтобы унижая и третируя её, через её страдание и унижение самоутверждаться.).

Своей альтернативно - пространственной программе (-б.с.1) Габен изменить не может: если решил, что пора уходить (выйти в альтернативное пространство, сменить одну обстановку на другую), он непременно уйдёт. И удержать его никто и ничто не сможет - ни просьбы. ни уговоры, ни слёзы, ни истерики. Многие свои накопившиеся проблемы, многие накалившиеся отношения и обострившиеся конфликты он разрешает самым простым уходом "со сцены", выскальзывая в первую же попавшуюся дверь. Уходит, чтобы вернуться через некоторое время, когда эти проблемы уже разрешаться в одностороннем порядке, за счёт того, на чью голову они теперь свалились и кто, по воле Габена, вынужден теперь эту "кашу расхлёбывать". (И это поведение можно расценивать и как "подставу" под (искусственно созданные) неприятности и как предательство: человек, который до этого жил себе спокойно и благополучно, попадает в водоворот событий и страстей, вызванных обидным и раздражающим поведением Габена, и теперь должен выпутываться из этой неприятной истории, из этого унизительного положения и собственными силами восстанавливать прежний порядок вещей в своей жизни, прежний уровень самооценки и прежнее душевное равновесие.

Габен уходит не только для того, чтобы вернуться, когда его уже устанут, или перестанут ждать, но и для того, чтобы навсегда остаться в душе тяжёлым и непонятым воспоминанием. Такой вот он "Летучий голландец". Ни шторма ему не страшны, ни бури, - он преспокойно обходит их стороной, предоставляя кому - то другому тонуть в бездне обиды, стыда и отчаяния, - кого угодно может потопить, но при этом всегда выплывет сам.

Часть III

13.Гамлет. Контроль по деловой и системной логике

Попытки Гамлета жестоко контролировать намерения и действия Габена как правило терпят неудачу. И в этом противоборстве по аспектам деловой логики и интуиции потенциальных возможностей, доминирующих в четвёртой квадре и вытесненных в область запретных ценностей во второй, заключается ещё одна причина их конфликта.
В конфликтной диаде двух конструктивистов Габена и Гамлета (у обоих аспект логики соотношений в манипулятивном блоке) взаимные попытки манипулировать действиями партнёра усугубляют и обостряют их антагонистические противоречия по ортогональным квадровым признакам "субъективизма - объективизма" и "решительности -рассудительности".

ЧЕТВЁРТАЯ КВАДРА (в связи с доминирующими в ней аспектами деловой логики и интуиции потенциальных возможностей ) - КВАДРА ЭКСПЕРИМЕНТАТОРОВ.

Иррациональная дуальная диада "Гексли - Габен" - ДИАДА СПОНТАННЫХ ЭКСПЕРИМЕНТАТОРОВ. Доминанта аспектов деловой логики и интуиции потенциальных возможностей расширяет границы интуитивно - возможностного и делового - технического поиска с последующим ИМПРОВИЗИРОВАННЫМ их апробированием в экспериментальном порядке. Спонтанно подставлять человека под эксперимент, не спрашивая на то его согласия, часто не удостаивая даже объяснениями своих действий - характерно для представителей диады Гексли - Габен. (От чего особенно страдают в ИТО конфликта представители ортогональной квазитождественной диады Гамлет - Максим).

Конфликт между этими ортогональными диадами как раз и сводится к жестокому столкновению деспотичных авторитарных субъективистов второй квадры (в данном случае - Гамлета) и хаотичному (часто бессистемному) экспериментаторскому произволу прагматичных объективистов четвёртой квадры (в данном случае - Габена).

В ЧЕТВЁРТОЙ КВАДРЕ в мире свободного предпринимательства, распределение мест в социальной иерархии определяется по способности самовольно и самостоятельно брать на себя деловую и возможностную инициативу. Кто навязал свой почин, своё решение, кто увлёк поиском альтернативных возможностей, кто захватил возможностную инициативу - тот и занимает привилегированное место в системе, - он и герой, тот и доминант, он и самая известная и популярная личность, на которую следует равняться, он и задаёт тон, он и диктует моду (пусть даже на самые абсурдные нововведения), о диктует условия, он диктует свою волю. И при этом он ни за что не отвечает (не отвечает за свои рекомендации, потому, что у каждого человека в этом свободном мире есть право свободы выбора), он не отвечает за других, потому что в этом свободном мире каждый отвечает сам за себя (если ещё захочет отвечать). Безынициативный человек, не способный самостоятельно предпринимать какие - то действия, принимать важные решения, неспособный противостоять чужим навязываемым рекомендациям, слепо их принимающий, выглядит здесь жалкой посредственностью, - заурядностью, не умеющий выделиться, не способной заявить о себе, проявить себя, не способный выжить в этом мире неограниченных возможностных и деловых инициатив. В четвёртой квадре свою волю навязывают через деловую или возможностную рекомендацию. Подчиняться, или не подчиняться этим рекомендациям - личный выбор, личное решение и личное право каждого Но тот, кто навязывает свою деловую или возможностную инициативу, кто посредством постоянного вмешательства в чужие дела контролирует чужие действия и чужие успехи (или провалы) в обществе, тот и является фактическим доминантом, кто подчиняется и позволяет себя контролировать, тот и "шестёрка". (А точнее, "подопытный кролик", причём, именно "многоразового пользования". Поскольку инициатору деловой и возможностной рекомендации важно не только посмотреть, как человек будет "тонуть", но и посмотреть, каким способом (и посредством чего) он будет "выплывать", чтобы потом эту методику порекомендовать ещё и другим и проверить её на других (потенциальных "подопытных кроликах многоразового пользования"). Поэтому за право быть инициатором деловых и возможностных починов в четвёртой квадре - квадре аристократов - предпринимателей и экспериментаторов (в связи с доминантой деловой логике и интуиции возможностных (в том числе и мнимо - реальных) альтернатив) борется каждый представитель дельта - квадры, оттесняя соконтактника в "подсобники", в "рабочие единицы", в подмастерья, в ученики, в подопытные кролики - своего рода "доноры", которые должны предоставить свои силы, своё время, свои способности и возможности, свои материальные средства, свои ресурсы, свои блага, свой престиж, своё положение в обществе, свои редкие и уникальные шансы (которые они могли бы с большим успехом использовать для себя) для проведения этих ( часто рискованных и сомнительных) экспериментов.

ВО ВТОРОЙ КВАДРЕ любая деловая реальная или потенциальная инициатива наказуема (потому, что она может быть опасна для общества или отдельных его членов). Своеволие и самоуправство - привилегия лидеров (которые обязаны защищать интересы системы и которым в конечном итоге не удаётся уклониться от ответственности). В интересах жизнестойкости и жизнеспособности системы действия и намерения всех её членов системы (иногда и на всех её уровнях) во второй квадре строго контролируются.

Этот же комплекс требований включает в себя и нормативный аспект деловой логики Гамлета. В свете этих, установленных в бета - квадре деловых и возможностных нормативов, претендующий на лидирующее место в системе Гамлет без жесточайшего социального и делового контроля своих "подопечных" (своих "подчинённых", свою "свиту", своё "окружение") не оставляет. Деспотичный Гамлет обращается с ними, как строгий и требовательный командир со своими солдатами, отдавая строгие указания и заставляя их неукоснительно исполнять, заставляя их в точности следовать полученным инструкциям не отклоняясь ни по одному пункту и отчитываться о каждом своём шаге, намерении, действии. Такое обращение с окружающими даёт Гамлету ощущение уверенности в своём преимущественном положении, позволяет ощущать себя лидером, контролировать ситуацию.

(Ярким примером такого деспотичного Гамлета может служить очаровательная леди Кэтрин де Бёр - персонаж романа Джейн Остин "Гордость и предубеждение". Леди Кэтрин до такой степени сумела запугать и подчинить свой воле всё своё окружение, что даже случайный человек, попавший в её поле зрения не мог спокойно заниматься своими делами (например, укладывать свою дорожную сумку) без ощущения того, что она тут рядом, за его спиной, стоит и контролирует каждое его действие. Ни один человек из её окружения не имел права принимать какое - то важное в своей жизни решение или предпринимать какие - то действия, не посоветовавшись с ней. Ни один из гостей её дома, отлучившись на полчаса, не имел права возвращаться в свою комнату, не объяснив ей причины своего отсутствия и не дав ей подробного отчёта о всех предпринятых им за это время действий.)

Деспотично - настырная леди Кэтрин - отнюдь не является надуманным персонажем (этакой сказочной бабой - Ягой местного значения). Авторитарный -аристократ - стратег - Гамлет, непримиримо борющийся за доминирующее место в системе изначально выстраивает отношение с каждым, входящим в его окружение человеком таким образом, чтобы почти сразу же можно было его поставить жесточайшие условия тотального социального контроля, включающего в себя и контроль действий (деловых и возможностных инициатив), контроль требований, контроль социальных починов, контроль ранговых претензий (для всех, кто "не по чину берёт или требует") контроль благонадёжности и благонамеренности и т.д. Всё начинается с подробного изучения входящего в его систему (появляющегося на его территории) новичка - с подробных расспросов, касающихся абсолютно всех аспектов его жизнедеятельности (его семьи и его окружения) в настоящем, прошлом и будущем. Затем (в соответствии с манипулятивным аспектом альтернативной логики соотношений (-б.л.5), который, будучи суггестивным, редко оказывается удовлетворённым всей полнотой или качеством предоставленной информации) следует критика реального положения дел с последующими замечаниями о том, как следовало бы поступить в каждом конкретном случае. А дальше уже человеку бесцеремонно навязывается комплексная программа действий на каждую ожидаемую или предполагаемую ситуацию. С последующим контролем жестоким контролем неукоснительного её выполнения и требованием подробного отчёта по каждому её пункту. За которым опять следует очередной "разбор полётов" - строгое критическое обсуждение каждого действия по каждому пункту с последующим строгим выговором за каждое проявление личной инициативы и каждое отступление от полученных инструкций. И последующими за этим требованиями снова пойти (снова войти в ту же ситуацию) и всё переделать (сделать "как следует", поступить в соответствии с инструкциями), после чего, конечно же, опять прийти и отчитаться, доложить о результатах. (По своей нормативной деловой логике, Гамлет, пользующийся своей властью и своим влиянием на окружающих, тоже любит экспериментировать. Ему, азартно любопытному и любознательному, чрезвычайно важно бывает узнать, что вышло и как проявили себя его рекомендации для того, чтобы учить и учиться НА ЧУЖОМ опыте СВОИХ проб и ошибок, совершённых другими и перенесённых им (Гамлетом) на чужие головы. Гамлет может реально подставить человека под опасный эксперимент с тем, чтобы посмотреть, как он наступит на эти (устроенные, возможно для кого - то другого) грабли и что из этого получиться.)

- У деспотичных владык издавна существовала традиция испытывать опасные ловушки ( и в первую очередь яды) на своих рабах. - припоминает Читатель. - Своих недругов всем этим они травили уже будучи уверенными в результате (уверенными даже в сроке действия этого опасного снадобья). Цезарь Борджиа ставил такие эксперименты на своих слугах и рабах. Получается, что во второй квадре человек тоже попадает в положение подопытного кролика…

- И это, к сожалению, удел париев и "шестёрок" (потенциальных изгоев, или тех, кого и потерять не жалко, кто изначально попадает в "пересортицу". Поэтому и Гамлет в конфликте с Габеном, навязывающим ему свою деловую инициативу или возможностную инициативу, чувствует себя потенциальной жертвой - "подопытным кроликом", которого подставляют под опасные эксперименты.

На своей территории, пользуясь преимуществами своего положения, Гамлет изначально старается себя от этой опасности оградить (а для этого, крайне необходимо быть тем, КТО КОНТРОЛИРУЕТ И НАПРАВЛЕТ каждый шаг человека (и кто подставляет его под неприятности, если понадобится), а не тем КОГО КОНТРОЛИРУЮТ, НАПРАВЛЯЮТ И ПОДСТАВЛЯЮТ под неприятности.

КТО КОНТРОЛИРУЕТ, У ТОГО И ВЛАСТЬ, И ПОЛНОМОЧИЯ НОВОГО КОНТРОЛЯ, И НОВЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ НА НОВЫЕ ЦЕЛИ, И НОВЫЕ УПРАВЛЕНИЯ ДЕЙСТВИЯМИ ВНОВЬ ПОДЧИНЁННОГО ЧЕЛОВЕКА

К подчинению человек (соконтактник) изначально принуждается посредством жестокого эмоционального давления и волевого напора Гамлета, которого активизирует любая возможность занять приоритетное (и преимущественное) место диктатора в любой системе отношений и этим утвердить над человеком свою власть (активация по аспекту волевой сенсорики (+ч.с.6) с подачи демонстративной интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.8), что, разумеется мотивируется добрыми побуждениями и заботой о человеке (подаваемой с позиций наблюдательной этики отношений (-б.э.7), при поддержке суггестивной логики систем (-б.л.5). В интересах системы (и себя лично) Гамлет считает необходимым так поступать и потому, что он опытнее, старше (по рангу), мудрее, считает себя более сведущим в системных отношениях, считает себя главой системы (единственным и незаменимым), хранителем её устоев и уставов. Без кого - то другого система может существовать, но не без него, единственного и незаменимого. В авторитарной бета- квадре право распоряжаться чужой судьбой, чужими действиями и поступками -привилегия власть имущих. (Точно так же Деспотичная леди Кэтрин (в интересах семьи, в интересах чистоты родословной) пыталась распорядиться судьбой своего племянника мистера Дарси (ЭСЭ, Гюго), желая его женить на своей дочери, из - за чего он долго не решался сделать предложение своей возлюбленной мисс Элизабет Беннет. Когда это всё же произошло, леди Кэтрин и тут подсуетилась: явилась в дом Беннетов собственной персоной и настоятельно потребовала, что мисс Беннет расторгла помолвку и отказала мистеру Дарси в своей руке. Но к счастью, мисс Беннет (ЛИИ, Робеспьер) оказалась девушкой с характером: ссылаясь на своё благородное происхождение (как "дочь джентльмена"), она настояла на своём справедливом, сословном праве на этот брак. Что очень изумило леди Кэтрин и дезориентировало по суггестивной своей логике соотношений (-б.л.5 ). Получив суровый отпор от мисс Беннет (встретив с её стороны прямое волевое сопротивление, которое тут же и надломило, дезактивировало её по волевой сенсорике (+ч.с.6), поскольку было очень логичным), леди Кэтрин очень смутилась и растерялась: так с ней никто ещё не разговаривал. И тут же из реального препятствия превратилась в мнимое: из реальной и весьма опасной персоны - в мнимую, сказочную бабу - Ягу, которая тут же и исчезла растаяла, как мираж на болоте, и даже на свадьбу к своему племяннику не приехала. (А сам роман закончился свадьбой счастливых влюблённых, которые наперекор всему смогли отстоять своё право на справедливость, счастье и свободу выбора.).

- Но ведь и Габен, будучи преемником Робеспьера, умеет отстаивать своё право на свободу и независимость…

- И этим очень раздражает Гамлета. Эмоциональное давление, которое Гамлет оказывает на соконтактника, Габен попросту игнорирует. Замыкается в себе (как "сам себе крепость") и весь направленный на него эмоциональный поток оставляет как бы "снаружи", не пропускает его сквозь этот "заслон". Гамлет перед таким препятствием чувствует себя бессильным.

14.Габен. отношение к трудовым починам

К трудовым починам Гамлета у Габена тоже отношение весьма сдержанное. По возможности, он старается держаться от них подальше. (Как ни работай, а общественным контролёрам - надсмотрщикам всё равно не угодишь. Зато потом и неприятностей не оберёшься: всё равно найдётся кто - нибудь, кто скажет, что ты работал хуже всех. Всё это трудовое усердие выйдет боком; силы, время и возможности окажутся потраченными зря. Так, что лучше с самого начала оградить себя от всех этих общественных влияний, чтоб потом не оказаться "виноватым". Придя к такому выводу, Габен упорно бойкотирует все те общественные начинания, которые считает излишними и нецелесообразными, если, конечно, обстоятельства позволяют ему (без риска для жизни ) их бойкотировать.

Поведение Габена в этой связи представляется Гамлету возмутительным, дерзким, асоциальным, бросающим вызов обществу и лично ему, Гамлету, - защитнику интересов системы. С присущей ему политической прозорливостью и максимализмом, Гамлет из каждого такого случая "отдельного неподчинения его руководящей роли" может раздуть общественный скандал со всеми вытекающими последствиями, поставить вопрос "ребром", "вынести его на обсуждение", "применить меры", "занести в личное дело", испортить "характеристику", биографию, жизнь и судьбу…

Основную опасность Гамлет видит не только в том, что Габен бросает вызов общественности и системе, не только в том, что показывает дурной пример для окружающих, который в пределе может развалить и всю систему, но и в том, что Габен при этом позиционирует себя как потенциальный лидер, а значит и конкурент Гамлета в борьбе за место в системе. Во внедряемой Габеном социальной (а точнее - асоциальной) альтернативе Гамлету представляется опасный пример индивидуалистического неподчинения, саботажа, способного принять коллективные, массовые формы. А это значит, что уже не одно отдельное лицо возможно будет игнорировать его Гамлета распоряжения, но целая группа лиц, а может даже и целый коллектив, направленный против лично его, Гамлета интересов. И значит, речь идёт уже о вытеснении из системы, - системы заражённой "опасным вирусом индивидуализма". (И значит Габен осядет в этой, завоёванной им системе и будет чувствовать себя в ней, как в своей стихии, а Гамлет вынужден будет искать для себя другую систему, другую благодатную среду, другое место под солнцем.

Желая это предотвратить, Гамлет, со свойственным ему максимализмом раздувает общественный скандал из каждого такого случая саботажа, из каждого случая неподчинения его распоряжениям и его воле, возводя его по значимости "в степень" и представляя его как злонамеренную акцию, направленную против интересов системы. И, разумеется, чем активнее Гамлет пытается навязать Габену свою волю, тем более упорное сопротивление Габен оказывает. Действуя и как программный инволютор: исходя из своей слабой, но престижной (доминирующей в диаде и квадре) интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.5), Габен считает возможным, допустимым и даже необходимым ( для сохранения собственной независимости) Гамлету не подчиниться. (Попытка - не пытка, подчиниться - проще простого: подчиниться он всегда успеет. А вот не подчиниться и посмотреть, что из этого выйдет - всегда интересно.(Хоть и рискованно ставить эксперименты на себе самом, но за неимением другого выхода иногда приходится это делать, - всё лучше, чем так просто уступать. ( Уступчивость Габену не свойственна, он - упрямый).

- Что же в результате из всего этого выходит?

- В результате из Гамлета "выходят" эмоции (потому что он начинает кричать на упрямого Габена, а будучи сам упрямый долго не может успокоиться и остановиться). Вместе с эмоциями выходят и силы. Выходят "пары", а вместе с ними - и боевой задор, боевой дух, боевой порыв Гамлет. А вместе с ними сгорает как дым, разлетаются искорками, исчезают и угасают другие очень важные для Гамлета свойства: и уверенность в собственных силах, и уверенность в собственной правоте, уверенность в своём праве на лидерство. Собственные амбициозные планы теперь кажутся Гамлету несостоятельными, идейно - патриотический апломб - дутым и преувеличенным, а сам себе в этой истории он кажется жалким и смешным. (Иногда - заслуживающим сочувствия и сострадания, хотя напрямую Гамлет об этом никогда и никого не попросит).

Со временем Гамлет начинает понимать, что для победы над Габеном ему необходимо спокойствие и твёрдость, непреклонная решимость и терпение, потому что Габен побеждает его именно терпением. Но как только оба они выходят на позицию: "побеждает самый терпеливый", их отношения переходят в фазу стратегического противоборства и противостояния, при котором каждый из них изучает "повадки" другого (взаимодействие двух конструктивистов, творческих технологов манипуляторов). И при этом каждый из них напоминает охотника, сидящего в засаде и выслеживающего дичь.

15. Волевой диктат против террора по интуиции потенциальных возможностей

Злоупотребление властью, тотальное волевое доминирование решительного над рассуждающим провоцирует ответную мобилизацию воли и сил со стороны рассуждающих, выражающуюся в ответном терроре по интуиции потенциальных возможностей. На волевой диктат решительных рассуждающие отвечают "возможностным террором": дезинформируют (по мере сил и возможностей), придумывают мнимые предлоги для того, чтобы манипулировать действиями своих решительных конфликтёров, придумывают мнимые причины для того, чтобы отказывать им в просьбе. Придумывают мнимые опасности для того, чтобы запугать их и сковать их деловую или возможностную инициативу ("перекрывают кислород оп аспекту интуиции возможностей). Мощной суггестией на тему "можешь - не можешь", или "можно - нельзя", (внушая решительному: "Ты не можешь так поступать со мной, ты обязан дать мне ещё один шанс.") рассуждающий также добивается определённых возможностных преимуществ ( и может использовать предоставленный ему шанс для того, чтобы окончательно обезопасить себя, нейтрализовать или обезвредить противника (как раз того самого, который и предоставил ему этот шанс).

Пользуясь преимуществом по доминирующему в их модели аспекту интуиции возможностей, рассуждающие не упускают случая направить решительных по ложному следу, в ложном направлении, стимулируют и увлекают их обманчивой лёгкостью надуманных целей, для того, чтобы направить их по ложному пути и этим реально освободить для себя занимаемое ими жизненное пространство. Для этого они самоуправно ставят себя в положение мнимого контролёра, наделяют себя мнимыми полномочиями, которые ошибочно воспринимаются как реальные. "Наглость - второе счастье": уступая натиску мнимого доминанта, человек позволяет ему себя контролировать, манипулировать собой - принимает его как руководителя и диктатора, позволяя распоряжаться собой, предоставляя ему для этого все полномочия. Позволяет и ориентировать себя на ложные цели, и направить на них в "неведомо куда", и идёт (туда, куда пошлют), и подчиняется, и освобождает место под солнцем тому, кто оказался хитрее и сообразительней, потому что задействует мнимое поле возможностей. И именно в том их значении, в котором невозможно доказать их несостоятельность, а потому и невозможно отказать в исполнении этого поручения тому, кто навязывает его.

Аспект интуиции потенциальных возможностей в квадрах решительных является вытесненной ценностью, попадает на область коллективной реализации, поэтому, ссылаясь на чьи - то "успешные эксперименты" рассуждающий может очень далеко послать своего решительного конфликтёра. Так далеко, что он уже оттуда не вернётся, а занимаемое место (жилплощадь) определённо освободит. Надо его только в этом хорошо убедить. ("Вот у моей приятельницы дочка съездила на время каникул в Турцию, большие деньги там заработала. Ты бы тоже могла туда съездить…" - посылы из серии: "Пойди туда, не знаю куда; принеси то, не знаю что".)

- Или, как у Филатова в сказе про Федота - стрельца:
"Исхитрись - ка мне добыть то, чего не может быть,
Запиши себе на память, чтобы часом не забыть."…


- И это ещё одна схема террора по аспекту интуиции потенциальных возможностей, который может позволить себе любое "авторитетное лицо", или самоуправно претендующее на таковое. Для того, чтобы возвысить себя над кем - то, нужно по альтернативной логики соотношений (или по альтернативной интуиции возможностей) кого - то просто унизить уничижительной критикой, что, собственно, и позволяют себе мнимо - реальные "доминанты" в отношении своих решительных конфликтёров: нивелируют их успехи и достижения по альтернативной системой оценок, терроризируют их недоверием, занижают их самооценку по альтернативной интуиции возможностей, записывают их в неудачники. (Так, например, решительный может сколько угодно трясти перед носом "рассуждающего" своими орденами и орденской книжкой, а тот будет упорно отказываться признавать его заслуги, разыгрывая из себя Фому неверующего: "Откуда известно, что вы действительно заслужили эти ордена? А может вы их в подземном переходе купили? Чего вы тут передо мной книжкой трясёте? Ордена можно купить, книжку подделать… Сами - то вы что можете? А-а-а, вот видите, вы даже не можете доказать, что вы их заслужили… Что вы вообще можете?.. " В результате таких атак человек получает мощную отрицательную суггестию по интуиции потенциальных возможностей и чувствует себя совершенно беспомощным в этом мире (Самое время засомневаться в своих заслугах, достижениях и возможностях.). А рассуждающий просто хорошо умеет принижать достоинство человека по аспекту интуиции потенциальных возможностей, занижать его способности, обесценивать значимость его достижений, чтобы самому не комплексовать перед ним, чтобы самому не чувствовать себя униженным и уязвлённым собственными неудачами (по принципу: "лучшая защита - нападение"). Система альтернативной переоценки чужих заслуг "с точностью до наоборот" для этого, как нельзя лучше, подходит.

Опять же, и аспект интуиции времени, доминирующий в квадрах решительных, оказывается не в чести, является вытесненной ценностью и попадает на область коллективной реализации в квадрах рассуждающих (в первой и в четвёртой квадре) Поэтому и об уважении к чужим заслугам, чужой памяти, чужой боевой славе здесь вспоминают только по праздникам (когда все чествуют ветеранов), а в частных случаях, в индивидуальном порядке не считают нужным оказывать почести. ("Мне всё равно, кем ты был в прошлой жизни, главное, что сейчас ничего стоящего ты собой не представляешь…").

У решительных и один в поле воин. Поэтому и утверждение, что для полного счастья каждому человеку необходимо иметь прославленную боевыми заслугами родину, справедливо только в воинственных квадрах решительных, где боевая решительность засчитается областью индивидуальных предпочтений, где в индивидуальном порядке поддерживается состояние боеготовности и пользуется популярностью культ боевой славы В квадрах рассуждающих эти ценности принимаются постольку, поскольку разделяются подавляющим большинством: если все чествуют ветеранов, то и каждый из рассуждающих от души радуется их победам. Но в индивидуальном порядке культивировать их заслуги здесь не будут: аспекты, доминирующие в квадрах решительных (волевой сенсорики и интуиции времени), здесь оказываются вытесненными ценностями и попадают на лаборные блоки (СУПЕРЭГО и ИД). Область доминирования этих аспектов в квадрах рассуждающих строго ограничена какими - нибудь государственными праздниками, когда все ощущают себя причастными к общим боевым заслугам, но в индивидуальном порядке хвастать своими наградами здесь считается неприличным - вносит разлад в устоявшийся порядок вещей в доминирующую здесь систему приоритетов, из которых мир и покой - наивысшая ценность.

16. Гамлет - Габен. Отношение к конфликту по меркам решительного и рассуждающего.

Отношения конфликта с Габеном Гамлет рассматривает в ракурсе жёстких, антагонистически непримиримых противоречий. Оценивая ситуацию как экстремальную, он судит о поведении Габена по меркам военного времени. Находясь под впечатлением накопившихся обид, Гамлет считает Габена "предателем" (с которым бы он в разведку точно не пошёл), "вредителем" (которого бы в иное время сразу к стенке поставили), изменником, "перебежчиком", "невозвращенцем" (ушёл на пять минут, да так и не вернулся), "отщепенцем", безразличным ко всему, кроме собственного душевного спокойствия и т.д.

Габен, в отличие от экстремала - Гамлета свои конфликтные отношения рассматривает как бытовую неурядицу, в которой нет ничего экстраординарного и которую не следует воспринимать всерьёз. (Подумаешь, - человек разволновался! Что тут особенного? Покричит и перестанет. Пары выпустит, устанет и замолчит. И снова наступит тишина. Стоит ли беспокоиться?) Поведение Гамлета Габен оценивает по меркам мирного времени и осуждает его за неуместный и неоправданный ажиотаж. ("Взбалмошный истерик делает из мухи слона, устраивает бурю в стакане воды, изводит всех своим максимализмом. Сам не живёт спокойно и другим не даёт. Неймётся ему…") Однако считает, что и трагедии из всего этого делать не стоит: надо просто замкнуть все эмоции Гамлета на нём самом, сделать так, чтобы он (Гамлет) устал от самого себя. ("Сам себе пережёг пробки"). Эмоциональный конфликт с Гамлетом Габен пытается урегулировать технологически: дескать, погорячится человек и успокоится, "перегорит" да и остынет. (А куда он денется? Покой - естественное состояние человека. Бушующие эмоции (по мнению Габена) - неестественное состояние. И их надо глушить или пресекать. (А особенно в мирное время). Вот Габен его и глушит. (А как же иначе? - сейчас не война! Трубить тревогу, объявлять полную боеготовность, завывать сиреной сейчас совсем ни к чему. Покой людей тоже уважать надо. Людям надо дать отдохнуть от всего этого, пожить по - человечески: без забот, без хлопот, без страхов, без стрессов, без излишнего напряжения.)

Гамлет как злейший враг слепого и сытого благополучия ненавидит всех равнодушных к чужому горю, ленивых душой людей. спокойная, ленивая и сытая жизнь делает человека изнеженным и слабым, ленивым и беспечным, не способным переносить испытания. Плодить неженок, по мнению Гамлета, - значит губить систему, создавать контингент, не способный её защитить. Отсюда лозунг: " И вечный бой, покой нам только снится!". (Хотя при таких условиях никому и ничего не снится. Никто не спит, все бдительны, все стоят на посту, готовые с оружием в руках защищать интересы системы.)

Габен не переносит всей это идеологической и общественно - политической истерии. А Гамлета раздражает спокойствие и невозмутимость Габена, его кажущееся безразличие ко всему происходящему вокруг.

Хотя на самом деле это не так: живо интересуется многими приятными, доставляющими удовольствие вещами, а игнорирует только то, что реально его угнетает и раздражает. Своим намеренным безразличием старается демонстративно приглушить (подавить) очаг раздражения (или всемерно отдалиться от него). За что Гамлет (даже в мирное время) объявляет его дезертиром, предателем, отщепенцем, перебежчиком и прочим. Габен игнорирует и эти оценки, делает вид, что они его не волнуют: он идёт свои курсом по жизни и на общественную истерию внимания не обращает. Если его призывают в армию, он, как все, идёт и служит. А на истерики какого - то неуёмного деятеля, возомнившего себя в мирное время комиссаром или политруком, не обращает внимания - ни к чему усложнять себе жизнь. Обвинений в малодушии и слабости Габен на свой счёт не принимает. (Как показывает история (например, Троянской войны), при желании, Габен может совершать подвиги и выигрывать сражения там, где "крутым парням" - великим героям, Ахиллу и Гектору - при всём желании переломить ход войны не удавалось. Как известно, победа в Троянской войне досталась ахейцам благодаря изобретательности хитроумного Одиссея (СЛИ, Габена), за что он сам потом жестоко поплатился (прогневил бога морей Посейдона тем, что для завоевания Трои использовал его символ (коня) в вероломных целях и этим, как бы, оскорбил его и подорвал доверие к его культу. Но там, где приходится выбирать между интересами культа (доминанта этики эмоций) и интересами дела (доминирует деловая логика), Габен как объективист предпочитает второе: интересы дела для него важнее интересов культа и интересов системы.

17. Гамлет - Габен. Контроль и взаимная коррекция "неправильного образа жизни"

Жестокую общественную травлю на тему: "ты неправильно живёшь" по своей стратегической линии может устроить каждый из них. В том, что эта травля будет доведена до логического конца, или какого - то другого, закономерного результата - тоже можно не сомневаться: стратеги на полпути не останавливаются и половинными мерами не ограничиваются. Уж если начнут преследовать друг друга, так не успокоятся, пока не доведут дело до намеченного рубежа, до определённых пределов. Коллективной, идеологической травле, организованной Гамлетом, здесь противостоит индивидуальная оборона Габена, культивирующего индивидуалистическую обособленность от окружающего мира как форму здорового и психологически уравновешенного способа существования. (индивидуализм здесь выступает против коллективизма). Хотя прибегнуть к помощи третьих лиц Габен тоже может. (В компании противостоять Гамлету как - то сподручней: пусть видеть, как действуют на окружающих распространяемые им (Габеном) примеры асоциального поведения: от одного вида которых у Гамлета пропадает решимость продолжать борьбу с этими разлагающими, антиобщественными влияниями. (В своё время такую борьбу (как ни странно!) пытались проводить, используя широкую популярность мультфильма "Ну, погоди!", где образ вопиюще отрицательного и асоциального персонажа (Волка) был целиком и полностью скопирован с самых проблематичных черт психотипа СЛИ, Габена и представлял собой этакую одиозную личность: нарушителя спокойствия и общественного порядка. Как только появлялся этот персонаж на экране в модной причёске с зачёсанными за уши патлами и в стильных шортах в цветочек, все узнавали в нём популярного героя юмористических фельетонов, сатирических киножурналов и карикатур)

Габен перед Гамлетом в долгу тоже не остаётся. Усиливает своё влияние над ним, используя интерес Гамлета к паранормальным явлениям, ко всему загадочному и необъяснимому. Пользуясь своей деловой изобретательностью и интуитивно - возможностной манипулятивностью, он втягивает Гамлета во всякие учебно - лечебные эксперименты, проверяет на нём действия врачебных различных методик, диет и гимнастик (иногда очень вредных, но навязываемых в экспериментальном порядке с последующей проверкой результатов). Заставляет его посещать лекции по парапсихолгии, по паранормальным и оккультным дисциплинам. (Заставляет его во всё это верить) Может назначить ему романтическое свидание в клубе, на лекции по "лечебной астрологии", да ещё и заставит записать и законспектировать огромное количество текста и разных "полезных" сведений, чтобы потом на досуге их обсудить. Варианты здесь могут быть самые разные: иногда человек (жертва очередного розыгрыша Габена, жертва его лечебно - учебных манипуляций) сидит и изнывает от скуки на этих лекциях в ожидании более приятного времяпрепровождения. Иногда Габен напрямую назначает свидание на этих лекциях, обещает прийти, просит его подождать, если опоздает к началу; Гамлет ждёт, а Габен не приходит. (Потом выясняется, что пока Гамлет ждал его в клубе, он приятно проводил время в другой компании. Одна милая девушка ЭИЭ, Гамлет рассказывала про такое свидание: после очень долгой разлуки её приятель - Габен назначил ей встречу в доме культуры, попросил её подождать, если он опоздает. Она так и не смогла запомнить название дисциплины и тему лекции, да впрочем, ей это и не понадобилось: когда она вошла в указанную аудиторию, там все молчали, никто ни с кем не разговаривал, на её вопросы никто не отвечал, когда она спрашивала, на неё смотрели как на ненормальную. Потом пришёл преподаватель, спросил у присутствующих, нет ли вопросов по предыдущей теме. Присутствующие промолчали, и преподаватель начал вести занятия: попросил их всех настроиться "на вертикаль" и включил магнитофон на запись. Наступила тишина. Девушка - ЭИЭ в ожидании своего друга нервничала, то и дело поглядывала на часы, страдала от жары и духоты, обмахивалась платочком. Присутствующие раздражённо на неё оглядывались, но продолжали молчать. Преподаватель тоже молчал (магнитофон записывал чьё - то молчание). Изредка преподаватель делал (вслух) замечания: просил кого - то не отвлекаться, настроиться на вертикаль. В полной тишине занятия продолжались более часа. Когда прошло полтора часа с момента начала "занятий", ей стало дурно, и она решила уйти, не дожидаясь своего друга- Габена. Но тут вдруг преподаватель прервал молчание, спросил: "Есть ещё вопросы по пройденной теме?". Присутствующие в ответ промолчали. Тогда он их поблагодарил за внимание и объявил, что занятия окончены. Своего друга - Габена девушка в тот вечер так и не увидела. И не видела ещё несколько недель. А когда наконец встретилась с ним, у неё накопилось к нему столько вопросов, столько требований и претензий, что об этой "лекции" она просто забыла.)

ЧастьIV

18. "Охотничьи игры" Габена

Казалось бы, хочется бегать от кого - то, бегай от своей тени, а человеку предоставь спокойно жить своей жизнью. Уж, кажется, кому как не Габену ценить душевный покой в себе и в других, осознавая всю важность этого психологического фактора для существования человека. Но одно дело - ценить эти условия для себя, другое - предоставлять их другим. Конфликт Габена и Гамлета часто на том и строится, что свой душевный покой Габен обретает ценой целенаправленно раздражающего воздействия на Гамлета, выматывая его в разного рода "охотничьих играх". Например, навязывая ему (старую, как мир) игру "в догонялки", (которая в природе (в животном мире) является тактическим инстинктом, (природным инстинктом, встроенным в психологический признак "стратегии и тактики") которую Габен устраивает по программам своего ЭГО- блока. При этом, предварительная, подготовительная работа для этой "загонной охоты" проводится по творческой логике действий (+ч.л.2) - тактическому аспекту ЭГО - блока Габена.

Прикидываясь желанной целью, Габен навязывает своей жертве игру "в догонялки". Нежданно - негаданно появляясь то здесь, то там, он мельтешит перед глазами, дразнит, сбивает с толку какими - то встречными альтернативными целями и планами, привлекательно их расписывает, старается заинтересовать собой. А потом, именно тогда, когда его ждут, куда - то вдруг исчезает. Но при этом заставляет "жертву" себя искать, заставляет её побегать за собой. Отсиживается в укромном месте (в заранее подготовленном укрытии), отслеживает её действия и наблюдая, как она бегает за ним, как за химерой, следуя навязанному ей маршруту, разыскивая его, обзванивая всех вокруг, теряя терпение, время, надежду, энергию, силы. Затем, видя отчаяние жертвы, но не позволяя ей соскочить, он с добродушной улыбкой опять появляется перед ней "нежданно - негаданно" и без тени смущения говорит: "Ах вот ты где, а я тебя в другом месте ищу!". Таким образом, не признавая себя виноватым, он списывает всю эту суету на недоразумение. А затем, снова желая втянуть "жертву" в эту игру, снова пытается вернуть себе её доверие. Добившись расположения "жертвы" и пользуясь тем, что Гамлет быстро подхватывает любые новшества и старается быть во главе позитивных и интересных починов), он, слегка сместив интересы и цели, снова теряется из виду и запускает свою "жертву" в по новому кругу, наблюдая в очередной раз, как она, упуская другие возможности, снова теряет энергию, время, силы, надежду, терпение, веру. ( А с ними и уважение, и доверие, и любовь). Затем снова выходит из своего укрытия с тем, чтобы снова рассеять страхи и сомнения Гамлета, снова добиться его доверия, уважения и признания, а затем, пользуясь вновь обретёнными правами ( и новым, углублённым "кредитом доверия"), подпитывая его уверенность и надежду на позитивные перспективы в развитии их отношений, снова разочаровывает его, жестоко фрустрирует именно тогда, когда он (Гамлет) ощущает себя почти счастливым, когда уже чувствует себя победителем и считает, что желанная цель им почти что достигнута.

Этот вид "загонной охоты" (изобретённой задолго до возникновения разделений на ТИМы) возможно с огромным успехом использовался где - нибудь в древнем мире, в при первобытно - общинном строе в допотопные времена. Когда крупную и агрессивную дичь можно было легко завалить, предварительно измотав её бесконечными раздражителями, появляющимися то здесь, то там; заставляя её бегать за источниками раздражения до тех пор, пока она, обессилев, не падает замертво. Обессиленная жертва при этом оказывается уже не в состоянии нападать на противника, который, точно продумав и рассчитав свои действия, продолжает её дразнить, заманивая в очередную ловушку, выматывает её, лишая последних сил, а вместе с ними и воли к сопротивлению, сохраняя при этом почти полностью свои силы для продолжения боя, для будущей охоты и новой травли. (Которая особенно занимает и развлекает именно Габена в ИТО конфликта, когда его жертвой становится Гамлет - первый "загонный охотник" социона.) Хотя тут Габен пальму первенства у него оспаривает и состязание у него выигрывает.

К слову сказать, тех ЭИЭ (Гамлетов), которых, хлебом не корми, дай затравить, "заклеймить позором" хоть кого - нибудь, - этих "железных комиссаров" - Гамлетов Габен себе в жертву не намечает. С ними он старается не сходиться и не пересекаться, существует как бы "в параллельных мирах", предпочитая не привлекать к себе их внимания. Для таких "комиссаров" он всегда остаётся этаким одиозным "неуловимым мстителем" -"невидимкой", за которым не имеет смысла гоняться, пытаясь отловить его и перевоспитать. Гамлета - "комиссара - коллективиста" Габен вообще старается не дразнить. Потому, что прекрасно знает, что против коллективной облавы, проводимой в замкнутом, жёстко контролируемом пространстве, ему не устоять и не спастись. (Даже если он многих сподвижников Гамлета привлечёт на свою сторону и поставит в зависимость от своей воли и доброго расположения, "подсадив" на те запретные удовольствия, в которых Гамлет им отказывает и доступ к которым, радея об интересах системы, перекрывает. (Гамлет выступает против изнеженности, сластолюбия, деморализующих открытых отношений, Габен в своём кругу делает все эти удовольствия доступными, а значит и предаёт интересы системы, ведёт против неё "подрывную, диверсионную деятельность" (Да ещё как успешно!). С этим Гамлет конечно смириться не может, но и Габен на прямой конфликт с ним не идёт (на собрания не является, из идеологических организаций позволяет (заочно) себя исключать, уходит из - под контроля Гамлета, выпадает из поля зрения (и хорошо себя при этом чувствует). Гамлет объявляет его дезертиром и отщепенцем, но Габена это уже не волнует. Таких ярых коллективистов - Гамлетов он считает "ошибкой природы", или "отрыжкой системы", воплощением ужаса или социальным злом. (Но это уже не волнует железного комиссара - Гамлета, который существует на другом полюсе, в другом параллельном мире и просто обрушивает на Габена свои репрессии и террор всякий раз, когда тот появляется на его пути.)

Жертвой Габена становится совсем другой, - одинокий, мечтательный Гамлет (этакий "лунный Пьеро") - артистичная, творческая натура с неустроенным бытом и неустроенной личной жизнью, - доверчивый, мягкий, доброжелательный, благодарный за любое проявление внимания к его скромной особе. Такой Гамлет может интересовать Габена как потенциальный "идеальный партнёр", как лучший вариант из всех возможных, как долгожданная, найденная и, наконец, обретённая его "половинка". Такой Гамлет в чём - то напоминает Габену его дуала Гексли, но опять же, в самом удобном для него выражении: как скромный, непритязательный, лишённый дутых амбиций, верный и преданный партнёр.

Свою ошибку Габен довольно быстро начинает ощущать и осознавать, столкнувшись с первыми проявлениями требовательности и обязательности Гамлета. А дальше уже обязательность Гамлета (как обратная сторона и обременительное дополнение его требовательности) становится "союзником" Габена, инструментом пространственных манипуляций во всех его играх. Достаточно только обязать Гамлета быть в нужное время в нужном месте, достаточно только получить его согласие и обещание, и можно преспокойно планировать свои пространственные перемещения в АЛЬТЕРНАТИВНОМ направлении, не рискуя встретить Гамлета на своём пути. Применяя этот приём, Габен может успешно действовать по всё той же его ЭГО программе (-б.с.1) - альтернативной сенсорике ощущений (или, как ещё её можно представить: по сенсорике пространственных альтернатив), не ощущая над собой контроля и сверяясь только со своими планами. А планы у Габена меняются очень часто. Габен - динамик. Смена планов зависит от его ощущений, настроения, предчувствия, выгоды, пользы… Поэтому, если он внезапно решил (условно говоря) поехать на север, Гамлета ему нужно будет направить на "юг", взяв с него обещание, что он там будет сидеть и дожидаться его. А для этого необходимо убедить его в своём добром к нему расположении, подкрепить его доверие какой - нибудь пустячной "доброй услугой", а его интересы подпитать каким - нибудь обнадёживающим обещанием. Если у Гамлета намечены на это время какие - то другие планы, и он не может себе позволить их менять. Значит нужно убедить его сделать это: заставить его пожертвовать чем - нибудь ценным - своими планами, работой, важной деловой встречей. Чем ценнее упущение, тем дороже жертва. И пойдя на неё, Гамлет уже точно будет сидеть, где указано и дожидаться Габена, - не зря же он поступился своими планами, потратил столько времени, отменил столько важных для него дел. ( Такой ломкой планов иррационалы часто подчиняют себе рационалов (или просто терроризируют их), утверждают свою власть над ними, "берут реванш". Подчинился - моя взяла! Не подчинился, значит надо настойчиво наступать на него (требовать, убеждать или упрашивать), пока не подчиниться. А мотивы этой настойчивости выяснять не обязательно - от избытка ли чувств проявилась эта настойчивость, или человек просто с кем - то поспорил, пари заключил и хочет во что бы то ни стало одержать верх в этой ситуации; или ведёт с партнёром ( партнёршей) какую - то "свою игру", потому что привык всегда и везде настаивать на своём - всё это уже значения не имеет. Главное - настоять на своём опутать обязательствами, взять обещание, что данное обязательство будет выполнено. (Своей обязательностью рациональный человек (а тем более решительный - при доминирующем аспекте волевой сенсорике) становится особенно уязвимым в отношениях с иррационалом, который как раз эту - то обязательность (в купе с доверчивостью и простодушием) использует против него.

Понятно (по логике вещё), что если человека отрывают от каких - то важных очень важных планов и дел, заставляют (уговаривают и упрашивают) из изменить этим планам, отложить их и перенести, то наверное, делают это не для того, чтобы просто так обмануть его доверие ("прокатить, продинамить"). Такое вопиющее коварство трудно себе даже представить. Но то, что трудно представить решительному (с ограниченной сферой влияния интуиции потенциальных возможностей), просто выполнить рассуждающему ( в квадрах которого этот аспект доминирует). Рассуждающий иррационал этот ход по интуиции потенциальных возможностей может посчитать для себя достижением (этакий "ход конём" сделать! - есть над чем посмеяться и записать себе "фортель" в заслугу и в актив уже имеющихся хитроумных манипуляций по доминирующим в дельта - квадре аспектам деловой логики и интуиции альтернативных возможностей.)

Для Габена это - обычный способ достижения цели методом альтернативных пространственных перемещений. (Самый распространённый пример: стоит длинная очередь в кассу кинотеатра на какой - нибудь интересный, зарубежный фильм. Приходит Габен (невзрачный и неприметный с виду человек) и удивлённо спрашивает: "А что это вы тут стоите? Там рядом, за углом другое окошко открылось." Народ не верит, требует уточнений. А он так отрывисто и раздражённо объясняет: " Да там вон, в соседнем подъезде… касса открылась… ещё одна… и там никого нет." "А вы зачем сюда пришли?" - спрашивают его. "А у меня здесь очередь… вон уже подходит…" Очередь распадается . Народ устремляется в соседний подъезд. А он беспрепятственно проходит к окошку кассы. ( Даже если его не пускают, он всё равно убеждает, что здесь стоял: " Да вы что-о-о!.. Я стоял! Вон хоть их спросите…" - мотает он головой в неопределённом направлении). И покупает себе билет. Главное - провернуть этот трюк, не моргнув глазом, не меняясь в лице и не выдавая ничем волнения и лжи. Габену это удаётся. Даже, если ему этот билет не нужен, он потом пойдёт и продаст его за три цены. Но если люди в очереди стоят, значит это что - то стоящее и билет надо брать.

Одинокий, творческий Гамлет - тоже кажется ему кем - то стоящим, кого надо брать на абордаж, подчинять своей воле, дрессировать, подавляя его волю вместе с эмоциями, выбивать строптивость, выматывая нервы и силы. Манипулировать им как марионеткой, подчиняя самым абсурдным своим и самым непредсказуемым своим требованиям. Приучать к абсолютному послушанию и полной зависимости от его, Габена, решений, планов и настроений. А потом просто бросить его, жестоко разочаровать, лишить надежды на будущее, просто потому, что надоел. (И потому, что не слишком дорожит этими, теперь уже обременительными связями, или наоборот, - рассчитывает их когда - нибудь с лёгкостью возобновить, хотя, в полной мере, это тоже не всегда удаётся:
Возвращаются все, кроме лучших друзей
Кроме самых любимых и преданных женщин
Возвращаются все, кроме тех, кто нужней
Я не верю судьбе, а себе - еще меньше...
(В. Высоцкий)
Но и к этому, заключительному акту Габен приходит ещё очень не скоро (если вообще приходит). Ему иногда и не хочется терять человека, из которого может и выйдет ещё что - то стоящее. И тогда дружбой с ним Габен будет гордиться. (Отношение к человеку, как к "банку возможностей" приоритетно в его дуальной диаде, и Габену оно так же свойственно, как и его дуалу Гексли (хотя и проявляется в несколько сдержанных, не в таких экспансивных и ярких формах). "Ненужными людьми" (как и "ненужными вещами") собиратель - Габен не разбрасывается, а придерживает их до лучших времён - мало ли, пригодится. Время от времени он устраивает "инвентаризацию" своим "марионеткам", проверяет, всё ли на месте. В отношениях с людьми это напоминает проверку "сетей" на прочность (или проверку на прочность "паутины"). Если "жертва" находится всё там же, где её поместили и терпеливо ждёт дальнейшего развития отношений, проявляя никакой обременительной активности со своей стороны, её можно слегка "поощрить": приободрить, обнадёжить, успокоить дежурными фразами и оставить "висеть" в прежнем положении, дожидаясь неизвестно чего.

(Хотя такие "послушные - покладистые" Габену тоже быстро надоедают: они слишком робки для того, чтобы из них вышло что - нибудь путное и значительное, чтобы знакомством с ними можно бы было гордиться. Поэтому "робких" или "сникающих" он, время от времени тоже "подстёгивает", подхлёстывает, подбадривает, обнадёживает и - в конечном итоге, - подставляет под неприятности (просто для того, чтоб встряхнуть, а заодно проверить степень своего влияния на "марионетку"). Так, например, один молодой человек - Габен очень настойчиво убеждал свою знакомую девушку, певицу (ЭИЭ) сменить аккомпаниатора, хотя она вполне была довольна своим. Причём именно в эту пору его (Габена) с отношения с ней носили характер какой - то неопределённости: он чувствовал, что она отстраняется, старается не реагировать на его предложения, старается ничему не удивляться и ничего (ни хорошего, ни плохого) от него не ждать. Именно в эту пору он стал ей навязывать какого - то своего "бедного родственника" - убого старичка в аккомпаниаторы. Как она сопротивлялась - это не передать! Какие только аргументы и доводы ни приводила: пожилой человек, зрение слабое, здоровье слабое, память слабая, руки слабые, техника наверняка тоже слабая, - зачем ей всё это надо? Да ещё в психологически неудобных условиях: как настойчиво убеждал её друг - Габен, "Ему ни в коем случае нельзя предлагать за работу деньги! Он - альтруист. Он обидится! Он будет работать бесплатно из одной только любви к искусству." Короче, этот парень не успокаивался до тех пор, пока лично не привёз её к этому человеку. Оставил её манто у себя в машине, лично проводил её до квартиры этого родственника, представил ему и исчез. Через пять - десять минут она, спотыкаясь о порог, с перекошенным от ужаса лицом вылетела из этой квартиры, а вдогонку ей доносились вопли этого старичка: "Вон! И чтоб больше я вас здесь не видел!". Потом ещё полтора - два часа она сидела в подъезде, дрожа от холода (свой телефон и шубу она оставила в машине Габена, а самого его нигде поблизости не было). Через какое - то время он появился, привёз её к себе на квартиру, отпоил чаем и начал подробно расспрашивать. По мере того, как она описывала ему этот визит, он всё больше смеялся и приговаривал: "Узнаю своего дядю Лёшу!" Оказывается, дядюшка его был редкий скряга, и паренёк этот время от времени устраивал ему такие розыгрыши.)

Любая попытка "марионетки" "выйти из плена", прояснить ситуацию или предпринять самостоятельные шаги, воспринимается Габеном как "бунт на корабле", который он старается тут же и подавить на корню (как правило, самыми невероятными мерами в том числе и подставами, наподобие вышеописанной). Шансов выбраться из "паутины" у такой "жертвы" нет практически никаких: нежданно - негаданно (обязательно не в те сроки, которые назначает) Габен снова нагрянет к ней со своей "ревизией" и, как упрямый - стратег - творческий "деловик" - интроверт - сенсорик- аристократ, не позволит ей выйти из отношений, пока не "подстроит" их, пока не отрегулирует удобным для себя образом, пока не возвратит всё на свои места. И непременным условием будет именно то, что во всём и всегда именно он будет диктовать свою волю, именно он всегда, даже вопреки своим собственным обещаниям, будет поступать только по - своему и только так, как самому ему хочется.

(Этот момент очень хорошо отражён в фильме Киры Муратовой "Короткие встречи": молодой геолог- Габен (его играет Владимир Высоцкий) по расчёту женившись на очень важной чиновнице (пред. горисполкома) каждый раз исчезает из её дома (уезжает в экспедицию) именно тогда, когда она больше всего в нём нуждается. Не давая о себе знать, пропадает по нескольку месяцев. А когда она уже теряет надежду на его возвращение, он ей звонит и сообщает дату своего прибытия. Она ждёт, надеется, готовится к встрече, делает причёску, но именно тогда, когда она ожидает его увидеть (то есть в свой день рождения) он и не приезжает. А приедет ли вообще, или нет - этот вопрос так и остаётся открытым. Определённым в этой истории остаётся одно: после каждого такого напрасного ожидания, встреча с ним становится ещё желанней, а сам он - ещё более близким и дорогим.

- Так может, такими методами он попросту набивает себе цену?..

- Судя по результату, - да!.. Как аристократ и объективист он об удобном ему положении вещей судит по факту и по результату. Если на протяжении долгого периода времени ему удаётся такими методами подчинять себе волю другого человека (причём, не одного!), значит он может вполне быть уверен в их эффективности (+ч.л.2). (В противном случае, он бы их не практиковал.)

19. Габен. Отношение к успеху

Себе Габен может позволить быть посредственностью, если ему это выгодно: зачем прыгать выше головы, если всего - то и требуется произвести сильное впечатление на какую - то случайную знакомую? - для этого достаточно приписать себе и несуществующие достоинства: проверять эту информацию всё равно никто не будет. А если и понадобиться её подтверждать, свои слова он всегда может обратить в шутку, которую его дуал Гексли только один и мог бы оценить в полной мере, - только он и мог бы понять её необходимость в безвыходной ситуации, оценить её выдумку и фантазию: "Что плохого в том, что человек хочет казаться успешней и лучше, чем есть на самом деле? Сегодня он только кажется успешным, а завтра станет таким." Позиция Гексли: "Поверь в себя и заставь этот мир принимать тебя таким, каким ты хочешь быть, а не таким, каким являешься на самом деле, потому что весь мир и всё происходящее в нём можно воспринимать как плод нашего воображения". Исходя из этих субъективно идеалистических позиций, Гексли и вырабатывает по своему аспекту интуиции альтернативных возможностей эту очень удобную (для таких случаев) программу: "Создай свою реальность и заставь её работать на себя.". Встраиваясь в арсенал альтернативных возможностных средств по суггестивному для Габена аспекту интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.5)- эта программа как раз и позволяет Габену выгодно задействовать возможности мнимой реальности для того, чтобы более эффективно использовать ресурсы окружающей его реальной среды. (Что очень удобно в иррациональной диаде дельта - квадры "Габен - Гексли", но очень проблематично в бета - квадровой рациональной диаде "Гамлет - Максим", где с ложью борются самыми жестокими средствами, где ложь считается чуть ли не самым опасным злом, а если и допускается, то только в ограниченных (и малозаметных) количествах, только ради престижа системы, в целях защиты её интересов, с разрешения её доминанта, только по его поручению, и только для всеобщей пользы и для всеобщего блага. Во всех остальных случаях - "обманывать нехорошо!".)

Габен может позволить себе быть "посредственностью" тогда, когда ему это выгодно - когда это избавляет его от необходимости ставить перед собой амбициозные цели, - что является достаточно большой проблемой в дельта - квадре - квадре амбициозных и требовательных аристократов - предпринимателей, где доминирует аспект деловой логики ("логики фактов") и где отношения соподчинения выстраиваются в соответствии с реальными, фактическими заслугами в деловой или творческой сфере (в иерархии "деловой и творческой успешности"). При этих условиях собственная завышенная самооценка в сочетании с завышенной требовательностью по отношению к другим ставит человека в выгодные, преимущественное положение. И именно потому, что позволяет блефовать, позволяет претендовать на доминирующее место в системе (особенно беспечным и упрямым представителям иррациональной диады, для которых наглость (как естественное свойство упрямого) - второе счастье (оно же и первое!) В четвёртой квадре (при доминанте аспекта деловой логики в сочетании с аспектом интуиции потенциальных возможностей) высоко ценятся инициативные, творчески активные и изобретательные предприниматели. А при некоторой небрежности к вытесненному аспекту логики соотношений, здесь иногда "западают на ярлыки", не проверяя их качества. То есть, - как человек отрекомендует сам себя, таким его здесь и воспринимают. При этом зависимость от личной рекомендации, личной самооценки и самомнения по прежнему остаётся высокой. (То есть, - "назвался груздем, полезай в кузов, тебе поверят!" )

В этой связи как раз и оказывается для Габена удобным суггестивным подспорьем суггестирующая программа Гексли: "Поверь в свои силы и заставь себе поверить других! Создай эту реальность и заставь её работать на себя!". Все эти рекомендации Габен принимает для себя как руководство к действию, а дальше уже с присущим ему упрямством не отступает от них даже под угрозой близкого и неминуемого разоблачения. Не отступает только потому, что очень хорошо усваивает из всего этого одну простую истину: "При любых обстоятельствах главное - это заставить поверить в себя и поверить себе. Подкреплять доверие совсем не обязательно: мир велик и всегда можно затеряться на его просторах 2, с тем чтобы снова появиться в нужное время и в нужном месте уже тогда, когда о его прежних злоупотреблениях чужим доверием позабудут. Что особенно усугубляет его конфликт с представителями ортогональной квадры, оспаривающими его право на это мнимое превосходство, на это ни чем не обоснованное самомнение, на эту неоправданную требовательность (которую Габен часто проявляет в игровой или шуточной форме: посмеиваясь, беря "на слабо", заключая пари, - по сути, навязывая игру в лохотрон, в котором проигравшим будет тот, кто втянулся, "повёлся" на эту требовательность, стал соизмерять с этими требованиями свои реальные дела и достижения, в то время как втянувший его в эту игру строгий "критик" ничем своего права критику не подтверждает, тем не менее, пользуясь всеми преимуществами присвоенного им положения "строго судьи"). Когда Габена пытаются разоблачить или сместить с этих самовольно захваченных им преимущественных позиций, он, добродушно посмеиваясь, мотивирует свои (самоуправные) действия благими намерениями: выступает в роли благодетеля, стимулирующего своими возрастающими требованиями быструю творческую успешность или рост потенциальных возможностей человека. В таких случаях Габен говорит: "Если бы я не втянул тебя в этот спор, если бы я от тебя этого всего не требовал, ты бы таких высот не достиг". (И этим напоминает лукавого Гамлета, приписывающего себе успехи человека, вытесненного им из системы и устоявшего перед тяжёлыми испытаниями. Разница только в том, что Гамлет чувствует себя невольным, опосредованным инициатором этого "боевого крещения", стимулирующего этот резкий прилив сил и связанный с ним рост успешности, а Габен считает себя непосредственным инициатором всех этих успехов: "Если бы я не втянул тебя в спор, если бы не взял "на слабо", ничего бы этого не было…"
2 Альтернативная пространственная сенсорика (-б.с.1) проявляется как ЭГО - программа

В вопросе творческого (или возможностного) доминирования им так же трудно взаимодействовать друг с другом: оба они упрямые, оба требовательные. А требовательный (да к тому же и упрямый - аристократ) получает преимущества в системных отношениях: кто требователен, у того и власть, и контроль. Важно только взять на себя функции требовательного контролёра (важно только уметь их присвоить), а том можно навязать человеку любую игру, лишь бы только заставить его подчиняться своим требованиям. Гамлет и Габен используют примерно одинаковые методы: берут "на слабо". Причём, Гамлета с его демонстративной интуицией возможностей (+ч.и.8) вовлечь в эту игру легче, чем Габена с его суггестивной интуицией возможностей (+ч.и.5), которая попадает у него на точку абсолютной слабости, так что и к информации по этому аспекту Габен относится очень взыскательно, шансы свои строго взвешивает, рисковать себе не позволяет, но зато ему интересно бывает узнать, чем заканчиваются опасные испытания у других. По аспекту интуиции потенциальных возможностей он охотно принимает к сведению те рекомендации, которые альтернативному возможностному потенциалу: вымышленный потенциал можно потерять и без особого реального ущерба. Но Габен себе и этого не позволяет: вымышленный потенциал - тот же кредит, особенно если им можно пользоваться, брать под него на неограниченные сроки реальные материальные ценности, расплачиваясь обещаниями когда - нибудь вернуть долг сторицей. Главное при этом - чувствовать себя уверенно ( как и подобает упрямому - стратегу - аристократу, затеявшему "большую игру".

- Но ведь Гамлет - тоже упрямый - стратег - аристократ, да ещё решительный и авторитарный экстраверт в придачу…

- Вот тут они и сходятся на боевой тропе в прямом и обострённом конфликте: каждого возмущает поведение соконтактника, никто и никому не собирается уступать. Гамлет возмущается, закипает от ярости, требует объяснений, а Габен ничего не объясняя, а только отмалчиваясь, или (ещё того хуже) иронично посмеиваясь, терпеливо дожидается окончания "бури", позволяя Гамлету "выпустить пары" и остыть - то есть, выпустить излишки энергии, с оттоком которой Гамлет почувствует усталость и общий упадок сил, после чего он уже будет представлять для Габена не большую опасность, чем только что сдувшийся резиновый шарик, который ещё пару раз вздрогнет, подёргается как в последней агонии, а потом выдохнет остальные пары, обмякнет и обвиснет, представляя собой жалкое зрелище, досмотрев которое Габен попросту отодвинет его ногой и пойдёт себе дальше, в нужном для себя направлении по своим делам, не оглядываясь и не оборачиваясь на своего, ещё недавно такого опасного конфликтёра.

20.Габен. "Игры" с реальным и мнимым потенциалом

Чем больше Габен комплексует перед Гамлетом, тем больше (демонстративно!) унижает его, (по своей альтернативной логике соотношений -б.л.8 ). Тем откровеннее пренебрегает просьбами и поручениями Гамлета, тем больше игнорирует его претензии и его раздражение. Для того, чтобы унизить Гамлета, Габену даже не обязательно втягивать его (Гамлета) в спор. Достаточно прикинуться грубоватым простаком и сразить каким - нибудь нелепым критическим вопросом по альтернативной сенсорике ощущений, критика по которому воспринимается Гамлетом наиболее болезненно. А найти альтернативу тому, что видит, Габен всегда сумеет. Если, например, видит перед собой яркую блондинку, раздражается по поводу цвета волос и макияжа: "Чего так намазалась - то?.. Другой помады что ль нет?.. А что копну такую на голове состроила?.. Лучше бы косу заплела… И чем это от тебя так несёт?.. Духи это такие?.. Тьфу, гадость!.. Больше при мне этим не душись…"

- Это называется "удар по белой сенсорике"…

- Этого достаточно для того, чтобы смутить любого человека, в том числе и Гамлета (но только не дуала Габена Гексли, который услышав всё это, не выдавая своего смущения, скажет: "Ну и что, а мне так нравится!.."). И этого достаточно для того, чтобы заставить Гамлета…
а). почувствовать себя неловко, нехорошо;
б). почувствовать себя виноватым (в том, что он так нелепо выглядит)
в). почувствовать себя оскорблённым, униженным, презираемым.
г). почувствовать себя жертвой личного (а затем и общественного) презрения (если один презирает, где гарантия, что остальные не чувствуют то же самое?), - это уже беда, трагедия, потому что по правилам бета - квадры, жертва сама виновата в своих несчастьях, а значит и в этой доле (общественного или индивидуального) презрения есть также и её вина.

Всего этого достаточно для того, чтобы поставить Гамлета в унизительное положение. Но Габен на этом не останавливается. Напросившись к Гамлету в гости, он, придя в его дом (и не застав там других хозяев или покровителей, - ни мужа, ни братьев, ни родителей), начинает сбивать с него гонор критикой. Начинает хамить, придираться к тому, что видит, давать альтернативные советы. ("А чего это у тебя стол посередине стоит? Он же всю комнату перегораживает… Отодвинь его что ль куда…") К коллекционным вещам Гамлета отношение у него тоже критическое: "А чего это у тебя тарелки висят на стене? Другого места что ль нет?.. Абажурчики всё, салфеточки… Фу, пошлость какая! Ты ещё семь слоников на комод поставь! А вот эту стенку надо убрать. Она тебе проход загораживает…"

Гамлет после первых же критических замечаний начинает либо суетиться, пытаясь тут же, по горячим следам что - то исправить. Либо чувствует себя несчастным, если понимает, что в кратчайший срок ничего исправить не может. А Габен, который тут же даёт понять, что изменения нужно произвести немедленно (здесь и сейчас), всё более сбивая Гамлета с толку (и выбивая его из привычных бытовых условий, из привычного режима, "из колеи") продолжает к нему придираться, продолжает унижать, уничтожать оскорбительной критикой по мере того, как всё больше перед ним комплексует. А затем уже приходит время и откровенно жестоких и хамских заявлений Габена: "Вот что я скажу тебе, дорогуша моя: ничего у нас с тобой не получится…" (что для Гамлета уже звучит как приговор: он чувствует себя обречённым на одиночество изгоем, которым пренебрегли и которого по непонятным причинам отвергли (то есть вытеснили из системы, что для Гамлета смерти подобно). Поэтому, холодея от ужаса, Гамлет, втягиваясь в игру, спрашивает: "Почему это у нас ничего не получиться?..". На что Габен, исходя из альтернативы тому, что видит, начинает придумывать различные предлоги и приводить разные доводы. Оглядываясь по сторонам говорит: "Ты тут богато живёшь, а я тебе ничего этого предложить не могу!" (Это замечание для Габена удобно тем, что позволяет вывести упрямого (по психологическому признаку) Гамлета на уровень пониженных запросов и умеренных требований. Этим Габен как бы заставляет Гамлета "играть на понижение" - "перевоспитывает" его (что очень моно в квадрах аристократов) делает его нетребовательным, непритязательным, неприхотливым, заставляет его сражу же отказаться от многих претензий и подгоняет под тот уровень запросов, которому сам без труда мог бы соответствовать.

То есть, Габен сам первый "опускает" Гамлета до уровня "шестёрки" (некоего "се­реднячка", "посредственности"), игнорируя (по факту его якобы мнимой исключительно­сти) какие бы то ни было возможные претензии Гамлета, соответствующие его, Гамлета, заслугам, статусу, положению в обществе. И противопоставляя всем его реальным досто­инствам и достижениям один только мнимо - реальный критерий: свой нрав, свой каприз, свою волю, свою прихоть. Ставя себя в положения своенравного арбитра - самодура, Га­бен приобретает практически безграничную власть над Гамлетом. Гамлет же оказывается втянутым в тот лохотрон, из которого Габен уже его не выпускает. Его (Гамлета) волей, его желанием угодить Габену и этим удержать его (такого, какой он есть и таким каким представляется - грубоватым насмешником, посредственностью без затей и без прикрас), его желанием приручить его (Габена) с тем, чтобы впоследствии им манипулировать, Га­бен уже сам начинает манипулировать незамедлительно. Гамлет чувствует, что начинает проигрывать и пытается отыграться, стараясь угодить и этим расположить Габена ещё больше. Но этим только вносит всё больший вклад в лохотрон, который Габен тут же об­ращает себе на пользу: пользуется всем тем, что ему предоставляется, не позволяя ничего требовать взамен. И этим ставит себя в положение господина и повелителя: присваивая себе все права и отказываясь от каких бы то ни было обязательств. Одновременно с этим он ставит себя выше критики: чуть что, - сразу обижается и уходит, заставляя себя разы­скивать по нескольку месяцев. А когда Гамлет наконец - то его находит, ничего кроме грубости и хамоватых упрёков он от Габена не слышит. Габен ничем не объясняет своего исчезновения, а на вопрос: "Куда пропал? Где был?", отвечает встречным возмущением и упрёками: "Где надо, там и был! Я перед тобой отчитываться не обязан. Когда захочу, сам приду. А ты меня не ищи. И не устраивай на меня облаву. Я этого не люблю!"

Поставив Гамлета в унизительное подчинённое положение, Габен (в одностороннем порядке) может бесконечно долго терроризировать его своей критикой, претензиями, требованиями. Азартно втянувшийся в этот лохотрон Гамлет будет терпеть такое обращение, желая когда - нибудь отыграться - взять верх над Габеном, взять реванш. Взять над собой верх ему Габен, разумеется, не даст. И выйти из игры тоже не позволит. Его задача - вымотать Гамлета, изнурить бесполезными действиями, лишить его энергии и сил. Поэтому он будет
а). и постоянно держать Гамлета в напряжении,
б). будет манипулировать его (Гамлета) действиями,
в). будет заставлять Гамлета подчиняться любой его (Габена) прихоти.
г). будет держать его в полной боевой готовности (как сторожевую собаку), заставляя срываться с места в любой момент, бежать "туда, не знаю куда", чтобы исполнить любое его (Габена) желание.
д). будет строго контролировать местонахождение Гамлета, будет удерживать его в строго ограниченном пространстве, заставляя его сидеть там и дожидаться его (Габена) звонка, прихода, желания, вызова, распоряжения.
е). будет пользоваться этим заключением Гамлета в ограниченном и строго контролируемом пространстве ограничению с тем, чтобы самому свободно и бесконтрольно перемещаться, направляться в любое, удобное ему место, не рискуя столкнуться по пути с Гамлетом. (То есть, в то время, когда его подруга- Гамлет сидит дома и готовится к назначенному им (Габеном) свиданию, Габен может преспокойно идти в нужном ему направлении и делать всё, что ему нужно, зная что Гамлет, дожидаясь его, сидит сейчас у себя дома (как в ловушке), ограниченный в действиях и в возможностях свободного перемещения и этим бесконечно долгим ожиданием Габена и своими обязательствами перед ним, и данным ему обещанием непременно его дождаться.

- И пока Гамлет так сидит и ждёт - пождёт…

- Габен преспокойно гуляет себе где - нибудь на стороне. Поэтому и ожидание встречи с ним может для Гамлета длиться бесконечно долго.

Конфликт между Габеном и Гамлетом действительно долго (а иногда даже по нескольку лет) "застревает" на фазе ожидания Гамлетом встречи с Габеном (с целью взять реванш, очаровать его, "пленить красотой", переломить ситуацию в свою пользу, раз и навсегда подчинить своей воле и этим отомстить за все прошлые обиды). Гамлет снова и снова решается на новую встречу, желая взять реванш и привести отношения к намеченной цели, развивая их с определённой выгодой для себя. И при этом каждый раз терпит поражение, потому что Габен как стратег - конструктивист предугадывает каждый шаг и каждое действие со стороны конфликтёра, снова и снова его "динамит": снова обнадёживает и снова обманывает.

21.Гамлет в ожидании встречи. Конфликт двух упрямых (в сценической интерпретации отношений Самсона и Далилы 3)
3 в качестве иллюстрации к примеру приводятся эпизоды ожидания Далилы (ЭИЭ, Гамлета) свидания с Самсоном (СЛИ, Габеном) из оперы К Сен - Санса "Самсон и Далила". Здесь и далее цитаты из текста Ф. Лемера к опере К. Сен-Санса "Самсон и Далила"
(Далила: "Самсона в эту ночь ожидаю, его удалось заманить…")


- Чем же похожи отношения Габена и Гамлета на жестокие взаимные интриги и уловки "любовного конфликта" этих двух знаменитых библейских персонажей - Самсона и Далилы?

- Что известно о Самсоне, кроме того, что он был наделён невероятной силой, заключённой, как полагали, в волосах? Известно, что он был героем освободительного движения, был не глуп, справедлив и потому его выбрали судьёй. Был приветлив, обаятелен, располагал к себе людей (имя Самсон переводится как "Солнечный"), но был своенравен, беспечен, влюбчив, поступал так, как ему вздумается и, не смотря на предостережения, влюблялся всегда определённо не в тех; был большим поклонником женской красоты, чем и поспешили воспользоваться его враги.

Кроме совпадения ТИМов персонажей (Далила - Гамлет, Самсон - Габен) и отношений жесточайшего конфликта, продолжающегося по инициативе мстительной Далилы, желающей заманить Самсона в ловушку, пленить красотой и сквитаться с ним сразу за всё - расплатиться за все обиды и унижения, которые ей пришлось претерпеть, безуспешно пытаясь подчинить его своей воле и сталкиваясь с демонстративным равнодушием Самсона (предупреждённого о её коварстве), слишком долго обходившим её дом стороной.

Партнёрша - Гамлет ("Далила"), желая настоять на своём, добивается новой встречи, назначает её, готовится к ней, сидит перед зеркалом, ждёт его (как ждёт Далила Самсона), готовит свою "западню", желая сразить его красотой ("Любовь! Дай своё обаяние, чтобы в грудь его яд твой влить…"). Уверенная в собственном превосходстве, она уже программирует себя на близкую победу, уже считает "Самсона" своим рабом, который всегда будет ей подчинён. ("Ведь он - мой раб, и до могилы! И хоть в других вселяет страх, но чую в себе столько силы - Ах! - чтоб удержать его в своих цепях!.. Любовь, дай своё обаяние… ")

А "Самсон" (СЛИ) как и полагается стратегу, разрушает любую чужую программу, если она хоть в чём - то сковывает его собственную, и действует по своему спонтанному плану. Так, что "Далила" снова остаётся наедине со своим ожиданием, а он хорошо и приятно проводит время в другом месте.

В следующий раз повторяется та же история: "Далила", желая всё - таки взять реванш, снова ждёт его и торжествует ("… Его удалось заманить!.. Радость мести предвкушаю, должна я за всё отплатить!"). Воспрянув духом, она уже видит себя победителем, строит новые планы мести и снова надеется на успех. ("Чары мои ему всё новы!..")

Но реальный (современный) "Самсон", наученный опытом прежних ошибок (в отличие от библейского персонажа) не поддаётся искушению, не попадает в ловушку, но при этом продолжает обнадёживать и обманывать партнёршу, извлекая из этого максимум выгоды для себя.

Схема очень простая: назначив свидание, Габен ей звонит, убеждается, что она сидит дома и ждёт его, сообщает, что прибудет через 15 минут, просит сделать какие - то дополнительные приготовления (поставить шампанское в холодильник), а сам, отключив мобильник (или заблокировав её номер), преспокойно двигает в противоположном направлении. Так, что в реальности получается, что "в клетке" (в западне, в ловушке, в ограниченном пространстве своей квартиры) сидит она (в ожидании его перед зеркалом). В то время как он, удерживая её всеми этими договорённостями в четырёх стенах, преспокойно следует к намеченному пункту - хотя бы и к ближайшей её подруге, или к соседке, не рискуя встретить её там.

За спиной (или под носом) у Гамлета Габен может делать всё, что ему заблагорассудится, зная, что партнёрша-Гамлет в предвкушении реванша сидит у себя дома и "подстерегает своего "героя", который (как она полагает), "купившись" на её "обаяние", сам придёт и сам забредёт в расставленную для него ловушку. На деле же, всё происходит иначе: в ловушку попадает она сама. Пока она так сидит дома и ждёт, чувствуя, что счастье уже на подходе, звонит ей какая - нибудь её приятельница и говорит: "Слушай, а это не твоего ли парня мы сейчас видели на углу? Он только что садился в такси с какой - то блондинкой…"

Хорошо ещё, если случиться такое "чудо", что Гамлет, получив эту важную для себя информацию, сразу поймёт, что обманут и решит отказаться от дальнейших отношений с "предателем". Но всё дело в том, что и этой информации он ещё долго не будет верить. Потому, что ему трудно будет смириться со своим поражением, трудно будет выйти из игры, отказавшись от своего желания взять реванш и наказать Габена "сразу за всё". (Поэтому и "зависать" на фазе "радость мести предвкушаю" он может очень и очень долго.) Через эту его (Гамлета) "жажду мести" (жажду реванша), пользуясь его упорным желанием во что бы то ни стало одержать верх, Габен и втягивает своего конфликтёра в этот "лохотрон", заставляя его желать расплаты за всё больше количество жертв, уступок, "неоплаченных долгов" и невыполненных обещаний; за огромное количество безвозвратно ушедшего времени, потерянных, неоправданных ожиданий и упущенных возможностей. Вот за все эти причинённые ему разочарования он и надеется отомстить.

- По легенде Самсон всё же попадает в сети, но ломает праздник и Далиле, и её друзьям: разрушает храм вместе с жертвенным алтарём и идолами, воздвигнутыми чуждым ему богам.

- Сила СЛИ, Габена в его неотъемлемой независимости, в его упрямстве, в неизменном и независимом желании всё и всегда делать только по - своему, в его готовности проявлять свою волю, подавляя чужую, в его стремлении спонтанно и непредсказуемо разрушать препятствия построенные ЭИЭ (и охраняемые им, как "алтари" и "храмы"), со страшной, сокрушительной силой.

Попытки ЭИЭ (Гамлета) взять реванш успеха не приносят: несокрушимая (витальная) воля, упрямство, настойчивость, техническая смекалка Габена заставляют Гамлета уступить, признать своё поражение и отказаться от дальнейших отношений.

Но здесь уже не уступит и не отстанет от него сам Габен. Он не считает нужным отталкивать Гамлета, он только хочет "перевоспитать" его, приспособить для себя, сделать его удобным партнёром. Поэтому он снова пытается заинтересовать собой Гамлета, снова его обнадёживает, настаивает на встрече с ним и не отступает, не заручившись его согласием. Гамлета вследствие всего этого получает новую надежду на победу, новую возможность отстоять свою честь и достоинство, чем и старается воспользоваться. И снова оказывается пленником своих обещаний, снова сидит перед зеркалом в четырёх стенах…

- … радуясь, что Габена удалось заманить…

- … А Габен, проходя мимо устроенной им ловушки, преспокойно следует в нужном ему направлении, не смущаясь особенно тем, что в очередной раз разочаровывает Гамлета. (Полагая, что это его, Гамлета проблема в том, что он так настойчиво добивается встречи, так терпеливо ждёт его, вопреки всем прошлым разочарованиям.)

Рациональный человек предсказуем в своём поведении, в своих поступках. Иррационал этим пользуется. В отношениях с Гамлетом Габен довольно быстро начинает ощущать себя победителем. Гамлет разочаровывает его своей предсказуемостью.

Иное дело ИЭЭ, Гексли - дуал Габена. Получив распоряжение "сидеть и ждать", просто назло (как и полагается иррациональному дельта - квадралу) этого делать не будет. (С чего это он будет сидеть в четырёх стенах, как пленник и как заключённый?). Он специально пойдёт туда, где повеселее. И встретит там СЛИ, который вопреки всем договорённостям тоже пойдёт в весёлую компанию - "заглянет на огонёк". (Жизнь одна, и отказываться от удовольствий не имеет смысла). И если он там встретит партнёршу (в данном случае - Гексли), то сам же первый и сделает ей замечание (намеренно утверждая себя в положении доминанта в этих, спонтанно складывающихся, отношениях соподчинения). Без тени смущения скажет: "Привет! А что ты здесь делаешь? Я же тебе дома велел сидеть." На что оба посмеются этому заявлению, как шутке. (В дельта - квадре так заведено: кто успел поступить по - своему, кто поставил другого перед фактом своего самоуправства, тот и доминант. Вне зависимости от того, нравится это кому - то или нет, остальные могут только подчиняться этим новым, навязанным им условиям. Или не подчиняться, если удастся - это их право, но игнорировать факт уже совершённого поступка, с которым они обязаны считаться и в зависимость от которого попадают, они уже не могут).

- Но ведь это получается: "подстава на подставе"… Кто кого поставит в зависимое положение фактом свершившегося действия, тот и доминант…

- Поэтому ИЭЭ, Гексли принципиально не соглашается связывать себя обязательствами и использует максимум возможностей для того, чтобы как можно дольше сохранять независимость действий (даже при данных им обещаниях). Габен, оценив по достоинству эту независимость, внутреннюю свободу и раскрепощённость своего дуала, посчитает его равным и более подходящим себе партнёром. (Исходя и из того, хотя бы, что беспечный и легкомысленный человек вряд ли будет излишне требователен к чужой беспечности и необязательности. А следовательно, он сможет прощать и несоблюдение некоторых договорённостей, что и позволит партнёру (в данном случае Габену) чувствовать более свободным, раскрепощённым, воспринимать партнёрские отношения не как "тюрьму", а партнёра - не как "тюремщика", "надсмотрщика" или контролёра (кем обычно себя и проявляет Гамлет, за что и бывает Габеном наказан вынужденным заключением "в ожидании свидания".) Габену удобней входить в партнёрские отношения, не будучи скованным излишними (по его мнению) или неудобными для него обязательствами. (Понятно, что настоящую требовательность упрямого Гексли он узнает значительно позже, когда уже с ним дуализируется, но тогда уже и "плен" этот ему будет сладок.)

Гамлет же, ориентированный на системную (рациональную) однозначность и определённость партнёрских отношений, связывает себя обязательствами с тем, чтобы уже точно, наверняка (в рамках взаимных договорённостей) наконец встретиться и объясниться с Габеном, из - за чего сам становится пленником этих договорённостей. Чем, в конечном счёте и пользуется Габен.